Двойняшки в наследство (СИ) - Худякова Ксения - Страница 15

— Здесь мы поговорим спокойно, без свидетелей, — голос Алины звучит уверенно и холодно.

Я молчу, пытаюсь собраться с мыслями. Что заставило ее поступить так? Ведь мне совершенно не нужен бывший муж.

Дверь захлопнулась сама собой, и я вздрогнула. Ветер гуляет среди старых стен, создавая жуткое эхо шагов.

Я пытаюсь сохранять спокойствие, хотя внутри всё сжималось от страха и тревоги. Пугают не только амбалы, что стоят у двери, но и сама невеста Славика.

— Что тебе надо, Алина? Зачем весь этот спектакль? Мне не нужен твой Славик!

— Тебе надо напомнить, кто ты такая, Ульяна Исаева! — выпалила она внезапно гневно. — Напомнить, откуда тебя вытащил Славик?! Это мой мужчина! Это его квартира, на которую ты посмела претендовать!

Теперь всё стало понятнее.

— Успокойся, пожалуйста... Давай поговорим нормально, — произнесла я тихо, стараясь смягчить напряженность.

Однако реакция оказалась непредсказуемой: она сорвалась, замахиваясь рукой прямо на меня. Хоть страшный удар прошел мимо, оставшись лишь ощущением нависшей угрозы. Тут рядом ее охрана, не стоит и думать, что я могу противостоять ей и дать отпор. Тем более она же беременная!

— Ты привлекла внимание моего отца к моему мужчине! В общем, решай, – холодно говорит она. — Или ты подписываешь документы, отказ от имущества моего мужчины, либо ты отсюда не выйдешь. Твоих детей мы так и быть возьмем под опеку, ведь по документам Славик отец. А потом отправим подальше в закрытый пансионат. А там всё может случиться, ведь дети такие непослушные.

От ее слов я холодею. Эта женщина ненормальная! Ее настроение скачет, то она в ярости, то расчетлива и холодна. Или это просто актерская игра?

— Ты совсем свихнулась! — воскликнула я, чувствуя, как адреналин бьет в голову. — Я ничего твоего не брала и не собиралась брать! Мы живем отдельно, раздельно, никаких претензий друг к другу нет и не было! И не надо угрожать мне и моим детям.

Но мои слова будто пролетели мимо её сознания. Она стояла передо мной, сверкая глазами, руки сжаты в кулаки. Её окружение тоже напряглось, готовое вмешаться в любую секунду.

— Значит, ты ещё не поняла всей серьёзности ситуации, — процедила сквозь зубы Алина. — Подписывать будешь?

— Нет! — твёрдо ответила я. — Всё имущество принадлежит нам поровну, оно приобретено в браке. Пусть решает суд.

Её лицо исказилось гримасой ненависти.

— Я хотела по хорошему! Посидишь тут пару дней, потом поговорим. И учти это будет последняя попытка договорится по хорошему! Здесь тебя никто не найдет, можешь не кричать, — смеется она, идя на выход. — Твой выбор прост: подписать добровольно или потерять больше, чем можешь себе представить.

И тут случилось нечто неожиданное. Послышался шум машин. Один из охранников выглянул: «Алина Федоровна, уходим!»

— А как же она?

— Шевелись! С нами поедешь! — командует охранник.

Выходим на улицу, впереди охранник, второй уже садится за руль. И они думают, что я покорно пойду за ними?

Страшно конечно, потому что я вижу как приближаются две машины. Одна вроде джипа, вторая - черный микроавтобус. Делаю шаг влево и быстро юркаю в кусты.

Оказавшись в кустах, я затаила дыхание, прислушиваясь к звукам.

— Где она?! — кричит Алина.

— Бросьте, быстро в машину, пока нас не повязали всех.

А дальше калейдоскоп событий. Алина со своими амбалами уезжает. Около заброшки останавливаются обе машины. Слышу, как меня зовут по имени, и осторожно выглядываю из-за кустов. Меня замечают, и двое мужчин бегут ко мне. Один из них Сергей, тот самый друг полицейский моего Дани, одновременно отдает приказ догнать ту машину и всех задержать, желательно без жертв.

Меня посадили в машину, дали воды, успокоили и попросили рассказать всё. Когда я спросила, как меня нашли, выяснилось, что за мной следили по просьбе Даниила. Оказалось, он снова нанял охрану, но не говорил мне об этом, чтобы не волновать.

