Империя соблазна (ЛП) - Финелли Мила - Страница 81

Все трое исчезли через выход, оставив меня только с Мэгги и командой. — Я не могу в это поверить, — пробормотал я, целуя ее в лоб. Она была мягкой и сладкой рядом со мной, именно то, что мне нужно. — Я чертовски рад тебя видеть.

— Палома подумала, что ты можешь быть рад. Что-то о насилии, которое возбуждает мужчин.

— Я не поэтому рад тебя видеть.

Мэгги укусила меня за челюсть зубами. — Ты скучал по мне сегодня?

— Конечно. Я не мог дождаться, когда приеду в Паесано, чтобы увидеть тебя.

— Signore Д'Агостино, — прервала его стюардесса. — Signorina Фиорентино. Пожалуйста, займите свои места, мы скоро взлетим.

Я усадил Мэгги на сиденье, затем сел рядом с ней. Мы пристегнулись, затем она потянулась, чтобы крепко сжать мою руку. Ее большой палец рисовал круги на моей коже, ее колени были под углом к моим. — Ты в порядке? Все прошло, ты знаешь, по плану?

— Ни царапины ни у кого из нас. Мы в порядке.

— Слава богу. Я так волновалась. Это первый раз, когда ты уходишь делать свою грязную работу. Я девственница в грязной работе, я полагаю.

Dai, мозг этой женщины. Где она думала обо всем этом? Поднеся ее руку к губам, я поцеловал нежную кожу над ее запястьем. — Ты была девственницей грязной работы. Больше нет.

— Правда. Должна признать, было хорошо, что Палома была со мной. Она была спокойна и собрана, выглядела безупречно все время, поэтому я решила, что все в порядке. Она также извинилась передо мной.

— Хорошо. Она моя семья и мой консильери, а ты самый важный человек в моей жизни. Так что вам двоим нужно поладить.

— Я постараюсь. Она очень тебя защищает, и я это понимаю. У нас на самом деле много общего, хочешь верь, хочешь нет. Но серьезно, дай мне информацию о ней. Она когда-нибудь выглядит помятой или грязной? Потому что мне тяжело…

Наклонившись, я поймал ее убегающий рот своим. Я не хотел говорить о своей сестре или байкерах или о чем-либо еще. Мне нужно почувствовать кожу этой женщины на себе, мягкое притяжение ее губ. Самолет начал двигаться, колеса вращались, когда мы направлялись к взлетно-посадочной полосе, но я продолжал целовать ее, мои губы скользили по ее губам снова и снова.

Я потерял счет времени. Пока наши языки сражались, мое тело гудело от предвкушения, голод терзал мои вены, наркоман жаждал новой дозы. Я чувствовал себя безрассудным. Лихорадочным и раскрепощенным.

Моя.

Я никогда не отпущу эту женщину. Мы будем драться, трахаться и смеяться вместе, пока я не сделаю последний вздох, и я положу весь мир к ее ногам. Я пройду через самые глубокие ямы ада, чтобы заставить ее улыбнуться.

Когда мы оторвались, чтобы глотнуть воздуха, Мэгги уже почти сидела у меня на коленях, наши ноги переплелись. Задыхаясь, она наклонилась, чтобы погладить мой член через ткань моих брюк. Мои глаза закрылись, когда вожделение пронеслось сквозь меня. — Блядь, я так сильно тебя хочу.

— Я думаю, пришло время пересмотреть идею клуба любителей на высоте 1 мили. Как ты считаешь?

— В этом самолете нет спальни.

— Но там есть туалет.

Я размышлял о логистике этого, когда Мэгги расстегнула мой ремень безопасности. — Пошли, — сказала она. — Поторопись.

— Ты не против?

Она встала и потянула меня за руку. — Вито, вчера мы занимались сексом в мавзолее. Отдельная ванная комната на частном самолете — это шаг вперед, поверь мне.

Когда я поднялся, в проходе появилась стюардесса. Я постарался скрыть от нее свою эрекцию, встав позади Мэгги. Стюардесса проявила чистый профессионализм, спросив: — Signore, signorina. Хотите выпить или легкую закуску?

Прежде чем я успел ответить, Мэгги потащила меня в хвост самолета: — Нет. Мы идем в туалет, чтобы заняться сексом. Так что если у тебя есть наушники, сейчас самое время их надеть!

Стюардесса на секунду, казалось, была ошеломлена, но затем кивнула. — Я сделаю это. Спасибо за предупреждение.

Мэгги толкнула дверь, и мы оба оказались в туалете. Пока я запирал нас, она оглядела высококлассную сантехнику и окна. — Боже мой. Это лучше, чем моя ванная дома. Душ? Господи, Вито.

Я не хотел говорить о самолете или удобствах. Я бросился к ней, прижимая ее к раковине, держа ее руки над головой. Я прижался бедрами к ее бедрам. — Ты готова к траху здесь?

— Боже, да.

Я уткнулся носом ей в горло. — Ты знаешь, чего я хочу. Умоляй меня. Дай мне все эти сладкие слова.

— Пожалуйста, Вито, — прошептала она, извиваясь напротив меня. — Пожалуйста, я умираю по тебе. Моя киска такая мокрая, такая пустая. Ты мне нужен, детка.

Я почти дрожал, прилив был таким пьянящим. Я отпустил ее руки и отступил назад. — Вытащи мой член.

Я ожидал, что она быстро расстегнет меня и схватит мой член. Чего я не ожидал, так это того, что она упадет на колени и уткнется в мой ствол через мои брюки. Я схватился за вешалку для полотенец, чтобы устоять на ногах, и уставился на нее сверху вниз. — Вот и все. Покажи мне, как сильно ты этого хочешь.

Она заскулила и продолжила тереться об меня носом и ртом, затем она подняла на меня умоляющий взгляд. — Пожалуйста, позволь мне сначала пососать тебя.

Мои руки метнулись к моему поясу, а затем я расстегнул застежки брюк. Спустив штаны и трусы вниз, я схватил основание своего члена и направил его к ее рту. — Возьми меня глубоко, angelo mio.

Она слегка наклонилась вперед, и ее язык высунулся, чтобы игриво щелкнуть мой кончик, облизывая меня. Я на мгновение отвлекся на вид моей девушки на коленях, проводящей языком по моему члену, словно это вкусное угощение. Я думал, что мне нужно быть в ее горле, чтобы доминировать над ней, но это намного лучше.

Я убрал свой член из ее досягаемости, и она надулась. — Вито, нет.

— Хочешь и дальше пробовать меня на вкус, детка?

— Да, пожалуйста.

Я снова дал ей свой член и был вознагражден еще большим количеством облизываний и покусываний вдоль моего ствола. Она поклонялась мне своим ртом, мой маленький дьяволенок показал мне, какой хорошей она может быть. Какой нуждающейся, какой любящей. Мой пульс бился в паху, и это продолжалось и продолжалось, мои яйца становились тяжелее.

Потом я больше не мог этого выносить.

Нагнувшись, я поднял ее на ноги. — Если ты продолжишь в том же духе, я кончу.

— Правда? — Она, казалось, удивилась. — Только иза этого?

У меня не было времени объяснять, почему я нахожу все в ней таким горячим. Если я не войду в нее как можно скорее, я сойду с ума.

Я развернул ее лицом к раковине и дернул за ее леггинсы, чтобы обнажить ее задницу. — Нагнись. — Она опустилась на локти и спустила леггинсы до лодыжек. Я провел пальцем по ее щели и обнаружил, что она вся мокрая. — Cazzo, это зрелище. Мне нужно войти в тебя.

— Поторопись, amore.

Это слово. Надоест ли мне когда-нибудь слышать его из ее уст?

Я выровнялся и качнул бедрами, обжигающий жар охватил мой член, когда я вошел в ее киску. Мои колени ослабли от полос удовольствия, проносящихся сквозь меня, поэтому я ухватился за ее бедра и замер, пытаясь сдержать свой оргазм. Madre di dio. Было бы неловко кончить так быстро.

Она потянулась назад и схватила меня за руку. — Боже, Вито. Твой член заставляет меня видеть звезды. Начинай двигаться.

Я стиснул зубы и вошел внутрь на всю длину. Так туго. Блядь. Мое тело взяло верх, мои бедра снова и снова врезались в ее задницу, мой член двигался внутрь и наружу, скользкие звуки ее киски заполняли крошечное пространство. Я не мог видеть ее лица в зеркале, но она издавала сексуальные звуки горлом каждый раз, когда я достигал дна.

Вытащив, я засунул большой палец ей в киску, чтобы покрыть его ее соками. Когда я снова начал ее трахать, я распределил смазку по складке ее попки. Я ходил вокруг да около, затем вдавил кончик внутрь, растягивая ее. Я продолжал это делать, пока мой большой палец не оказался в ее заднице, а мой член — глубоко в ее киске.