Напарник обмену и возврату не подлежит (СИ) - Тулинова Лена - Страница 68

– Вы подтверждаете? – мягко и даже участливо спросил Везунчик.

– Что вы хотите? Спровоцировать меня? Убирайтесь вон! – заорал Сеньо, отшвыривая прочь пепельницу с сигарой.

Хрустальная посудина разлетелась на осколки, похожие на крупные фальшивые бриллианты.

– Ты убил меня, – сказал ди Маджио, отходя от окна и медленно поворачиваясь к Лючано.

– Это всё ваши магические штучки, – завопил Сеньо, от страха забираясь в кресло с ногами. – Уберите это!

– Ты убил меня, – сказал ди Маджио, подходя ближе и меняя внешность снова.

Теперь это был, по-видимому, Марсио – в синих джинсах и красной рубашке в клетку.

Лючано завизжал и выхватил из кармана маленький пистолет, но выстрел прозвучать не успел. Ферра, выставив вперёд руки, выхватила оружие потоком магии, и пистолет повис в воздухе над головой Лючано.

– Ты убил и меня тоже, – сказал Альтео в третий раз.

Теперь голос его был женским. А все в холле – и слуги на лестнице, и гости, собравшиеся возле кресла Лючано – увидели невысокую женщину в длинном тёмном платье и собранными в пучок волнистыми волосами. Джулия ди Маджио явилась взорам с окровавленной головой и цепями на руках.

Четвёртого раза не понадобилось. Судорожным движением Сеньо дёрнул пистолет за рукоять, преодолевая магическое притяжение, не дававшее ему воспользоваться оружием. Ферра вдруг пошатнулась и поняла, что утратила власть над собой, магией и над Лючано. Рукоять пистолета легла в руку Сеньо. Дуло ткнулось ему под нижнюю челюсть.

– Это он, это тот маг, это… – услышала Эрманика голос Чезаре, глухо звучащий, словно сквозь толстое одеяло.

А затем негромко, даже как-то деликатно, громыхнул выстрел. Лючано застрелился сам… Или некий маг помог ему.

– Это ты? – спросила Эрманика потрясённо, поворачиваясь к Альтео.

Лицо Джулии медленно таяло, пропадали платье, укорачивались волосы. Глаза – вот глаза остались почти прежними на бледном лице ди Маджио.

– Не я, – одними губами ответил он. – Я бы никогда не заставил. Я бы так не сделал. Но и помешать никак не смог, хоть и пытался.

Ферра обвела глазами просторный холл и лестницу, на которой неподвижными фигурами замерли несколько мужчин. Слуги, бандиты… И вдруг среди них появилась женщина, прямо на середине лестницы. Она была в платье с юбкой до колен. Сквозь тонкие капроновые колготки отлично виднелся протез правой ступни – новый, из металла и резины, не магический, обутый в аккуратную туфлю на низком каблуке. К протезу левой кисти была на шарнире приделана трость.

– Я бы зааплодировала, – сказала женщина. – Но у меня нет одной руки, а бить по протезу не слишком приятно. Рада, что вы устранили моего противника: от него в последнее время слишком много неприятностей. А теперь предлагаю объединиться и отрубить последнюю голову Гидры. Голову Альтеридже.

– Лаура, – выдохнула Ферра. – Всё-таки Лаура Морьяди!

– Канова, – поправила женщина. – Вижу, вы не слишком удивлены. Значит, знали, кто за этим стоит. И значит – извините за повтор! – пришли сюда с пониманием того, что будет.

– Она, это всё-таки она, – совсем прозрачный, зыбкий в солнечном свете, полный лучей и пылинок фантомный Гатто встал рядом с Феррой справа.

– Давайте уточним, что, по-вашему, будет, – предложил Альтео, вставая слева от Эрманики. – Расскажите нам, кама Канова.

– Раз уж мы, по-вашему, заодно, не помешало бы узнать, в чём именно, – поддержал ди Маджио Везунчик. – Давайте все присядем, чтобы даме не было неудобно стоять, и обсудим дальнейшие планы. Очень соблазнительно узнать, что там за голова и как её отсечь.

– Идёмте, здесь пока приберут, – небрежно сказала Лаура. – Вы подождёте в гостиной. Я побеседую с камой Феррой наедине. В кабинете.

