Это кто переродился? Трилогия (СИ) - Дрейк Сириус - Страница 161

И возможно, даже говорят что‑нибудь интересное?

Хотя что тут гадать? Наверняка, ищут золото, или на худой конец нас с Марьяной. Все же по их каналам мы, наверняка, «пропали без вести» в той драке в больнице. И Аристарх за компанию.

Интересно, а как там Дарья? Все же она осталась в больнице совсем одна. Надо бы как‑нибудь связаться с ней, и этим «как‑нибудь» являлся тот проныра Шептун. Вот только как вызвать его⁈

Смотреть, как Кирова будет истязать очередную лысину, которая вошла к ней на «аудиенцию», я не стал. Открыл глаза и увидел перед собой недовольное личико Марьяны.

– Ваня, не хочу отвлекать тебя от важных дел. Но мне нужно на учебу.

– И?

– Что «и»⁈ Дай ключ! Никуда я не убегу, средь бела‑то дня!

Покачав головой, я вылез на берег. Хорошего понемножку.

– Дарья взяла с меня слово, что я и глаз с тебя не спущу. А уж если я даю слово, – и я прижал когтистую ладонь к груди. – Я привык его сдерживать. Поэтому…

Марьяна застонала.

– … Мы пойдем к тебе на учебу вместе. И это не обсуждается.

– Как⁈ Как ты себе это представляешь?

– Как‑нибудь. Ты же отказалась отчисляться? Вот, поэтому если ты, золотая моя пылинка, не идешь мне навстречу, я сам пойду!

Одевшись, я направился к выходу с крыши. Марьяна обреченно поплелась со мной следом. И Рэд с Пухом за компанию.

– Какая я тебе пылинка! – ворчала девушка. – Дай хоть ботинки надеть!

На пути нам попались Силантий с Амадеем.

– Ни о чем не беспокойтесь, господин, – сказал маг. – К вечеру мы сделаем еще сто килограмм золота.

– Правда, бронза на этом закончится, – вздохнул Амадей. – Нам нужно еще, и к тому же…

И он вытащил из кармана свой философский камень. Стоило алхимику чуть‑чуть нажать на него, как он с треском рассыпался на кусочки.

– Мне нужно создать новый… Попрочнее.

– Что тебе для этого нужно?

Амадей принялся перечислять, и мы поняли, что это вопрос их магического цеха. Оставив магов решать его, мы спустились к лифту, на лестнице услышали продолжающийся топот, визг кальмаров и довольное чавканье. К «чистке» присоединились даже детишки.

Что ж, все были при деле. Одна Марьяна оставалась мрачна как туча.

– Я не буду сидеть с тобой за одной партой! – заявила она в лифте, и вдруг радостно улыбнулась, словно найдя выход из положения. – Да! Тебя и не пустят в институт! Ты же не студент!

Но поглядев на мое уверенное выражение лица, она поджала губу.

– Правильно, девочка, – улыбнулся я. – Слова «нет» для меня это только временная категория. Неужели ты до сих пор не поняла?

Прежде чем она успела выкрикнуть очередное «нет», двери раскрылись и к нам в лифт зашел ящер. Это был Аристарх. Все еще мрачный, молчаливый и… одетый в длинный плащ с капюшоном. Ткнув кнопку первого этажа, он повернулся к нам спиной.

– Ты куда собрался? – тронула его за плечо Марьяна. – Тебе же сказали оставаться в…

Он оглянулся. Его глаза заставили девушку вжаться в стену.

– Я ухожу искать того, кто превратил меня в ЭТО. Если вы, Марьяна Васильевна, и вы, Иван Петрович, попытаетесь остановить меня, клянусь – вам придется меня убить.

Глава 11

Какие ваши доказательства⁈

Убивать няньку в мои планы не входило. Однако потворствовать его глупости тоже.

– И где же ты собрался «его» искать? – спросил я. – И кого «его»?

Аристарх нахмурился.

– Того, кто осмелился бросить вызов и Королеве, и Магистру самой могущественной организации в стране. Кое‑кого достаточно сильного, чтобы провернуть подобные вещи, и недостаточно сильного, чтобы действовать открыто. А еще отчаянного, злобного и охочего до власти…

Я закатил глаза. Ну, наворотил предположений.

– И кто же это? Какой‑то обиженный князь, которому Королева отказала по молодости, и он поклялся отомстить?

– Не исключено… Врагов у Короны масса. И чем ближе к трону, тем их больше.

