Локки 10. Потомок бога (СИ) - Решетов Евгений Валерьевич "Данте" - Страница 40

— Мы заплатим тебе, если ты поможешь нам отбиться! — закричал толстяк, судорожно облизав губы. — Всё что хочешь отдадим!

— Будешь платить из своего кармана, — прошипел лучник и пустил стрелу в первую блоху, прыгнувшую на крышу.

Снаряд вонзился между костяными пластинами, вызвав у твари пронзительный свист. А уже в следующий миг Мира по-футбольному пнула её, отправив вниз.

— Заткнись, старый дурак! — окрысился на лучника маг и заверещал, брызжа слюной: — Мы из-за тебя попали в эту жопу! Ты же клялся, что вычислил лучший день и час, чтобы проникнуть в замок! Самодовольно крутил лысой башкой и задирал нос…

— Остальное время было ещё хуже! — выпалил старик, нависнув над толстяком.

— Заткнитесь оба! — рявкнула на них женщина, бросила на меня презрительный взгляд и крепче стиснула секиру. — К бою!

Многочисленные блохи начали прыгать на крышу, намекая, что рано или поздно доберутся до смертных и с хлюпаньем высосут их плоть. Но люди отчаянно отбивались, хотя в их глазах нарастало отчаяние, пот скользил по вискам, а дыхание с хрипами вырывалось из груди.

Кажется, пришла пора и мне вступить в игру…

Я выхватил саблю и вихрем смерти налетел на блох с тыла. Они уже всей стаей окружили склеп, чего я и ждал.

Первые несколько секунд насекомые даже не понимали, что их холодно и молча уничтожают, а затем всё же смекнули, что к чему, и обрушили на меня свою ярость и голод.

Однако, чем больше вокруг меня громоздилось трупов, издающих последнее затихающее посвистывание, тем менее охотно блохи атаковали. Не знаю, были ли у них мозги, но они как-то всё-таки сообразили, что остроухий мускулистый здоровяк скорее наградит их смертью, чем хотя бы каплей своей крови.

Блохи прыснули во все стороны, закапываясь в землю и ныряя в уже проделанные там ходы.

— Бегите, бегите, и своим там расскажите, что со мной лучше не связываться, — криво усмехнулся я, смахнул заливающий глаза пот и глянул в сторону склепа, на крыше коего прежде держали оборону смертные.

А их там уже не было. Зато среди поблескивающих в свете луны крестов мчались прочь три фигуры, перепрыгивая разрытые могилы и покосившиеся ржавые ограды.

Вот же… Свалили, воспользовавшись тем, что блохи отвлеклись на меня. Ну и как же все эти слова про труса и презрительные взгляды? А сами сбежали! Да ещё и с картой, которую я уже считал своей! Ну, ничего, далеко вы не уйдёте!

Я активировал «телепортацию» и начал стремительно нагонять их.

Меня почти сразу заметил старик и предупреждающе крикнул подельникам. Те побежали ещё быстрее, хотя уже дышали как загнанные кони. Едва пену не роняли с губ.

А когда я оказался всего в двадцати метрах от них, они резко развернулись, исподлобья глядя на меня колючими зенками, горящими на грязных осунувшихся лицах.

Мира угрожающе покачивала секирой, топча холодную могильную землю.

Маг вытащил длинный кинжал, явно потратив всю ману. А у лучника с пустым колчаном за спиной в мозолистых пальцах появился кистень. Он начал раскручивать его с характерным свистом, попутно дыша часто-часто, пытаясь нагнать в кровь кислород.

— Вот мы и отбились от блох вчетвером, да? — язвительно начал я, растянув губы в неживой улыбке, не коснувшейся глаз.

— Ты идиот, если не знаешь, что в такой ситуации каждый сам за себя, — просипел старик, раздувая крылья носа.

— Когда на кону стоит твоя жизнь — все способы хороши, дабы сохранить её, — примирительно произнёс толстяк, но кинжал не убрал.

— Мы думали, что тебе конец, — процедила женщина, глядя на меня сквозь рыжие волосы, лёгшие на лицо. — Никто бы не выжил в подобной схватке.

— А когда вы увидели, что я выжил, то побежали ещё быстрее. Видимо, от радости, что я не погиб? Или не захотели платить за то, что я спас ваши задницы?

— Лучше уходи подобру-поздорову, мы не хотим убивать тебя, — процедил старик и сощурил глаза, превратившиеся в два буравчика, обещающие намотать мои кишки на кистень, ежели я сейчас же не свалю куда подальше.

