Развод. Ты нас не вернешь (СИ) - Мэра Панна - Страница 3

Еще утром он наверняка планировал и дальше наставлять мне рога. Вот только больше не выйдет дорогой!

— Поровну⁈ — зло усмехается он, — я напомню тебе, родная, что в этом браке у тебя нет ничего своего! С чего бы мне делить все поровну?

— С того, что в нашей стране существуют законы, которым ты обязан подчиняться.

Без угрызения совести муж смеется мне в лицо.

— Очень интересно. И что именно ты хочешь себе так просто присвоить?

— Я ничего не буду себе присваивать. Я получу долю, которая положена мне и нашему ребенку.

— Ммм, значит дом захотела себе выбить? — мгновенно перевирает мои слова супруг.

— Если ты о том, что я намерена делить, то да. У нас есть дом. Есть квартира. И есть моя машину, которую ты дарил мне на день рождения, Леи.

Леша едва может спокойно усидеть на месте. Вскакивает с кровати и стремительно подлетает ко мне.

— Можешь даже не стараться, — цедит сквозь зубы, — я тебе ничего не оставлю, если ты решишь идти в суд!

В первую секунду кажется, что он хочет меня ударить, но Леша ловко прижимает меня к стене, заставив протяжно ойкнуть.

Его близость для меня невыносима. Особенно сейчас, когда от него пахнет другой женщиной. Когда воспоминания об измене еще слишком свежи.

— Решила угрожать мне разделом имущества? — шипит он на ухо, — так вот запомни. Я не отдам тебе ни копейки!

Брезгливо отворачиваюсь в сторону. Сейчас мне даже не страшно.

А чего бояться? Худшее случилось несколько часов назад, когда я стала свидетелем предательства любимого мужа. Это было по-настоящему страшно.

— Я не шучу, Настя. У меня под контролем вся твоя жизнь. Не заставляй меня ее разрушать.

Последние слова заставляют меня вздрогнуть.

— Это угроза?

Муж ехидно хмыкает.

— Это предупреждение.

Пауза нависает в воздухе, когда он в последний раз сверяет меня уничижительным взглядом.

Вот теперь мне становится не по себе.

— Подумай до завтра о своем решении, дорогая. Может лучше закрыть глаза на это недоразумение и оставить все, как есть?

Он не дает мне время для ответа.

Вылетает в прихожую, и вот я вижу, как он быстро принимается за сборы.

Сердце бьется быстрее, и мне все сложнее становится принимать решения.

Может он не блефует? Может всерьез намерен объявить мне войну, вместо того, чтобы мирно меня отпустить?

Громкий стук двери раздается в прихожей, и я понимаю, что Леша сегодня уже не вернется.

Снова пронизывающая боль.

Когда он был рядом, я просто злилась. Я ненавидела его всем сердцем и желание мести было единственным чувством, заглушающим боль.

— Мам, мамочка, вы с папой поругались?

Лея осторожно заходит в комнату, с детским ужасом глядя на мои заплаканные глаза.

— Да, милая. Прости пожалуйста, что ты слышала, как мы с папой кричим.

Сажусь на корточки, прижимая любимую кроху к себе.

— А куда он ушел?

Не знаю.

Не знаю, что ответить ребенку, чтобы оградить ее от детских травм и ощущения покинутости.

Все что угодно лучше, чем ребенок, который понимает, что его предали.

— Прогуляться пошел. Перед сном.

— Он не пожелал мне спокойной ночи, —, в глазах дочки простая, человеческая обида, — когда папа вернется?

Сжимаю Лею крепче в своих объятиях, и навзрыд плачу, потому что больше нет сил держаться.

— Он не вернется, милая. Он не вернется.

Большую часть ночи не могу уснуть. Листаю старые фото в альбоме. Вот свадьба. Маленькая. Камерная. Но зато такая уютная!

Вот первая годовщина, которую мы провели в горах.

Вот рождение нашей принцессы-дочери.

На всех фото запечатлены мгновения абсолютного счастья, которое мой муж решил променять на мимолетное увлечение.

Поставил на чашу весов нашу любовь и доверие, тринадцать лет брака, слез и трудностей, которые мы преодолели.

Чтобы что? Чтобы запрыгнуть в постель к молодой любовнице, которая толком ничего о нем даже не знает?

