Босс Мой нежный зверь (СИ) - Эдельвейс Анна - Страница 8

– Постойте, – я остановила женщину, собираясь разузнать о своём протеже побольше: – Что вы знаете о Данилове?

– Самый отвратительный мужик на свете.

– Вы имеете в виду мужчина или начальник?

– Да. Начальник. И мужик. Грубиян и деспот.

– Почему же вы работаете здесь?

– Потому что во время платит и я в, принципе, его не вижу. А вот вам, девушка, не позавидуешь. Поэтому не знакомлюсь, всё равно скоро сбежите.

– Подождите, расскажите мне побольше о характере руководителя. Как вообще коллектив настроен?

– Ты лучше к работе приступай. А то быстро сама настроишься на выход. Данилов не терпит простоев ни в чём. Пока.

Я смотрела ей вслед, дождалась, пока за ней съехались раздвижные стеклянные двери, повернулась к рабочему столу.

Предложение включить компьютер, конечно, интересное. На самом деле, если секретаря нет и моего принца тоже, то работа здесь стоит. И это плохо.

Секретарём я никогда не работала и о профессии у меня были очень туманные представления. В основном нецензурного толка, особенно, когда выяснилось, какие карусели крутила секретарша моего мужа с ним в рабочее время. Да и вправду, зачем ей было работать. Всю работу реального делопроизводителя исполняла я, сидя дома. Я ведь официально не работала. Считалось, оказываю посильную помощь мужу. Как выяснилось, просто неоценимую пользу: освобождала ему время для перетраха.

Где же синьор Данилов! Посмотрела на список номеров телефонов на столе. Схватила мобильный. Набрала его номер. Раз, другой, третий. Ну, кто бы сомневался. Не отвечает. Помер, что ли? Кстати, неплохой вариант. Написать некролог, выразив глубокое соболезнование горожанам малой родины будет очень злободневно. Тогда можно будет забыть про интервью. Закусив губу от самоуправства, взяла телефон со стола, позвонила с рабочего.

Гражданин Данилов рявкнул из телефона так, что басом выбил из меня последние надежды на его скорую и внезапную смерть. Жив, груб и агрессивен. Ну, по крайней мере я знаю, что он способен говорить и значит надежда ещё раз сцепиться с ним остаётся. Значит, прибью его сама, как появится.

Люди входили в приёмную, что то спрашивали, некоторые оставляли файлы. Я уже замучилась объяснять что я не та, за которую они меня принимают. Среди этой кутерьмы двери разъехались в очередной раз и на пороге появился мужчина… как бы его описать.

Небожитель из легиона огненных красавцев. Лощёный, холёный светский лев молодых кровей. Красиво зачёсанный лоб, прямые густые брови, глаза… Складывалось впечатление отдалённо знакомого человека, как будто я его где то видела.

Мужчина по хозяйски прошёл к двери Данилова, дёрнул её. Дверь, оказывается, была открыта в кабинет, а я и не знала.

Ещё не открыв её полностью, дяденька из другой вселенной спросил:

– У себя? Ты новая секретарша?

Я обрела дар речи, вспомнила русский язык, вскочила, как пионерка (вот что делает мужская красота с неокрепшими самозванками), доложила:

– Юрий Матвеевич ещё не пришёл. Что ему передать?

Господи, что я несу, зачем мне это, я здесь не работаю! Ответ прилетел мгновенно:

– Я сам разберусь с братом что и как ему передать.

Точно! Вот что мне показалось знакомым. Черты лица мужчины и что то в его глазах. Данилов и этот грубиян – братья и кроме внешности, они оба хамы. Наверное, это у них генетическое.

Брат Данилова подошёл ко мне, я продолжала стоять на вытяжку. Ещё ничего не произошло, а сердце у меня уже ощетинилось, считав взгляд Данилова-младшего. Липкий, неприятный взгляд…

Мне пришлось отступить, уперется задницей в край стола, однако братец моего монстра подошёл вплотную. Я чувствовала его парфюм, что то терпкое и сладковатое одновременно. Он влип в меня глазами, бесстыже скользнул взглядом по свитерку, завис на груди. Он весь, его лицо, губы были слишком близко от меня. Отступать было некуда, моя попа уже вклеилась в стол. Я покраснела. Он нагло, двумя пальцами поднял моё лицо за подбородок, очень близко от лица прошептал:

– А ты хорошенькая. Первый раз Юрец захапал горячую штучку.