Я рассмеялся каркающим смехом, запрокидывая голову, а когда отсмеялся, то вытер тыльной стороной ладони рот и весело сказал:

— Хорошая попытка. Никогда не сдаётесь, да? Ничего не отдадите. И даже будете угрожать самой смерти, когда она придёт? Впечатляет. За это я вас не убью, а всего лишь заберу карту. И вы мне её отдадите, так как и сами понимаете, что ничего не способны противопоставить тому, кто завалил сотню костяных блох, пока вы на троих хорошо если убили десяток-другой этих тварей.

— Нет у нас никакой карты, — просипела Мира.

— Поздно лгать. Я слышал, как вы говорили о ней.

— Мы не отдадим тебе карту. Без неё вся наша затея обернётся прахом, — проронил лучник, сместившись чуть левее, чтобы их троица могла взять меня в клещи.

Самоубийцы, что ли? Или у них припасён какой-то артефакт, способный остановить такого как я?

— Зачем тебе карта? И кто ты такой? — произнёс маг, слегка побледнев под слоем крови и грязи. — Если ты собрался в сокровищницу, то присоединяйся к нам. Там много золота.

— Брик, ты охренел⁈ — зашипел на него старик.

Мира промолчала, но весьма выразительно посмотрела на мага.

Мне надоели эти игры, так что я телепортировался к старику и одним ударом в висок отправил его в нокаут. Он лишь успел напоследок щёлкнуть зубами, сточенными за годы жизни.

Мага же я просто ткнуть кулаком в некую точку солнечного сплетения. Тот сразу согнулся, судорожно пытаясь вдохнуть воздух. Но он никак не хотел проникать в его тело, из-за чего глаза смертного всё сильнее пучились.

— А-а-арг! — взревела Мира, вскинув над головой секиру.

— Отлично, ты теперь не женщина, а враг. А врагов бить можно! — на одном дыхании выдал я и ушёл от сверкнувшего лезвия секиры. Схватился за рукоять оружия Миры, вырвал его и бросил в склеп. А ей подсёк ноги, отправив в разрытую могилу. Она рухнула туда с протяжным воплем.

— Замечательно, — шёпотом оценил я свою работу.

И даже не пришлось тратить энергию на «очарование», а то мало ли что… Может, она мне в будущем понадобится, а я её израсходовал на такую ерунду?

Теперь вот только надо раздобыть карту. И она, по идее, должна быть у старика.

Я подошёл к нему, слыша хрипы мага. Тот уже свалился на колени, взирая на меня исподлобья красными глазами с полопавшимися капиллярами.

Подмигнув ему, я начал обшаривать старика, косясь в сторону могилы. Из неё с проклятиями и матюгами начала выбираться Мира. Она схватилась пальцами за осыпающийся край, подпрыгнула и выкарабкалась на свободу. Её огненный взор чуть не подпалил мою кожу. Но та была очень толстой. Я лишь усмехнулся и указал пальцем на задыхающегося мага.

— Твою мать! — рассерженно выдохнула женщина, помедлила немного и метнулась к толстяку, принявшись помогать ему продышаться.

— Правильно решение, — улыбнулся я, сняв со старика сапоги, воняющие кислым потом и блевотиной.

Однако и в них не отыскалась карта, как и в его карманах. Я даже проверил, не таится ли она между слоями его стёганки. Только и там ничего не оказалось, кроме нескольких серебряных монет.

— А вот это неправильно, — раздражённо протянул я, хмуря брови, после чего пару раз ударил лучника по впалым щекам, приводя его в сознание.

Голова старика безвольно дёрнулась, а сам он застонал и разлепил веки.

— Доброе утро. Где карта? — пощёлкал я пальцами перед его физиономией, краем глаза наблюдая за Мирой и толстяком. Последний хоть и побагровел как помидор, но уже с жадностью хватал распахнутым ртом воздух, сумев-таки начать дышать.

И он вместе с рыжей тревожно глянули на старика, будто заподозрили его в потере карты. При этом никто из той парочки не пытался напасть на меня, видимо смирившись с положением дел.

— Пошёл… ты… — прохрипел старик и попытался плюнуть в меня, но слюна позорно упала на его подбородок с колючей седой щетиной.

— Ладно. Тогда будет по-плохому. Ты ведь лучник и правша? — оскалился я и схватил его пальцы, выгнув их до треска.