27

Сергей хотел отвезти меня в больницу, чтобы проверить здоровье. Но я решила сразу вернуться домой, к Дане и детям. Кроме морального, большого вреда они мне не нанесли, пару синяков, когда волокли в машину и из нее, в заброшку.

— Уля, — встречает меня мой мужчина. Дети смотрят мультики, а он прижимает меня к себе так, как будто меня сейчас кто-то пытается отобрать у него.

— Раздавишь, — сиплю я, а сама прижимаюсь, цепляюсь пальцами за его одежду. Вдыхаю запах своего мужчины и тихо плачу.

— Уль, пойдем на кухню, чаю выпьем. Серега почему с тобой не зашел.

— Позже, ему надо допросить, наверное.

Даниил наливает воду в чайник и включает его. Пока вода закипает моет заварочный чайничек и закидывает туда свежую заварку и мяту с лимоном, прям как я люблю. Затем заливает заварник кипятком и пока ждем, он сажает меня к себе на колени, шепчет что-то на ухо. Его дыхание щекочет и я сильнее прижимаюсь.

— Я испугалась. Очень! Подумала, если прямо сейчас подпишу документы на квартиру, то меня там же тихонечко прикопают.

— Не переживай, милая. Сейчас тебе надо собраться. Хорошо?

— Что?

— Я отвезу вас с детьми к твоей подруге Маргарите. Я с ней обо всем уже договорился.

— Даня, но она только родила!

— И говорит, что ей ужасно скучно! — Даня видит, что я не согласна с ним. Ну не могу я подвергать ее опасности! И уговаривает. — Послушай, Уль. Мне надо уехать. Пора поставить точку во всей этой ситуации, пока она окончательно не вышла из под контроля. Да мы уже ее практически не контролировали! Кто мог просчитать? Что беременная невеста приедет с двумя амбалами и будет угрожать тебе и детям.

— Я не буду подвергать Риту опасности!

— Ну ты же сама знаешь, что после родов она переехала к отцу, которого почти никогда не бывает дома. Поселок охраняется, везде камеры. Дом под охраной! Два дня и все! Могу отвезти к моим друзьям, но с Ритой и тебе и детям будет комфортнее!

— Даня, но… — начинаю возражать, но чувствую, как устало звучит собственный голос. Сердце стучит тревожно, руки дрожат. Эта ситуация вытянула из меня все силы, оставила лишь пустоту внутри. Нет сил даже думать о возможных опасностях, хочется спрятаться, забыть обо всём и почувствовать себя защищенной хотя бы ненадолго.

Даниил крепко сжимает мои плечи и смотрит в глаза пристально, решительно.

— Ты должна доверять мне, Уля. Мы справимся вместе. Эти два - три дня пройдут быстро, поверь. А потом всё закончится, обещаю.

Его взгляд уверенный, твердый, спокойный. Это успокаивает немного, даёт надежду. Я смотрю на детей, мирно увлеченных мультиками, вспоминаю улыбающуюся Маргариту, её доброту и искреннюю поддержку тогда, на даче...

— Ладно, — наконец соглашаюсь, тяжело вздохнув. — Только пообещай мне, что будешь осторожен. Без риска, хорошо?

Даниил улыбается нежно, целует в лоб, мягко гладит волосы.

— Обещаю, моя любимая. Всё будет хорошо, вот увидишь.

***

Мы едем к Маргарите вечером, когда солнце медленно садится за горизонт, окрашивая небо нежными розовыми оттенками. От нервозности дети затихли, сидят рядом со мной молча, словно чувствуют напряжение вокруг. Когда подъезжаем к поселку, сердце бьётся ещё быстрее. Здесь спокойно, уютно, светло горят фонари вдоль улицы, тихо шуршат листья деревьев. Как будто никакой угрозы вовсе не существует…

Маргарита открывает дверь, постройневшая. Она так боялась, что после родов не сможет прийти в норму! Ее сияющая улыбка озаряет лицо, она обнимает меня тепло, бережно, ощущая всю мою слабость и растерянность.

— Ой, бедняга моя, надо было тебя не отпускать никуда! Заходите скорее, заходите!

Она ведет нас внутрь, показывает комнату, где можно отдохнуть. Детям тут же становится интересно: игрушки, книжки, новый телевизор — они бегут смотреть мультфильмы снова, чувствуя мое спокойствие.

Даниил уехал и чуть позже мы переоделись в домашнее, поужинали, уложили детей спать. Рите помогает няня, которая работает в доме ее отца еще с тех пор, когда сама Рита была маленькая.