Светлый пепел луны (ЛП) - Вэйчжи Тэнло - Страница 119

Выкрикнув заклинание, Су Су вырвалась из жестких объятий и вскочила, чтобы бежать за Тенями, но Тан Тай Цзинь схватил её за лодыжку. Его глаза горели не просто похотью, в них было что-то ещё, чего она не смогла бы описать.

— Помоги мне… Мне очень плохо…

— Я как раз собираюсь позвать кого-нибудь…

— Нет… Мне никто не нужен… Только ты… — он закусил губу и, неясно, как в бреду, пробормотал еще несколько слов. На прокушенных устах выступили две капли алой крови.

— Я не понимаю, что ты говоришь? — переспросила она.

— Если ты уйдешь, я убью старуху Е!

Девушка замерла и ошарашенно взглянув на него, спросила упавшим голосом:

— Чего ты хочешь от меня?

Тан Тай Цзинь застонал, скорчившись на полу, и с силой сдавил её лодыжку.

— Ударь меня! — Его трясло. — Ударь меня!

— Ты просишь, чтобы я тебя ударила?

— Да…да.

Су Су посмотрела в его раскрасневшееся в лихорадке лицо, а затем, наклонившись к самому уху, шепотом спросила:

— Ты же не будешь меня потом винить?

— Не…не буду.

— Я тебе не верю.

Его губы стали красными от крови, а глаза теряли ясность. Су Су коснусь пальцами его дрожащих век.

— Ты такой жалкий.

И с силой пнула его в плечо.

— Что ж, я не буду тебя жалеть.

При мысли о Сяо Лине, бабушке и всей семье Е ей хотелось забить его до смерти.

Тан Тай Цзинь свернулся клубочком и облизнул губы.

Глава 63: «Провокация»

Вид лежащего на полу Тан Тай Цзиня, жаждущего избиения, вызвал у Су Су приступ отвращения.

Мерзкий, подлый червяк. Больной ублюдок! Убийца Сяо Линя, причина несчастий семьи Е и разорения некогда процветавшего государства Великая Ся! Мечтаете быть избитым, ваше величество, что ж, я удовлетворю ваше желание. Белая, как вспышка молнии, ярость охватила её, и она отмутузила изнывающего от страсти юного императора.

Опомнившись, Су Су, едва взглянув на избитого юношу, бросилась к дверям и закричала:

— На помощь! Императора избили!

Тишину дворца нарушил топот множества ног, и, опережая свет фонарей, в императорские покои влетели Ночные Тени во главе с братом и сестрой Нянь.

Нянь Му Нин, ворвавшаяся в опочивальню первой, едва не закричала, увидев императора в луже крови на полу. Его красно-чёрные жертвенные одежды покрывали бурые пятна, а рана на лице кровоточила. Потрясенная увиденным, стражница бросилась помогать его величеству, но он оттолкнул её и сам, морщась от боли, сел, опираясь на бледные руки, а затем огляделся в поисках Су Су.

Очаровательная и свежая в своем бело-розовом платье девушка с невозмутимым видом стояла у дверей, словно была совершенно ни при чём. Тан Тай Цзинь обиженно поджал разбитые губы и обвиняющим взглядом уставился на неё. Он хотел что-то сказать, но язык его не слушался. Взять и написать что-то тоже было выше его сил. Проклятый зуд все ещё мучил его тело, и любое прикосновение к коже вызывало острую боль. Сбежавшиеся в опочивальню евнухи при виде избитого и перепачканного в крови государя пришли в неописуемый ужас и кинулись за лекарем.

Всё, чего желал в этот момент сам Тан Тай Цзинь — хоть ненадолго забыться и избавиться от воспоминаний о том, что только что с ним произошло. Он медленно закрыл глаза. Чёрные, как вороньи крылья, ресницы трепетали тенями на бледных щеках, а губы, обычно тёмно-красные, приобрели нежно-розовый оттенок. Он был прекрасен и умиротворён, словно Будда, упавший с небес в мир смертных.

Су Су смотрела в беспроглядную темень за окном и размышляла о том, что все Ночные Тени собрались у дверей личных покоев императора, а сам Тан Тай Цзинь сейчас не в том состоянии, чтобы руководить поимкой злоумышленников. Она всем сердцем надеялась, что Пан И Чжи и его товарищи, воспользовавшись паникой во дворце, сбежали, в противном случае все принесённые жертвы были бы напрасны.

Прибежал встревоженный дворцовый лекарь. Он обработал рану на лбу его величества и остановил кровь. Действие заклинания к этому времени практически прошло и измученный болью Тан Тай Цзинь впал в забытье.