Я оттолкнула его руку и самого мужчину от себя, выскользнула:

– Уберите руки.

– О, так ты ещё и дикарка. Я люблю таких. Кстати, ты знаешь, зачем я здесь? Ты же секретарша, догадайся.

– Ищите компанию в пивной погребок? Я не с вами.

– Ты хоть совершеннолетняя?

– Да, и совершеннозубая. Молочные зубки сменились на вампирские клыки. Кусаю всех, кто тянет ко мне руки.

– Выгонит тебя Юра, приходи ко мне. Я тебя пригрею на своём кошельке. Ну ты поняла.

Он повернулся и вышел.

Я исподлобья смотрела вслед братцу, диву давалась. Два брата при внешнем сходстве на самом деле были разными. Монстр вчера хотя бы руки не распускал, а этот прямо с порога начал за лицо хватать. Вот урод.

Хотя стоп! Я хлопнула себя по лбуу. Старший братец вчера тащил меня на плече, закинув, как тряпичную куклу и тоже не спрашивал на это разрешение! Причём нагло держал меня за попу и даже не извинился.

Я рухнула на стул, костеря на чём свет стоит эту командировку и обоих братцев.

Моё собственное настроение стремилось к нулю. Всё равно я решила сидеть мёртво и дождаться появления солнца по фамилии Данилов на небосводе.

Чтобы хоть как то отвлечься, решила помочь людям. Компьютер я включать не стала. Я здесь не работаю, и вообще в любой работе помощника надо хорошенько разбираться во всех офисных программах. Я отлично разбиралась во всём, что касалось работы мужа, но в чужом офисе лезть куда не было допуска и когда не просят это преступление.

Начались звонки по телефону, селектор мигал как новогодняя ёлка, а вот тут помочь я могла. Отвечала, записывала время, кто звонит, что передать. Подумала, что вообще то это шанс собрать информацию о темпе, о направлении в работе, раз претендент на мою премию не собирается мне её обеспечивать.

Это хорошо, если я вернусь с интервью и мой редактор мне хоть зарплату заплатит, а вот если вернусь с толковой статьёй, с цифрами и фактами, опишу рабочую напряженную атмосферу, то заплатит в два раза больше. И тогда кредит за этот месяц я выплачу.

Временами я отрывала голову от записей, посматривала на дверь хозяина кабинета и во мне разгорался костёр злости. Вот же гад! Он же сам вчера сказал ждать его здесь. Как можно об этом забыть. Кстати, я в соцсетях читала в отзывах о нём, что он никогда ничего не забывал, не опаздывал и бесился, если опаздывали другие. А сегодня что случилось? Ретроградный меркурий повлиял?

Смотрела на селектор, а перед глазами всплывала физиономия моего мучителя. Вот нормальный же с виду мужик. Да что там нормальный. Здоровенный красавчик. Правда, отпетый грубиян. Невоспитанный хам. Дикарь. Медведь из лесу. Где он шастает! И, по большому счёту что я здесь делаю?

Сидела, раздувала щёки, готовая сбежать, смотрела на суету в приёмной, только собралась отключить все приборы и уже попрощаться с мечтой сделать что то путное из командировки, как на порог вкатилось ясно солнышко. Данилов-старший.

Вместо “здравствуйте” мне прилетело от моего монстра:

– Что ты тут делаешь?!

Глава 8

Глава 8

Юрий

Смешно было вспомнить глаза девчонки, когда привёл её в гостиничный номер. Перепуганные, настороженные. Боялась, что изнасилую её? Так я вроде не голодный, на маньяка не похож. Да и она не в моём вкусе. Сейчас, правда , после расставания с бывшей во мне вообще никаких вкусов не осталось, кроме глухого забора, за который теперь бабам ходу нет. Ни шагу. Ни одной.