Опасное приключение - Шервуд Валери - Страница 46

Проснулась она от ружейных выстрелов и, сев в кровати, позвала:

– Рэйл!

Его рядом не оказалось. В мгновение ока она соскользнула на пол и принялась лихорадочно одеваться. Спустившись вниз, она наткнулась на хозяина. По его словам, Рэйл ушел из гостиницы с первым лучом зари. Лорейн охватила паника. Не мог же он бросить ее одну в городе, где идет война!..

Испугаться по-настоящему ей не пришлось – шотландец появился в дверях собственной персоной.

Он все-таки вернулся за ней, с облегчением подумала Лорейн.

– Что происходит? – с беспокойством спросила она.

– Войска губернатора Беркли выступили против мятежников, – лаконично объяснил Рэйл. – В настоящее время они атакуют бруствер.

– А что сталось с теми несчастными женщинами, что разгуливали по баррикаде?

– Их уже давно там нет, – пожал плечами Рэйл. – Они нужны были только для того, чтобы люди губернатора не напали на мятежников раньше времени и дали им возможность закончить возведение укреплений. Башковитый парень этот Бэкон, вот что я тебе скажу!

Сражение длилось недолго: доблестные новобранцы губернатора в панике рассеялись при первом же ударе мятежников. Вскоре на улицы города хлынула шумная толпа отступающих солдат. Выглянув в окно, Лорейн увидела несколько всадников, которые что-то громко кричали друг другу.

– Офицеры губернатора Беркли, – пояснил Рэйл у нее за спиной.

Она удивленно обернулась.

– Но их так много! Как же могло случиться?..

– Что они проиграли битву? Все очень просто: Беркли жаждал крови, в то время как его людьми двигало лишь желание получить обещанную награду.

– Куда же они направятся теперь? – спросила она, вспомнив Оливера Карра, которому подарила свой платок. Интересно, принес ли он ему счастье?

– Вероятно, вернутся на восточный берег. Я слышал, что там индейцы ведут себя потише, и с ними можно договориться.

– Договариваться с дикарями, которые уничтожают твоих соседей? – ахнула Лорейн.

Рэйл усмехнулся:

– Со временем ты поймешь, что каждому человеку дорога в первую очередь собственная шкура. Антииндейские настроения наиболее сильны на границе, что неудивительно – тамошних женщин и детей зачастую убивают на глазах их мужей и отцов. По мере продвижения в глубь страны эти настроения слабеют. Хотя два главаря мятежников – Лоуренс и Драммонд – проживают, как ни странно, здесь, в Джеймстауне. Их дома славятся на всю округу своими размерами и великолепием отделки.

– Я полагаю, теперь мы сможем вернуться на шхуну? – перебила его Лорейн, возвращаясь к предмету, который не переставал ее волновать.

Шотландец покачал головой.

– Сегодня утром я приказал Тейву вывести «Красотку» в открытое море, чтобы люди губернатора ее не захватили. Дерри Корк и остальные офицеры уже на борту. Шхуна будет отсутствовать неделю, может, чуть больше. Но это не должно тебя волновать – думаю, мы отлично проведем время в комнате Карра, если, конечно, он нам позволит.

– Где-то он сейчас?

– Несколько минут назад проезжал под нашим окошком и вид имел исключительно бравый. Он еще помахал тебе платочком. Разве ты не заметила?

В тот вечер они отужинали в обществе Оливера Карра. Молодой человек настаивал, чтобы они оставались в его комнате, сколько пожелают. Он был удручен исходом битвы.

– Наши парни дрогнули и побежали, – повторял молодой человек, сокрушенно качая головой.

– А что могли сделать зеленые юнцы против испытанных бойцов? – резонно заметил Рэйл. – Да они до сегодняшнего дня и мушкета в руках не держали!

На это Карру было нечего возразить.

– Неужели губернатор предпримет новую попытку? – с любопытством спросила Лорейн.

– Вряд ли, – вздохнул Карр. – Он крайне недоволен своим войском. Поговаривают, что Беркли собирается вернуться на восточный берег. Если это так, мне стыдно за него. – Он достал из кармана платок. – Возвращаю ваш подарок. Я не сумел оправдать оказанное мне доверие.

