Это кто переродился? Трилогия (СИ) - Дрейк Сириус - Страница 160

И я показал ей, как нужно зарываться в золото. Пара легких движений, и от меня осталась только рука. Минуту спустя я вынырнул.

– Попробуй! Нужно только полежать так пару дней. А может, и неделю. Я тоже не сразу научился, когда был еще совсем маленьким, но…

Марьяна потянулась к берегу, но наручники были против.

– Нет, спасибо! Да и вообще, некогда нам тут плескаться. Надо тоже пройтись по этажам. Найти порталы, из которых вылезли эти твари, и закрыть.

Я покачал головой.

– Ошибаешься. Если из порталов постоянно лезут такие же кальмары, то нашим дамам это только на пользу. Им же нужно чем‑то питаться, пока мы не найдем им хорошую тихую заводь?

– Но…

– Вот и пусть пока постоят открытые! Сколько они уже так стоят, Силантий?

– Пятый год. Большинство заросло, но вот парочка…

– Вот! Либо так, либо ящерки снова озвереют и начнут нападать на людей. Расслабься, – и зевнув, я потянулся. – Выходить на улицы они будут только с наступлением ночи, где пусть бьют монстров для пропитания. Или спустятся в канализацию, на крайний случай…

Кстати, про канализацию. Крысы не сидели на месте, и из утренних газет мы прознали про еще одну их «акцию». Взяв у Силантия один экземпляр, я отпил еще немного «бормотухи» и взялся за чтение. Оказалось, что в тот момент, пока Инквизиция охраняла Дарью, воры умудрились забраться даже в Королевский банк «Золотое крыло».

«ВЫМЕЛИ ВСЕ ПОДЧИСТУЮ. ПОЛИЦИЯ СБИЛАСЬ С НОГ» – так и значилось в заголовке. Ниже была фотография, где начальник банка рвал на себе волосы. Напротив был пустой сейф и лежащий внутри крысиный хвост.

– Бедолага, – хмыкнул я, высыпая немного монет себе на грудь. – Наверное, нелегко ему пережить два ограбления подряд…

Целый разворот они посвятили очередному мероприятию, на котором присутствовала Дарья. Число там стояло то самое, когда она лежала в больнице со смертельными ожогами. Увидев фотку, где довольная бабушка награждает группу военных, Марьяна фыркнула.

– Это событие годовой давности. По телеку тоже крутят старые записи. Чтобы не «мутить воду», как они любят выражаться…

На последней странице мелким шрифтом была заметка про «акцию» Кировой, в ходе которой «доблестные Инквизиторы раскрыли очередной заговор по укрытию незаконного золота Башни». Все эти «экспроприации» объяснялись защитой города от порталов, которые якобы порождает близость моего золота.

Наивные… Опасность порталов вы, может, и снизите, но на какие‑то доли процента. Их привлекает сама близость магии, людей и их взаимодействие, коим этот город буквально переполнен. Не используй людишки магию на всякую ерунду, вроде поджаривания яичницы, глядишь и порталов бы открывалось меньше. Так нет же…

Но мне‑то что? Я тут – в золоте, а остальные монеты буквально сами стекаются мне в руки. Одна часть – в канализацию, куда совсем скоро нам предстоит заглянуть, а другая – в Башню, где мне тоже вскоре предстоит обосноваться. Оставался только вопрос – как? Увы, на него у меня пока не было четкого ответа…

Однако дорожка у меня имелась, и, как ни странно, звали ее Доминика Кирова. А точнее – ее особый глаз.

Отложив газету, я откинулся на спину и, сосредоточившись, попытался «потянуться» к ее блестяшке, что теперь была МОЕЙ, и тут…

Я поймал его!

На моем лице выползла улыбка. Что ж, лучше и придумать было нельзя. Закрыв глаза, я увидел перед собой…

Дернувшись, огляделся. Это только я вижу⁈

Но Марьяна все лежала на золоте и, вращая на пальце колечко, что‑то ворчала себе под нос. Силантий с Амадеем давно ушли в дом, а вот Рэд умудрился затащить Пуха в наш бассейн. Визга было много.

Отрешившись от всего, я снова закрыл глаза, и увидел ее.

Вернее, их. И нет в тот раз мне не показалось. Их было две, и они были довольно большие. Очень, очень большие…

Где‑то в застенках Инквизиции.  

Глаз чесался, как будто в него попала пена. Ужасно чесался! Как так⁈ Он же, сука, золотой!

