Это кто переродился? Трилогия (СИ) - Дрейк Сириус - Страница 95

– Мало нам монстров с утра пораньше, так еще какой‑то негодяй вламывается в наше личное пространство и оскорбляет нас! Вылезай, извращенец!

– Нет! Подите прочь, курицы!

Дверь открылась, и вой поднялся на весь туалет. Оглушительно запахло перцем, поэтому Марьяна поспешила убраться подальше. Рука все еще чесалась, ее нужно было побыстрее показать врачу.

К счастью, в холле очередь уже рассосалась. Ее странный перебинтованный спутник, сидя в кресле, снимал с себя бинты. Над его головой летал шмель.

Только подойдя, Марьяна разглядела его лицо и от удивления чуть было не растянулась на полу.

– Ваня⁈

Подняв голову, он улыбнулся – лицо было еще опухшим, и эта улыбка была скорее жутковатой.

– Ну что, можем идти?

Не успела Марьяна открыть рот, как сзади вынесли дверь, и из туалета вывалился Зорин. Он был весь мокрым, оборванным и с красным от перца лицом. Сзади его подпирали рассерженные пациентки.

– Еще хочешь, гад⁈ Получай!

Исторгнув отчаянный вой, он ринулся к выходу.

– И больше не появляйся тут! Извращенец!

Пока мы сидели в очереди к травматологу, Марьяна все елозила на своем пуфике. На мои вопросы отвечала односложно, а то и просто смотрела в стену. Кажется, ей было ужасно стыдно.

– … Твоя бабушка строга с тобой по одной причине – когда‑нибудь ты займешь ее место, девочка, – говорил я. – Быть правительницей – это твоя судьба.

Марьяна стала еще более красной, хотя казалось бы, куда больше. Свою дрожащую руку она постоянно прижимала к груди.

– Далась мне такая судьба, – выдавила она. – Почему я не могу стать тем, кем хочу? Танцовщицей, например, или официанткой?

Я хмыкнул. Тоже мне мечта.

– Вернемся в «Котел», и я познакомлю тебя с Викой, Жанной и остальными. Не знаю, мечтали ли они о том, чтобы танцевать или разносить напитки, однако жизнь преподнесла им это совсем не с той стороны. Думаю, каждая из них отдала бы все, чтобы быть на твоем месте…

Марьяна хмыкнула, и хотела что‑то ответить, но тут над дверью зажглась лампочка. Пришла ее очередь.

– Ты не пойдешь?

Я покачал головой и приложил к лицу свой кошелек.

– Меня вылечит золото. Еще минут десять, и я буду как новенький. А ты что, доверяешь этому… – и я присмотрелся к табличке на двери. – Могилевичу?

Маряна кивнула.

– В Ассоциации все к нему ходят. У нас есть штатный доктор, но про него все говорят, мол, к Арнольдовичу только за распиской на тот свет.

С завистью посмотрев на мой способ восстановления, она скрылась за дверью. Я же задумался о том, что она успела подслушать в туалете.

Зорин решил нанять кого‑то, чтобы он «занялся» мной? Эх, знал бы раньше, выдавил бы все сведения по капле из этого клоуна. Но, в целом, все объяснимо – не исключено, что Ройс с Францевым или же семейка покойного Щорса наняли какого‑нибудь наемника, чтобы он отомстил мне за поруганную честь. Чести, правда, у них не было ни капли, но кого это интересовало?

Пока ждал Марьяну, меня тоже потянуло в туалет. Сделав все дела, я подошел к зеркалу – лицо уже приобрело более‑менее нормальный цвет, пусть и было немного красноватым.

А вот руки… Я закатал сначала один рукав, а затем другой. Руки я рассматривал долго – редкий слой поблескивающей чешуи тянулся от кисти и уходил к плечу. На спине, судя по всему, такое же богатство.

Открыл рот, но там пока было чисто. Язык тоже был нормальным.

И что, все дело в Марьяне и в ее Крови? А что будет, если она отдалится? Чешуя снова пропадет?.. А потом, стоит ей снова подойти, я продолжу свое превращение? Странные дела – похоже, на это тело Кровь влияет как‑то по особому, чем на меня прежнего. Нужно понаблюдать за собой и понять, до какой степени мне удастся вновь обрести прежний облик.

– Вот это да, чувак, – сказал вышедший из кабинки мужик с подбитым глазом. – Тебе бы мазь какая не помешала. А то оно аж светится!

