Развод. Ты нас не вернешь (СИ) - Мэра Панна - Страница 2

— Вот смотри, — радостно указывает на рисунок, на котором под солнцем изображена счастливая семья из трех человек.

— Это я, — улыбается Лея, — это ты. А вот папа. Вы за ручки держитесь.

Пронизывающий разряд боли проходит по телу.

Папа нас предал, но Лея еще не знает об этом.

Снова надеваю вымученную улыбку и ласково обнимаю дочь.

— Ты такая умница-художница. Я очень тобой горжусь.

Лея с гордостью протягивает мне свою работу, и я дрожащими пальцами принимаю рисунок.

Внутри бушует страшный пожар. Но только я не могу сгореть. Не перед Леей. Не перед мужем, который меня предал.

Я должна быть сильной.

Возвращаюсь в спальню. Бросаю рисунок на стол.

Давлюсь рыданиями, надеясь, что дочь не услышит моих слез.

У нас больше нет семьи.

Есть только моя связь с Леей и его связь с секретаршей.

Слышу, как проворачивается ключ в замочной скважине. Это Леша пришел с работы домой.

Топот в коридоре, и я отчетливо слышу, как он вешает пальто. Как двигает пуф и перекладывает лопатку для обуви.

Такие родные звуки, которые больше не имеют смысла.

Я думала, что знаю о нем все, но сегодня оказалось, что я ничего не знала об этом человеке.

Проходит несколько минут, и Леша как ни в чем не бывало заходит в спальню.

— Привет, — делает шаг мне навстречу, чтобы поцеловать, но я резко выставляю руку вперед, не дав ему возможности ко мне прикоснуться.

— Эй, все в порядке? Ты какая-то нервная.

Муж снова совершает попытку прижать меня к себе, но я оказываюсь проворнее.

— Что это? — тыкаю в мужа бумажкой с анализами.

Он неохотно забирает заключения, бегло посматривает результат, и вот его брови удивлено ползут наверх.

— Это твои анализы, — бросает недовольно, — ты больна какой-то дрянью.

— Да! Вот именно, Леша! Я больна какой-то дрянью! И сейчас мне бы очень хотелось узнать, как эта зараза попала в мой организм.

Он поджимает губы, деловито скрестив руки на груди.

— Ты у меня спрашиваешь?

— А у кого мне еще спрашивать, Леш? Может не будешь ломать комедию и признаешься, что изменил мне?

Вижу, как чернеют его глаза и дергаются скулы.

— Значит, так ты заговорила? — надвигается на меня тараном, выхватывает из рук кипу бумаг и швырнув ее на пол, — обвиняешь меня в измене, когда у самой грешков за душой немало!

От такой наглости отпадает челюсть.

Буквально час назад я видела его с другой и вот муж обвиняет в неверности меня⁈

— Что ты хочешь этим сказать, Кисляков?

Муж подступает ближе, склоняется надо мной и зло шипит на ухо:

— Что это ты меня заразила, а не я тебя.

Глава 2

Теряю дар речи, в ужасе глядя на мужа.

— Ты в своем уме, Кисляков⁈

Пячусь назад.

Хочется сделать глоток воды и отдышаться.

Как он смеет предполагать такое⁈

Муж нахально улыбается, словно ситуация вызывает у него детское умиление.

— А как же твой красавчик-коллега с работы? Думаешь, я не знаю, чем вы занимаетесь в своих командировках?

— Макс⁈ — у меня отпадает челюсть от таких громких заявлений, — да я бы никогда в жизни не посмотрела на женатого мужчину! Тем более у него прекрасная жена и трое детей!

— А твой соавтор из европейского журнала? — хмыкает Кисляков, — на днях ты несколько часов обсуждала его с подругами. Хочешь сказать у вас ничего не было?

— Ничего, черт возьми, — не могу сдержать новый порыв ярости, — он вообще встречается с одной из моих подружек, и мы весь вечер обсуждали, что подарить ему на День Рождения!!

Глаза Леши выражают растерянность. Хотел выбить меня из колеи? Заткнуть рот и убедить в том, что я тоже изменяла ему⁈

Не выйдет дорогой. Я абсолютно чиста перед всеми.

В отличие от тебя.