– Ты же знаешь, – прищурилась девушка. – По глазам вижу. Кто это, Аристарх?

– Вам, Марьяна Васильевна, лучше в это не лезть. Идите на учебу.

Двери открылись, и Аристарх, надев шляпу прямо на капюшон, направился на выход.

– Всегда он так… – забурчала Марьяна. – Как читать мне нотации, то «пора взрослеть», а как доходит дело до действительно важных вещей – «не лезьте, вы еще не доросли». Тьфу!

А я бы отметил, что в этой безразмерной одежде и без того высоченный ящер выглядел не просто подозрительно. А ОЧЕНЬ подозрительно. Плюс хвост, но его 'предусмотрительный Аристарх запихал в штанину.

– Ты бы еще темные очки надел, – вздохнула Марьяна, догнав его на улице. – Для маскировки!

Не ответив ей, нянька повернулся ко мне.

– Обухов, прошу, не оставляй Марьяну Васильевну. Эти ублюдки на все пойдут, только бы убрать Дарью Алексеевну и заполучить наследницу престола. И если им удастся, то…

Возникла пауза.

– То… что? – блеснула глазами девушка.

Но этот загадочный мститель, взмахнув плащом, направился прочь. Через пару секунд его массивная фигура затерялась среди зданий. Мы же с Марьяной стояли как громом пораженные.

– То что⁈ Что они сделают? – бушевала девушка. – Насильно выдадут меня замуж? За кого⁈ Ух, Аристарх!

Я улыбнулся.

– Наверное, это тебе лучше знать. Кто эта твоя любовь? Есть идеи? Может, кто‑то со школы?

Марьяна покачала головой.

– В школе у меня были угри… – и она покраснела.

– Угри? Они были ядовитые?

– Нет, на лице. Да блин, неважно! Пошли уж! Раз мне все равно от тебя не избавиться, Ваня, то так и быть – пойдем на учебу!

И мы направились искать спуск в метро. У турникетов возникла заминка.

– Нам же покупать билет на одного, или на двух?.. – задумалась Марьяна, имея в виду наши «нерушимые узы».

В вагоне поезда на нас пялился каждый второй. Стоило нам усесться на лавку, как вокруг загуляли шепотки:

– Во девка дает… Еще молодая, а парня уже на привязи держит.

– Может, это он ее? Поди гулящая. Вон смотри, какие глазки похотливые.

– Зачем это такому красавчику? Вона сколько вокруг юбок расхаживает, бери не хочу!

– А эта‑то всегда близко. Только руку протяни!

– Умен, парень. Умен.

– А глазки у нее все же похотливые.

С каждым долетевшим до нас словом Марьяна краснела все больше. Я же махнул рукой – пусть шепчутся, если им завидно. Рэд с Пухом сидели у нас в ногах, и, устав разглядывать унылые лица пассажиров, я взял питомца на руки.

– Так ты умеешь говорить, или нет?

Рэд отрицательно покрутился.

– Нес, – сказал он хриплым голосом, и Марьяна вжалась в кресло.

– Он еще и говорит⁈

– Нес!

Она недоуменно захлопала глазами. Я же был не впечатлен – подумаешь, говорящий мяч с зубами? Из порталов вон вылезает куча всякой дряни, и они тоже говорящие. Правда, несут обычно всякую чушь.

– Ты вообще собираешься приручаться, Рэд? Сколько мне еще тебя наглаживать?

– Нес.

– Что, «нет»⁈

– Нес.

– Приручайся, я тебе говорю! – и, положив его на колени, я принялся энергично наглаживать ему бока. – Пока не приручишься, еды тебе не видать!

Рэд обиженно заскулил. Так мы и просидели несколько станций. Я пытался его приручить, а тот только фыркал и поглядывал на мороженое девочки, что сидела поодаль.

Однако та совсем не рвалась его есть, и оно таяло на глазах.

– Мама, почему дядя разговаривает с мячиком?

– Не смотри на него, это какой‑то преступник!

Они вышли на следующей станции, а я принялся натирать Рэда только активней.

– Приручайся, кому говорят!

Но тот не давался. Еще через одну станцию я сдался.

– Может тебе купить мороженого? И ты…

Рэд же мигом «развернулся» у меня на коленях, поднял когтистые лапки кверху и открыл глаза. Они у него были черные с белыми черточками зрачков. Жутковатое зрелище.

– Нес‑с‑с… Оросеное!

Он облизнулся – длинным раздвоенным языком.