Ферра переглянулась с друзьями. Гатто сделался совсем прозрачным – лишь танец пылинок в солнечных лучах едва заметно искажался, когда призрак двигался. Альтео едва заметно кивнул Эрманике. Везунчик и Космо казались спокойными, разве что медиум поглядывал на тело самоубийцы с каким-то подозрительным интересом. Что он там, ещё одного духа увидал?

– Вы здесь совсем как дома, – сказала Ферра Лауре. – Давно здесь обитаете?

– Я то там, то здесь, – уклончиво ответила та и пощёлкала пальцами, привлекая внимание прислуги.

– Вы всё видели. Прежний хозяин мёртв, и вы не слишком-то против, как я погляжу. Можете убираться отсюда или принять новую госпожу, если вам ещё нужны укрытие и жалованье.

– Я останусь, – склонил голову слуга, подававший сигару для Лючано Сеньо. – Я весь ваш, госпожа Канова.

– Ты единственный, кто сразу меня увидел и сразу подчинился, – кивнула Лаура. – Как насчёт остальных?

– Они тоже останутся. Им больше некуда идти, – сказал слуга. – Господин выбирал нас там, откуда сложно выбраться без помощи такого человека, как он. С самого дна. И мы не хотим обратно.

– Ну вот и ладно. Гостей в гостиную проводите, – приказала Морьяди. – Напитки подайте, что ли... Всё, что попросят. И уберите тут. Тела быть не должно. И крови тоже.

Голос её звучал грубо и уверенно. Вспоминая ту женщину в кафе, втягивавшую голову в плечи, смотрящую жалкими глазами, искалеченную, трудно было поверить, что она может так командовать.

Но заодно и становилось понятно: что-то с нею произошло. И дело не только во взрыве в зале суда. А может быть, не только в духе мага, которому, кажется, так и не удалось одержать верх над душою этой женщины.

***

Кабинет Сеньо пропах табаком и дублёной кожей, и картина с лошадью на стене говорила о пристрастиях прежнего владельца. Лаура уверенно уселась в кресло за обширным письменным столом и указала Эрманике на стул, обитый кожей, который стоял напротив. Между ними простиралась обширная столешница, словно отгораживая двух женщин друг от друга. Но что такое это расстояние и эта преграда против магии или даже против обычной пули?

– Давно вы здесь? В его доме? – спросила Ферра.

– Дня три, но только сам Лючано об этом ведать не ведал. Люблю подправить у людей воспоминания, знаете ли. К сожалению, в головы магов не так просто залезть, – Лаура посмотрела на Эрманику с оттенком сожаления. – Впрочем, с вами лучше иметь дело как с честным союзником, не правда ли?

– Возможно, – сдержанно сказала Ферра. – Так что же вы хотите?

– Сначала я хотела просто пробраться в стан врага и всех перебить. Вы, наверно, помните, какой отчаянной я была, – на этот раз никакого сожаления, а ведь вместе с несколькими бандитами погибли и были тяжело ранены и вполне мирные люди, и полицейские.

– Если это называется «помните», – пробормотала Ферра.

– Вам не в чем меня винить. Даже полиция перестала преследовать меня, – заявила Лаура.

Эрманика не стала её разубеждать, что полиции просто было некогда заниматься одной женщиной, да ещё с той, которую легко смог бы отмазать гнусный мопс Мартини. Полиции пришлось разгребать последствия: беспорядки вспыхивали один за другим, как в недавно прошедшие «пепельные» годы.

– Мартини славно вас обезопасил, – заметила Ферра как бы невзначай.

– С него и началась моя команда, – с нежностью сказала Лаура. – С него и ещё с пары людей отца, которые сами разыскали меня. Жаль, мы не добрались до Орнеллы и никогда не достанем Ирину… Хотя почему – никогда? Эрманика, детектив Ферра, Железная Фея! Если люди увидят, что вы примкнули к моей команде, мы свернём горы. Так вот, вернусь к своему плану. Сначала я хотела просто убить всех, кого смогу. Отомстить за себя и свою растерзанную жизнь. Что ж, я сумела отомстить Чикко Де Ритта, но жажда вдруг стала сильнее меня. Его смерть ни с чем меня не примирила! После мне пришло в голову стать правой рукой дона Альтеридже и постепенно менять его порядки, пока они окончательно не станут моими. Идею подал Сеньо – очень уж рьяно он старался втиснуться на место Де Ритта. Но я уже решила, что это место будет моим. А потом…

– Потом вы молились, и ваши мольбы были услышаны, – с непроницаемым лицом сказала Ферра. – У вас появилась огромная магическая сила.