Гоу Ю прошептал:

— Моя госпожа, не слишком ли жёстко ты с ним обошлась? Что он сделает с тобой, когда очнется?

— Не знаю, — честно ответила Су Су.

Тени, полагая безопасность императора превыше всего, встали на усиленную охрану опочивальни. Весь дворец был перевернут вверх дном.

Тан Тай Цзинь обладал неплохим арсеналом магических предметов и кое-какими навыками колдовства, при этом его бдительность не ослабевала ни на секунду. Императорские покои день и ночь охранялись вооружёнными до зубов Тенями. Кто же мог, не вызвав подозрений, проникнуть в опочивальню и напасть на его величество? Заговорщика, переодетого танцовщицей, они уже поймали и казнили. Восьмой принц и его люди носа не высовывают из своих нор высоко в горах.

Нянь Му Нин внимательно посмотрела на безучастно стоящую у окна разжалованную в прислуги жену императора. Взгляд телохранительницы потемнел, и не скрывая гнева, она сурово спросила:

— Отвечай, кто сделал это с его величеством?! Кажется, кто-то забыл, что больше всего на свете он ненавидит предательство?!

Су Су могла бы ответить, что невозможно предать того, кто тебе никогда не верил, и что Тан Тай Цзинь сам умолял его избить. Но Нянь Му Нин явно не собиралась выслушивать её объяснения и отрывисто скомандовала:

— Взять её!

Нянь Бай Юй попытался возразить сестре:

— Может подождем пока его величество очнётся и сам распорядится?

Стражница не на шутку рассердилась:

— Разве ты сам не видишь, что его величество пострадал от этой демоницы. Почему он весь в крови, а она цела и невредима? Нельзя оставлять её на свободе! Ответственность за последствия я возьму на себя.

Поняв, что сестру не переубедить, Нянь Бай Юй перевел взгляд на абсолютно спокойное лицо третьей госпожи и нахмурился. С этой демоницы. Почему он весь в крови, а она цела и невредима? Нельзя оставлять её на свободе! Ответственность за последствия я возьму на себя.

Поняв, что сестру не переубедить, Нянь Бай Юй перевел взгляд на абсолютно спокойное лицо третьей госпожи и нахмурился. С этой девушкой явно что-то не так, её израненный муж в забытьи, а ей, похоже, совершенно все равно.

Вот так впервые в своей земной жизни Су Су оказалась в подземелье. В пахнущей сыростью и крысиным помётом каменной клетке её окружала непроглядная тьма, из которой доносился лишь звук капающей воды и шорох грызунов, рыскающих в поисках еды. Девушка уселась в позе лотоса на влажную солому, устилающую каменный пол, и задумалась о сложившейся ситуации. Тан Тай Цзинь при всём желании не найдет доказательств того, что она использовала талисман. Но он и так прекрасно знает, что зуд и лихорадка её рук дело. А ещё он слишком умён, чтобы не понять причину её поступка — спровоцировав переполох, она помогла проникнувшим во дворец злоумышленникам сбежать. Что сделает он с ней и её бабушкой, когда очнется? Су Су тяжело вздохнула.

Гоу Ю подал голос:

— Не беспокойся, моя госпожа, твой хранитель с тобой.

Су Су ответила:

— Тан Тай Цзинь все равно никогда мне не доверял и всегда ожидал подвоха. Может и не плохо, что худшие его опасения подтвердились. Не разрушив старого, не создашь нового. Если то, что я увидела в его глазах — ненависть, то осталось совсем чуть-чуть чтобы довести её до крайности.

А если это … любовь?

Что ж, когда мужчина теряет голову от любви, его сердце становится таким ранимым.

Посмотрев на сияющую подвеску у себя на груди, Су Су воскликнула:

— Слеза Угасания Души вот-вот распадётся!

Действительно, внутри небесно-голубой капли ясно различались девять золотых шипов.

Волшебная капля так сияла, что рассеивала холод и тьму подземелья, нефритовый браслет тоже мягко светился, согревая девушку. Никто не принёс ей еды, никто не спустился, чтобы допросить. Должно быть, Тан Тай Цзинь ещё не очнулся.

Прошло ещё несколько часов. Су Су подумала о том, что снаружи, наверное, уже рассвело. Вдруг за дверью послышались тяжелые шаги, петли жалобно заскрипели и в темницу с лампой в руках вошла Нянь Му Нин. Пытливо глядя узнице в глаза, она потребовала: