Босс Мой нежный зверь (СИ) - Эдельвейс Анна - Страница 7

Я как то растерялась от такого сомнительного комплимента. Даже не нашлась, что сказать. В ушах всё ещё звучали злые слова незнакомки, в носу поселился сладкий цветочный запах её резких духов.

Мгновенно нахлынула тревога, поползла холодным киселём по лопаткам, заставила сдохнуть всех бабочек в животе. Разом.

“Чёрное каре” просто дышало опасностью, мне хотелось отделаться от незнакомки, отвернуться. Взяла себя в руки, даже чуть улыбнулась, спросила:

– Не видела вас раньше. Мы, кажется, не знакомы?

– Я новая секретарша вашего мужа.

– Странно, – теперь я разглядывала её, :– Игорь мне ничего не рассказывал.

– А мне рассказывал. Говорил, что вы любите спать на шёлковом белье и в пижаме. А ещё, что у вас тапки с заячьими ушами. Смешные и глупые. Кстати, Игорь сказал, что они его бесят.

– Не слишком ли много информации мой муж вывалил на вас, вы ведь, кажется, всего лишь секретарша. Вы, должно быть, завалены работой. Откуда время на разговоры?

– Ну, мы иногда разговариваем с Игорем. Когда отдыхаем после секса. Кстати, я забыла сказать, твой муж трахает меня. Жарко, крепко и на регулярной основе.

Она повернулась ко мне спиной, продемонстрировав круглую, тугую и выпуклую как арбуз задницу. Взяла бокал вина с подноса и отправилась к гостям.

Я стояла раздавленная и оплёванная. На секунду исчезли все звуки, изображения. Лучше бы я умерла в ту секунду.

Но нет. Судьба подкинула мне ушат помоев и теперь с этим надо было жить.

Праздник продолжался, я невидящим взглядом искала куда делось “чёрное каре”. Назад, в реальность меня выдернул голос мужа:

– Подходите ближе! Сейчас Светлана будет угощать нас тортом.

Народ буйно загудел. Оказывается, взрослые тётеньки и дяденьки не меньше детей любили сладкое.

Всё ещё парализованная от услышанной новости, я немного зависла. Смотрела на мужа. Менеджер среднего звена на развивающемся предприятии, начальник небольшого отдела. И, как выяснилось обладатель секретарши.

Я подошла к центру комнаты, уже вынесли бесподобно украшенный торт. Большой, белый, весь в россыпи пылающих кремовых пионов. С цифрой 23 сделанной из чего то сахарно-леденцового. Рядом на подносе лежал нож. Сталь, чернённая, с витым узором по ручке искрила всполохами по лезвию. Я взялась за нож двумя руками. Подняла руки над головой и со всего маху всадила нож в середину торта.

Наступила оглушающая тишина. Все замерли, уставились на меня.

– Ты что делаешь? – как то нервно прошептал Игорь.

– Надо было тебе в горло этот нож вонзить.

Я гордо подняла подбородок:

– День рождения объявляю поминками по семье Соболевских. Только что мой муж убил меня, изменив вон с тем “чёрным каре” на регулярной основе.

Гости продолжали молча смотреть на меня, на мужа. А меня понесло:

– Кто хочет кусочек моего сердца : берите.

Стала резать торт, складывать куски на тарелки. Через секунду выронила нож, и помчалась прочь из гостиной. Меня разрывало от рыданий, в висках больно стучало, пульсировало. Я задыхалась, совершенно не понимая что делать дальше.

А дальше было всё просто. Скандалы, развод. Грязный, жуткий раздел имущества. И в итоге я осталась с кредитом на машину, с мамой и сестрой в доставшейся мне двушке без ремонта плюс отсутствие работы.

Можно было бы сдать квартиру, ехать к маме в село, искать там работу, может быть где то в школе. Больше и негде.

Но… У моей мамы были другие планы на мою освободившуюся жизнь: она сразу въехала в эту разнесчастную двушку, прихватив мою пятнадцатилетнюю сестру- раздолбайку по отчиму. Хорошо, хоть отчим снова находился в длительном загуле. Обычно он исчезал на пару лет, работал где-то на вахтах, потом приезжал, пропивал всё, что заработал. Бил мать. Орал на меня требуя денег, его собственная дочь давно бросила школу, болталась с отребьем себе под стать. Чтоб хоть как то социализировать эту шаболду, её пристроили в колледж на платное и это “обучение”, где она не появилась ни разу, но сдавала экзамены за взятки оплачивала кто? Правильно, я. И вот вся моя неработающая родня теперь проживала у меня в квартире.

Я – разведёнка, пробивающаяся сквозь чужие злорадные взгляды, сплетни, притворные охи знакомых, соседей и сослуживцев. У своего разбитого корыта, из которого надо бы выкарабкаться, но как?

Глава 7

Глава 7

Я уже полчаса топталась перед кабинетом его величества, а гражданин Данилов не объявлялся. Секретаря не было, и хотя я пришла заранее, работа на нижних этажах давно гудела.

Выглядела я сегодня симпатично, насколько это возможно в походных условиях. Волосы собрала в высокий хвост, чуть подвела глаза, стрелочки, на удивление легли ровно. Два взмаха тушью, чуть чуть румян. На мне был нежно сиреневый короткий до талии свитер с высоким горлом. Джинсы на мне всегда сидели идеально. Обувь за ночь высохла у батерии. С утра был мороз, слякоть затянуло ледком, развалившийся сапог остался сухим изнутри.

Признаться, я очень старалась выглядеть получше. Всё таки шла не на стройку, а в кабинет к шикарному мужчине. Что уж говорить. Дикий красавчик успел произвести впечатление не только своим хамством. но и внешностью.

Вчера мне не удалось познакомиться с секретаршей. Встретила в приёмной какую-то озлобленную тётку, уборщицу, наверное. Представляла, какая там фифа-цербер секретарша встретит меня на входе сегодня. Наверное, посмотрит на меня сверху вниз, холодно, с презрением спросит:

– Кто? Вам назначено?

Окатит меня оценивающим взглядом и я снова буду чувствовать себя не в своей тарелке? Нет уж! Поэтому приготовилась как могла к бою.

Разочарования моему не было предела. Ни фифы, ни монстра Данилова в назначенное время в назначенном месте не оказалось.

Итак, потоптавшись полчаса, спустилась на пару этажей, узнать хоть что нибудь. Например, как позвонить Данилову, или во сколько приходит секретарь. Не решилась зайти в муравейник стрекочущих компьютеров. Разглядев через стеклянные стены всю возню клерков за перегородками, мне надоело стоять, вернулась наверх.

Я вошла в секретарскую, села на единственный стул за стол отсутствующего секретаря. Огляделась. Пусто, минимализм во всём. А где пакетики с чаем, кофемашина. Я бы от кофе не отказалась. Там в гостинице постеснялась заказать, по дороге спешила, чтоб не опоздать. Но вот кофе мне действительно не хватало. Эх, мне бы сейчас корыто печенья вперемешку с ватрушками, и всё. Жизнь бы удалась.

Неожиданно в комнату влетела женщина лет 40.

В светлой блузе, чёрной юбке, с оранжево-жёлтым платком на шее. Кстати, я заметила, здесь большинство женщин были так одеты. Значит, это униформа и мне это очень понравилось. Красиво и строго.

Женщина удивлённо зависла на мне взглядом:

– Новенькая секретарша? Отлично, а то вчера прежняя сбежала. У себя? – она кивнула головой на дверь с грозной табличкой Данилов Ю.М.

Я китайским болванчиком отвечала киванием головы, всё еще не совсем сообразив, что происходит.

– На, передай ему, как придёт, – она хлопнула на стол пачку папок, воздела руки к небу, радостно воскликнула: – Спасибо тебе, Господи, что не надо самой к нему в кабинет заходить.

Женщина уже уходила, повернулась, весело подмигнула:

– Чего ты ждёшь? Включай компьютер, там уже входящих завал.