— Брось, Настя, — наконец не выдерживает муж, — все пары изменяют друг другу. Это совершенно нормально. Ты тоже можешь переспать с кем-нибудь, я не буду против.

Вот так аргумент в свою защиту выдвинул мой муженек⁈

Все труднее сдерживать себя рядом с ним.

Каждое слово врезается острием в сердце и остается где-то в глубине.

— Как у тебя вообще поворачивается язык предлагать мне такое⁈

— А что не так, Настя? У нас с тобой явно кризис в отношениях, и хороший левак на стороне мог бы решить нашу проблему.

Он пытается подойти ближе.

Зажать меня между шкафом и стеной, но я ловко предугадываю его движения, и остаюсь в стороне.

— Мне кажется, ты не в себе, — пытаюсь выйти за дверь, но Леша преграждает мне выход, заставив смотреть ему прямо в глаза.

Хочется убежать.

Плюнуть ему под ноги, побежать в спальню. Забрать оттуда дочь и уехать туда, где это эгоистичное чудовище не сможет нас достать.

Но пока я стою у двери, парализованная его наглостью.

— Да что ты так взъелась? Не нравится, что застукала меня с Олесей?

— Не нравится, что мой муж считает меня идиоткой, которой можно не просто изменять, но еще и наплевательски относится к ее здоровью.

Стараюсь говорить тихо, чтобы не пугать дочь, которая готовится ко сну прямо за стенкой.

— В наше время интрижку с коллегой даже изменой считать нельзя. Это просто тренажер для снятия стресса.

— Стресса⁈ — меня трясет, будто я залезла в ледяной бассейн, — а ты не думал стресс дома снимать, с женой⁈

Сидит напротив, задумчиво сканируя меня взглядом.

Кисляков всегда казался мне красивым. Этот его томный взгляд, темные глаза с длинными, несвойственными для мужчин ресницами и рельефный подбородок.

Еще вчера он был так красив, и только сейчас я начала замечать, что и недостатков у него достаточно.

— Я не понимаю, в чем претензия. Если бы ты не приехала ко мне в офис, то даже не узнала бы, что у меня кто-то есть!

— Значит это я виновата в твоем предательстве⁈

— Ты виновата, что узнала. Так что теперь тебе придется с этим смириться.

Его наглость становишься для меня последней каплей и ударом.

Нет.

Я могу многое простить. Могу быть мудрой и терпеливой. Трепетной и нежной. Но Леша перешел все границы дозволенного, и я больше не могу мириться с таким унижением.

Инстинктивно поднимаю руку. Звонкий удар по щеке и эхо от него расходится по всей комнате.

Леша хватается за щеку, на которой горит след от моей ладони.

— Хватит! — резко перебиваю мужа, — я видела тебя с другой несколько часов назад и слышала все, что вы обсуждали. Я не собираюсь оставаться с мужиком, у которого хороший брак укрепляется хорошим леваком!

— И что же ты сделаешь? Может бросишь меня, и начнешь полноценно работать на свою журналистику за три копейки? — ехидно выдает он, скрестив руки на груди.

Он его улыбки мурашки по коже. Он знает, что расставание с ним будет тяжелым, но он видно забыл, что у меня тоже есть характер.

Подхожу ближе.

Теперь уже Леша не так уверен в своем решении.

— Помнишь, ты сказал своей пассии, что хочешь подать на развод? Со мной — лукаво спрашиваю я, смерив мужа уничижительным взглядом.

— А это тут причем? Я вовсе не собирался с тобой разводиться.

— Правда? Очень жаль. Ведь мне очень даже понравилась эта идея. Собственно, я намерена ускорить процесс и облегчить тебе задачу, — весело произношу я, пока душа разрывается от боли на части, — Я сама подам документы на развод.

Глава 3

— Какой развод, Настя? — выплевывает Кисляков надменно, — думаешь, я поверю, что ты всерьез обратишься в суд⁈

Он медленно опускается на кровать.

Взгляд Леши сейчас презрительный, почти насмехающийся надо мной и моей болью.

Он до последнего не верит, что я приняла серьезное решение. А я с каждой секундой все больше убеждаюсь в своей правоте.

— Нам нужно обсудить вопросы по ребенку и имуществу, — как ни в чем не бывало сообщаю я, — я бы не хотела затягивать судебный процесс, поэтому предлагаю делить все поровну.

В глазах мужа ярость.