Пены вокруг были целые горы. Спрятавшись в нее по шею, Кирова как могла пыталась успокоиться, но ничто – ни благовония, ни легкая музыка, ни обжигающе‑горячий бассейн, наполненный особой лечебной водой с пеной и лепестками роз, ни массаж ног – ничего не могло улучшить настроение злого до мурашек Магистра.

А еще эти барахтающиеся идиоты…

– Что значит, как под землю провалилась⁈ – бушевала она, вскинув руку, и под потолок унесся очередной верещащий сотрудник. – Она Королева, балбес! Как могла Королева потеряться? Она что, иголка в стоге сена⁈

Инквизитор только булькнул и закорчился в агонии. Больше от него толку было ноль – ничего конкретного ей не сказал ни он, ни остальные, кого пришлось использовать на смену Лаврентию и Григорию. Все они валялись на полу у края бассейна. Бесполезные, как мешки с дерьмом.

– Зараза… На кого вы меня оставили?..

Она со вздохом разжала «хватку», и Инквизитор рухнул к своим дружкам, что, отхаркиваясь, уползали из ее личной сауны. Алиска, сидевшая за спиной Магистра, провожала их разочарованным взглядом.

– Как? Как это возможно⁈

– Не могу знать… – прохрипел единственный оставшийся Инквизитор. – Но командир гвардии сообщил, что некая фигура в бинтах, которая могла быть Королевой просто… сбежала.

Магистр закусила губу и снова почесала чертов глаз.

Этот бред она уже слышала. Как может человек с такими ранами не просто ходить, а еще и сбежать, прыгая по крышам⁈ Этот кретин ее что, совсем за дуру держит?

Оставалось только одно объяснение – Дарья отдала богу душу, и ее тело похитили. Но кто?.. Хотя глупый вопрос. Тот, кто и устроил этот теракт. Добился своего, а труп просто выкрал, чтобы…

Чтобы что? Разве смысл был не в том, чтобы убить Королеву или надругаться над ее телом? Зачем ее похищать?

Магистр нахмурилась. Глаз просто доводил ее.

– Что за бред⁈

И Кирова вытащила эту золотую гадость. Поморгала и, откинувшись на подушке, приложила к пустой глазнице лепесток розы. Глаз же устроила на бортике.

– А где Марьяна?.. – простонала она. – Ее‑то нашли?

– Нет… Ище…

Скрипнув зубами, она до хруста сжала кулак, и Инквизитора снова ударило о потолок.

– Идиоты! Она же обычная студентка! Как можно было потерять ее⁈

– Ее нет в общежитии, и…

– Конечно, нет! По вашей же вине, кретины, ее оттуда выселили!

Она снова взмахнула рукой, и Инквизитор, повиснув вниз головой, начал медленно плыть к ней прямо по воздуху. Вернее, к Алиске, что поднялась на еще дрожащие лапы и сделала шаг навстречу. Облизнулась.

– Прошу, нет!

– У тебя есть шанс повысить мне настроение, – сказала Кирова. – Где Лаврентий? Вы хотя бы тело его нашли?

Он хотел ответить, но Кирова подняла палец.

– Скажешь «нет», и я отдам тебя пантере. Алиске нужно хорошо питаться после всего…

Инквизитор из красного тут же стал бледнее призрака.

– … Мы ищем его, мессир, но…

Кирова снова сжала кулак, и вновь хрипящий Инквизитор забарахтался под потолком как новогодняя игрушка. Пантера, рыкнув, принялась размахивать лапой и пытаться дотянуться до его лысины, а тот ревел как раненый ишак.

– Что толку от нашей организации… – говорила Кирова, держа Инквизитора в опасной близости от клыков и когтей пантеры. – Если мы облажались трижды! Трижды!!! Ты чего молчишь⁈ Говори, а то…

Вдруг двери в сауну раскрылась. Послышались шаги.

– Кто посмел? Без стука⁈

Скосив глаза на вошедшего, Кирова на мгновение потеряла контроль, и визжащий Инквизитор рухнул в бассейн. Брызги накрыли Магистра с головой, но она даже не поморщилась.

Не отрываясь, она смотрела на того, кто шагал к ней сквозь плотные клубы пара. Медленно, слегка шатаясь.

И это был…

– Лав… Лав… Лаврентий!

Изображение было довольно мутное, и кроме прелестей самой Кировой там можно было разглядеть разве что ее лысых дружков, которых она вертела и кидала, словно тряпичных кукол. Они что‑то говорили владелице глаза, но, увы, звука этот артефакт не передавали, а жаль. Я бы с удовольствием послушал, как они хрипят от боли.