– Вы не должны себя винить! – запальчиво воскликнула Лорейн. – Что вы могли сделать в одиночку, когда все вокруг трусливо сбежали с поля брани?

И она сунула платочек в руку Карра.

Решение губернатора не заставило себя ждать. Он объявил, что возвращается в Аккомак, и пригласил всех жителей города присоединиться к нему. На сборы отводилось пять дней.

Весь город готовился к отъезду. Лорейн с опаской ждала того дня, когда они с Рэйлом останутся одни во всем Джеймстауне, да еще на расстоянии ружейного выстрела от мятежников.

И все же эти пять дней стали счастливейшими в ее жизни. В светлое время суток они с Рэйлом бродили по улицам, вечерами ужинали в обществе жителей города, ряды которых редели с каждым днем, а ночи – восхитительные, сладостные ночи! – проводили в крошечной каморке на чердаке, которую великодушно уступил им Оливер Карр.

Рай, да и только! Но Лорейн знала, что долго такое блаженство не продлится.

Пять дней пролетели, как один. К этому времени в городе осталось лишь несколько человек, но даже они, в том числе хозяин гостиницы, назавтра намеревались отплыть по реке Джеймс в направлении Чесапикского залива. Войска Бэкона не собирались чинить препятствий этой эвакуации, предпочитая мирный исход неизбежному кровопролитию.

Эта мысль пришла Лорейн в голову, когда они с Рэйлом возвращались в гостиницу. Наверное, им тоже придется завтра покинуть город, иначе их сочтут пособниками восставших. И хотя Рэйл ни словом об этом не обмолвился, она была уверена, что завтра «Красотка» войдет в бухту и примет их на борт.

По пути влюбленные с удовольствием угощались сыром и хлебом, купленными заранее, – в эти дни ни одна таверна не работала. Даже гостиница, в которой они жили, опустела.

– Это не надолго, – предположил Рэйл. – Уже завтра Джеймстаун наводнят люди Бэкона.

Их каморка приобрела тот же нежилой вид, что и остальные помещения: исчезли стулья, столик, даже кровать. Оставался лишь тощий матрасик, брошенный хозяином ввиду явной непригодности. Однако Лорейн была рада даже этому.

– Слава Богу, хоть есть на чем спать! – вздохнула она.

– Именно этим мы и займемся, – отозвался Рэйл.

Они снова очутились в пустом городе, только на этот раз не там, где некогда обитал древний дикий народ, а в столице колониальной Виргинии. Заливаемые мягким светом луны, они предались любви, невзирая на то, что их ложем был старый тощий матрас. В сплетении объятий, в сладости поцелуев обоим казалось, что этот земной рай продлится вечно…

Когда Лорейн открыла глаза, ей показалось, что она спала не более минуты. Однако в комнате уже царил предрассветный полумрак, а Рэйл, одетый, стоял у окна.

– Неужели ты уже выходил на улицу? – недоверчиво спросила она.

Он повернулся к ней, улыбаясь.

– Только для того, чтобы проверить, что делают мятежники. Все тихо. Они по-прежнему сидят за баррикадой. Как видно, Бэкон твердо решил отпустить население Джеймстауна с миром. – Рэйл протянул Лорейн кошелек.

– С хозяином я договорился – он отвезет тебя в Аккомак и передаст на попечение жены, пока я за тобой не приеду.

– А ты? – удивилась она.

– Поднимусь вверх по реке. Там у меня назначена встреча с одним местным жителем.

Серо-голубые глаза Лорейн сердито блеснули. Рэйл лжет! И все-таки она заставит его признаться, что он едет в верховья исключительно ради Лори-Энн…

– Ты мог бы взять меня с собой, – упрямо сказала Лорейн.

Он помрачнел.

– Этого я не сделаю. Основные силы индейцев разбиты, но вокруг еще бродят отдельные группы, которые не погнушаются снять скальп с белой женщины.

– Тогда иди! Чего же ты медлишь?

Рэйл замешкался, словно собирался что-то сказать, но, так ничего и не придумав, ушел.

Чтобы утешиться, Лорейн отправилась на берег. В гавани стояло всего три корабля, один из них готовился к отплытию. К ней подбежал хозяин гостиницы и принялся объяснять, что на этом судне они смогут пересечь Чесапикский залив и попасть в Аккомак.

– А там уж моя женушка о вас позаботится!