Поворачиваюсь на другой бок. Стараюсь унять режущую боль в сердце, но она никак не уходит.

Может я сглупила, что сказала ему о своем намерении развестись? Теперь он будет знать, что я в курсе его интрижек и может действовать на опережение.

В этих мыслях я засыпаю, убедив себя, что за ночь мне придет правильное решение.

Утром все же решаю ехать на консультацию к юристу. Семейный специалист для этого явно не подойдет. Он первым делом позвонит Кислякову и расскажет, что я была у него с визитом. К счастью, моя самая близкая подруга прекрасный юрист и отменный эксперт по разводам.

После того, как дочка отправляется в школу, я принимаюсь за сборы.

Быстро нахожу все необходимые документы и выхожу из квартиры.

Спускаюсь на парковку, где только вчера оставляла свою машину, как меня охватывает новая волна парализующего страха.

Ключи падают у меня из рук, и слезы быстро подступают к горлу.

Моя новенькая ауди Q7, в идеальном состоянии превратилась в груду помятого, не подлежащего восстановлению металлолома.

На смятом капоте лежит крохотная записка с размашистой надписью:

«я ведь не шутил».

Глава 4

— Муж мне изменяет, — сообщаю подруге, едва она ставит передо мной чашку с чаем.

После ситуации с машиной, мне нужно прийти в себя.

Я до сих пор не могу поверить, что ему хватило на такое совести.

— Да ну тебя⁈ Неужели Кисляков на такое способен⁈ Ты уверена в этом?

— Абсолютно, — отвечаю равнодушно, — Лично застукала его в офисе с секретаршей.

Даша тут же забывает за чем шла. Приземляется напротив меня и закатывает глаза.

— Ну и банальщина конечно. Не мог уже найти себе любовницу посолиднее. Секретутка вообще не серьезно!

— А кто знает, Даш, с кем он еще в койку ложился. Мне теперь из-за его похождений лечиться надо.

Вздыхаю, стыдливо потупив взор.

— Ну и скотина конечно! Мужик, блин. Ему детей рожать не надо, а нам отдувайся за их загулы!

Подруга проходится по Кислякову отборным матом, а потом резко замокает, словно у нее в момент закончились все оскорбления.

— Ты сейчас как вообще? — наконец спрашивает она.

— Не очень, — честно признаюсь я, — думала, он спокойно согласится на развод. Но он встал в позу и кардинально против этого.

— Что значит против? — усмехается Даша, — такие вопросы в нашей стране решает суд. Так что он не может быть против. Разведут все равно.

— Нет, Даш. Ты не знаешь моего мужа, он мне жизни не даст, если я начну с ним бодаться.

— А что он может тебе сделать, Насть? Я как юрист тебе отвечаю. У него шансов тебя прижать нет никаких.

Слова и объяснения здесь излишни. Достаю из кармана телефон и

показываю подруге фото разбитой машины.

Даша растерянно хлопает глазами.

— Это что⁈ Твоя тачка⁈

— Угу. Вернее то, что от нее осталось, — перелистываю фото, демонстрируя подруге записку от мужа, — знаешь, кто руку приложил?

Даша все еще находится в замешательстве, нервно постукивая пальцами по столешнице.

— Если это и правда, Кисляков. Хана ему, Насть. Да мы засудим его в два счета.

Вскакивает со стула, принимаюсь встревоженно наматывать круги по кухне.

Я давно не видела ее такой злой.

— Я тоже сперва так подумала. Уже собиралась в полицию звонить, но потом вспомнила… Машину он на себя оформлял. Так что формально, он свою тачку разбил.

Даша останавливается и недовольно косится на меня.

— То есть как на себя?

— А вот так. Я ведь не думала, что жизнь так обернется. Машиной пользуюсь, а кому она принадлежит меня не шибко волновало. Сейчас понимаю, какой дурой была.

Даша продолжает метаться из одного конца кухни в другой.

— А дом? А квартира? С ними то он что намерен сделать, чтобы тебе не досталось⁈

Достаю из сумки большую кипу документов и кладу на стол перед подругой.

— Я привезла тебе все бумаги на наше общее имущество, ценные бумаги и предметы роскоши, которые он покупал за годы брака. Даш, мне нужно, чтобы ты полностью все перепроверила и сказала мне, на что я могу претендовать после развода.