Любовь, пироги и другие яды (СИ) - Никитина Анастасия - Страница 9

Дядюшка Перкин выпустил многострадальную руку Миная и, поправив манжет, отступил назад. Ну, это и ожидалось. Его паранойя всегда пасовала перед священными Семейными Узами. Маман ахнула и, подавившись очередным возгласом, умолкла, быстро шаря в кармане передника в поисках несуществующего платка. Она считала, что на свадьбах, помолвках и прочих романтических событиях надо обязательно плакать. А бедолага Минай, забыв, что минуту назад чуть не погиб геройской смертью в руках моих родственничков, воззрился на меня, как на воплощение хаоса. Он даже за меч не стал хвататься, походу, окончательно ошалев от удивления.

«Да... А вот о нём-то я и не подумала, – проворчала я про себя. – Надо было хоть предупредить бедолагу...»

Впрочем, раскаяние не помешало мне действовать. Следовало пользоваться ситуацией, прежде чем в трагикомедии «Индра приехала с незнакомцем» начнётся второй акт «Индира выходит замуж». Этот бедный заущельный маг с его тонкой душевной организацией и привычкой чуть что хвататься за оружие точно не переживёт: или разорвут, или самоубъётся. Что я потом ректору скажу?

– Мам, мы будем у меня, – сообщила я, подхватывая гостя под руку, и прошипела ему на ухо: «Пошли быстро, пока они не опомнились!»

Надо отдать должное Минаю, он не сопротивлялся. То ли уже научился мне доверять, то ли, что более вероятно, успел сообразить, что из себя представляет семейка Варгас.

Быстрым шагом, сильно смахивающим на бегство, мы вошли в ворота и почти сразу свернули на боковую аллею, ведущую к моему флигелю.

– А мой мотоцикл? – приподнял бровь Минай, когда ворота скрылись из виду.

– Можешь за ним вернуться, – хмыкнула я. – Если жизнь недорога. Имей в виду, родственников матушка любит куда больше, чем гостей. А дядя...

– Понял. Потом заберу, – поспешно кивнул Минай.

– Умница, – хихикнула я. – Ты не думай, они быстро к тебе привыкнут, проверено.

– Ты часто приводишь в дом женихов? – вскинул брови парень.

– Не я. Кузина Биль. Это её хобби. Иногда мне кажется, что ей нравятся сам процесс и статус невесты.

– Ну да, при таком приёме насладиться этим статусом вдоволь она явно не успевает, – фыркнул Минай.

– Да ладно тебе, – отмахнулась я. – Они хорошие. К ним просто надо привыкнуть.

– А кто-то ещё и успевает привыкнуть? Отсюда так сложно удрать?

– Ты на что намекаешь?! – возмутилась я. – Это Биль вечно в последний момент свадьбу отменяет. Отсюда никто не убегает!

– Значит, кроме забора есть ещё какие-то защитные сооружения...

– Конечно, есть, – кивнула я. – Ты же уже знаком с дядюшкой. Он бы никогда не ограничился только забо... Так, подожди... Ты что имеешь в виду?!

– Да это я так... Мысли вслух, – ухмыльнулся парень.

– Дурацкие мысли, – буркнула я. – И совершенно несправедливые.

– Конечно, конечно, – преувеличенно бодро закивал он. В его голосе мне почудилась издёвка.

Окончательно обозлившись, я втолкнула его в тесную прихожую флигеля и, прижав к стене, прошипела:

– Хватит! У меня отличная семья! Какие бы ни были, но мы друг друга любим, ценим и уважаем. И защищаем! И не тебе, дикарь заущельный, зубоскалить!

– Да, ты права, не мне, – внезапно отвёл глаза он.

Мне стало не по себе. Было что-то такое в выражении его лица, что и злиться, и огрызаться сразу расхотелось. Стало неудобно, будто я сама, того не подозревая, зацепила какую-то болевую точку. Я отступила на шаг, машинально расправила смятый камзол на его груди и заговорила преувеличенно бодро:

– Давай обсудим тактику и стратегию совместного проживания. Нам с тобой тут все каникулы жить, а они, – я ткнула большим пальцем себе за спину в направлении ворот, – скоро опомнятся.

– Ну, излагай тактику и стратегию, – хмыкнул Минай, стряхивая несвойственную ему меланхолию. – Ты тут старожил – тебе и карты в руки.

Заущельный маг оказался куда более здравомыслящим, чем мне казалось. Игру в помолвку принял без возражений, да и язвить о моих родственниках больше не пытался.

– Торжества по случаю помолвки нам не избежать, – объясняла я. – Но это тебя ни к чему не обязывает, ты не бойся. Биль такие праздники по пять раз в год устраивает, и ничего – ещё никого не женили.

– Что, твоя любящая родня так и спустит, если я вдруг брошу невесту и откажусь идти к алтарю?

– А кто тебя заставляет отказываться? – пожала плечами я. – Я сама откажусь.

– И выставишь меня брошенным дураком?

– Да тебе-то какая разница? – всплеснула руками я. – Хотя, да... Дядюшка, конечно, может заинтересоваться, чем таким ты меня обидел. Это к вывертам Биль все уже привыкли. Но за ущелье защищать честь семьи даже он не поедет. У него послеобеденный сон, ежедневное патрулирование и прочие «военные обязанности»... Да, точно не поедет.

– Ты ещё и не уверена? – тихо рассмеялся парень.

– Как-то не довелось раньше проверить, – невольно усмехнулась я. – Только тебя пришлось вытаскивать из заботливых лапок моих родственников таким замысловатым способом.

– Ты имей в виду, я лучше на тебе женюсь, чем с ним объясняться буду.

– И станешь членом моей семьи? Уверен? Ты ещё не всех моих родственников видел.

– Тёмного инквизитора родственниками не запугаешь! – картинно приосанился парень. – Возьму и женюсь!

– Кого не запугаешь? – опешила я.

– Эм...

– Минай? – я приподняла бровь в ожидании ответа.

В Империи любили сказки. В детстве я, как и прочие дети в Империи, затаив дыхание слушала, как храбрый гвардеец или вдовий сын отправлялись спасать принцесс, добывать «живую» воду или молодильные яблоки и обязательно побеждали злого и коварного Тёмного инквизитора. Но ещё никому на моей памяти не приходило в голову так себя назвать!

– Ну, хорошо. Я уже закончил обучение. В прошлом году. Довольна?

– Научился принцесс похищать? – ляпнула я?

– Что-о?! – вытаращился парень.

– Ну, в сказках Тёмный инквизитор всегда принцессу похищает...

Минай склонил голову к плечу и внимательно посмотрел на меня:

– А ты принцесса?

– Нет!

– Очень хорошо.

– Что-то этот разговор перестаёт мне нравиться, – медленно проговорила я, чувствуя себя полной дурой. – Знаю, что что-то упускаю, но не понимаю, что. Это ты так шутишь, да? По-заущельному?

– Да какие уж тут шутки! – махнул рукой Минай и с размаху плюхнулся в кресло.

– Тогда объясни, – я села напротив.

– Ну, хорошо... Тем более что к имперской тайной страже ты явно отношения не имеешь. Или имеешь? – он бросил на меня острый взгляд.

– Да какая, к хаосу, тайная стража?! – обозлилась я. – Я ещё учиться не закончила. И после учёбы буду зельеваром, а не стражником!

– Да понял я уже, понял. Шучу! – замахал руками парень, но в его голосе было нечто такое, что я ему не поверила. – Что ты вообще знаешь о нас?

– Ну... Вы живёте за ущельем... И не умеете пользоваться самописными перьями.

– И всё?

– А что ещё я должна знать? Нам и про перья-то ректор рассказал два дня назад.

– М-да...

– Можно подумать, вы о нас много знаете, – слегка обиделась я. – Самописные перья ещё двести лет назад придумали. Они в каждом доме есть.

– Перья? – Минай перевел на меня затуманенный взгляд, но, тряхнув головой, мгновенно опомнился. – А, ну да. Перья… Ну, в общем, мы просто немного по-другому живём. Но ни младенцев на завтрак, ни массовых убийств на обед не практикуем. Честно.

– Я и не думала ничего такого, – огрызнулась я.

Слегка покривила душой, на самом деле. Ходили у нас слухи и похлеще. Ну, когда о том, что за ущельем вообще-то тоже люди живут, вспоминали. Правда, случалось это редко. Например, когда приходила блажь страшилки перед сном порассказывать.

– Ну, вот и здорово.

– И при чём тут Тёмный инквизитор? – прищурилась я

По лицу парня скользнула тень досады, и я догадалась, что последние пять минут мне старательно заговаривали зубы. Осознание, что у заущельного нахала это едва не получилось, злило до икоты. Ведь я всегда считала себя очень внимательными и сосредоточенным человеком.