– Это и есть мазь, – сказал я, умываясь в раковине. – Особый рецепт.

– Да? Красиво… Как называется?

– Идинахерин тебе о чем‑то говорит?

– Нет. Погоди, я запишу…

Выключив воду, я направился на выход. Марьяны еще не было, но зато вокруг цветка на подоконнике вился мой новый знакомый – шмель, который почему‑то весь этот глупый день преследует меня по пятам.

Усевшись напротив, я принялся наблюдать за ним. Из кабинета врача раздавались приглушенные голоса.

В кабинете врача.  

– Сожмите в кулак. Дышите. Не дышите, – говорил врач, пока Марьяна показывала ему руку. Абсолютно чистую и здоровую, без единого пятнышка. – Так болит? А так не болит?

– Нет. И так не болит.

Отпустив ее кисть, врач развел руками.

– Из всего выходит, что вам повезло, барышня. Ваша перчатка вам сильно помогла. Большинство моих пациентов не имеют и 1% от вашего везения.

Марьяна снова осмотрела свою руку.

– Но почему же она так чешется?..

– Наверное, вы просто переволновались, – улыбнулся врач и, вытащив из ящика стола какое‑то снадобье, подвинул ей. – Вот, примите сегодня вечером, как останетесь одна, и сразу же ложитесь спать, хорошо?

– Хорошо, – сказала Марьяна, взяв пузырек. – Может, мне еще показаться дежурному специалисту из Ассоциации?

Врач хохотнул.

– Арнольдовичу? Этому вашему коновалу? Ни в коем случае! И передайте ему, что он, каналья, мне должен денег!

– Передам. Спасибо, доктор.

Положив пузырек в карман, девушка вышла. Дождавшись, пока ее шаги затихнут, доктор снял очки и потер переносицу.

– Так нужно… Так нужно…

Он хотел было пригласить следующего пациента, как зазвонил телефон. Доктор взял трубку.

– Слушаю…

– Ну как наша птичка? Взяла лекарство?

Дернувшись, доктор покосился на дверь. Она была плотно закрыта, но он все равно скрючился пониже и зашептал в трубку:

– Взяла… У нее была какая‑то рана после портала, и я сказал ей…

– Неважно, что у нее было. Самое главное, чтобы она приняла лекарство.

– Я все сказал, как вы и просили.

– Молодец.

– Прошу, моя дочка…

– Учится твоя дочка. И получает одни пятерки. Она может гордиться, что у нее такой умненький папаша.

И в трубке послышались гудки.

Глава 7

Где живет Марьяна?

– С рукой точно все в порядке? – спросил я, когда мы спускались по лестнице. – Еще час назад от нее разило магией.

Взяв кисть, я обнюхал ее. Вроде, все было чисто.

– Врач сказал, что мне повезло, – сказала девушка, пряча руку под плащ. – Мол, у 99% все куда хуже. Ну, ему лучше знать. Как никак он давно лечит магов Ассоциации.

Я фыркнул. Не аргумент. Даже самый паршивый 1% может подвести. Спросите Олафа.

Мы вышли на улицу.

– Ладно, Ваня, ты вроде хотел куда‑то пойти? – спросила Марьяна. – Только ненадолго. Мне так‑то нужно отдохнуть перед завтрашней сменой.

– Могу проводить тебя до дома. Ты где живешь? Вроде, в какой‑то общаге?

– Угу, в институтской. Жуткое место.

– Почему? Там опасно?

– Быть студентом в Королевстве вообще опасно. Особенно во время сессии, – хихикнула Марьяна. – А в общаге мы не живем, а выживаем. У нас комендант – чисто зверь. Считает, что студенческие годы должны проходить на военном положении: с минимумом горячей воды, без нормального отопления, с электричеством на три часа в сутки и с постоянной угрозой выселения. Типа, чтобы в зрелости человек знал всему цену.

– Мудро, – кивнул я. – С таким человеком не пропадешь.

Марьяна вздохнула.

– Вот мы и… не пропадаем.

Отойдя немного от больницы, я заметил на столбе объявление. «Вы видели такие монеты?» – гласили крупные буквы, а под ними была изображена монета с клеймом Башни. Сорвав объявление, я прочитал: «За любую информацию о местонахождении подобного золота платим золотом. Укрывателей ждет наказание. Кирова Д. А. Магистр».