Вариация (ЛП) - Яррос Ребекка - Страница 90

Я встала, приняла душ и оделась. Мысли путались. Когда час спустя к дому подъехало такси единственной в городе службы заказа, я уже сидела на ступеньках крыльца. Рядом свернулась калачиком Сэди.

Гэвин все уладит. Он не позволит Хадсону плюнуть на себя и отдаться… мне.

— Что случилось? — спросил Гэвин, выйдя из такси. — Выглядишь так, будто что-то случилось. Хадсон в порядке? Что-то произошло? Он написал мне всего час назад…

— С Хадсоном все в порядке, — заверила я его, когда такси отъехало. — Во всяком случае, до тех пор, пока я до него не доберусь. Ты знал, что он поменял желаемое место службы на Нью-Йорк?

Гэвин с облегчением вздохнул:

— Нет, но меня это не удивляет. — Он потер затылок. — Ну ты меня и напугала! У тебя такое лицо — я уж было подумал, случилось что-то плохое.

Я встала:

— Так это и есть плохое!

— Что он хочет быть рядом с тобой? — Он опустил руки. — Серьезно, ты рассердилась из-за того, что он готов изменить всю свою жизнь и разозлить нашу сестру, — что я полностью поддерживаю — ради того, чтобы быть с тобой?

Я покачала головой:

— Нет, я зла, потому что он выбрал не Ситку! Это же была его мечта с тех пор, как мы познакомились, — уехать как можно дальше из этого города.

Мои плечи поникли. Я боролась с нарастающей в груди горько-сладкой болью, которую не собиралась называть, дабы сохранить рассудок.

— Он тоже должен осуществить свою мечту, Гэвин. Я еще могу понять, если он отложил ее на потом, чтобы помочь Кэролайн. Он потрясающий брат. Но откладывать мечту на потом ради меня? Ты обязан его отговорить.

— Вряд ли из этого что-то выйдет. — Гэвин отпрянул и уставился на меня так, словно у меня выросли рога. — Черт возьми, Алли, ты правда не понимаешь, да?

— Что он самоотверженный? Да, я догадалась по выбору профессии, где он буквально рискует жизнью ради других людей, — ответила я, скрестив руки на груди.

— Нет, что его мечта — это ты. Он тебя любит, — возразил Гэвин.

У меня перехватило дыхание.

— Нет.

Я подавила внезапный прилив тепла в груди.

— Еще как, — кивнул Гэвин, разводя руками. — Конечно, он хочет служить там, где ты. Неужели это так ужасно — по-настоящему начать отношения с моим братом? Или все лето ты с ним просто играла?

— Я бы никогда так не поступила.

Его оскорбление меня задело. У нас с Хадсоном был уговор. Мы оба об этом знали.

— Ты уверена, что не хочешь бросить его сейчас, после завершения «Классики»? А то сестры Руссо любят вырывать сердце у какого-нибудь несчастного Эллиса и вернуть его, когда наступает сентябрь, — сказал он, прищурившись. Я ткнула в него пальцем:

— Вот это было ни к чему.

Он вздохнул:

— Ты права, прости. Но неужели будет так плохо, если его распределят в Нью-Йорк? И черт с ним, с твоим страхом, с твоими стараниями держать всех, кроме Сэди, на расстоянии вытянутой руки. Неужели настанет конец света, если ты каждый день будешь возвращаться домой к Хадсону?

Я сделала вдох, обдумывая эту мысль. Я пыталась не фокусироваться на том, что с ним сделает моя жизнь, и сконцентрировалась на растущем в груди напряжении.

— Нет, — покачала головой я. — Было бы здорово.

Это был эгоистичный ответ.

— Но для него это было бы слишком трудно.

— Пускай он сам решает, что для него трудно. — Гэвин сжимал и разжимал кулаки, позвякивая ключами. — Послушай, я был рядом с ним. Я видел, как он переживал, что потерял тебя в первый раз. Так что я не могу винить его за то, что сейчас он вцепился в тебя обеими руками и не отпускает. Черт, Алли, просто дай ему держаться. Ему хватит сил на двоих.

Я нахмурилась:

— Что значит «был рядом»? Что-то я не припоминаю тебя на «Классике» в том году.

— Нет. — Он покачал головой и посмотрел на меня так, словно у меня выросла вторая. — Кто, по-твоему, забрал его в тот день из больницы? Я, — сказал он, похлопав себя по груди. — Он позвонил мне. Это мне пришлось вытягивать из него слова, когда он вышел из отделения неотложной помощи весь в твоей крови. Это мне пришлось придумывать для родителей какую-то дурацкую историю о том, почему он не разговаривал еще четыре дня, пока не уехал на сборы. Так что уж прости, но я всего лишь хочу, чтобы он наконец был счастлив!

Я уставилась на Гэвина, пытаясь вдохнуть и уловить хоть какой-то смысл в его словах.

— В моей крови?

Краска отхлынула от его лица. Он отступил на шаг, зажмурился и пробормотал:

— Вот черт.

— Что значит в моей крови? — Я повысила голос, борясь с тошнотой, земля как будто накренилась.

— Просто…

Он спустился по ступенькам, не сводя с меня глаз, словно я пума, к которой лучше не поворачиваться спиной.

— Он думает, что ты его не простишь. Но ты обязана его простить, Алли. Просто позволь ему на этот раз не отпускать тебя, и не только ради него. Вы нужны друг другу. Вы двое — эта чертовщина, о которой пишут поэты.

А это еще что значит?

— Гэвин! — крикнула я.

Но он уже подошел к машине, сел и отъехал. А я осталась стоять на крыльце, переосмысливая все, что якобы знала о прошедшем десятилетии.

Глава тридцать пятая. Хадсон

Девон2Шарп: @СестрыРуссо4, просто хотела узнать, что означает ваш ник. Я думала, вас две?

РизНаПальцах: @Девон2Шарп, в живых осталось три. Одна из них администратор труппы, а старшая сестра погибла в автокатастрофе, в которой выжила Алессандра.

Девон2Шарп: @РизНаПальцах, ох черт, я не знала. Спс.

РизНаПальцах: Пж. Алина тоже была потрясающей танцовщицей. Видео с ней можно найти в соцсетях.

Она на пляже. Вот и все, что Энн пожелала мне сообщить, когда я пришел. Судя по ее взгляду, виноват был я. Да, наверное, вывалить на нее новости о Нью-Йорке и уйти было не лучшим моим решением, но я был полон надежд.

А теперь уже нет.

Я медленно выдохнул, смирившись с судьбой, и через задний двор пошел к лестнице. Хорошо, что я зашел домой переодеться. Терпеть не могу, когда песок попадает в ботинки.

Алли сидела на краю пирса, глядя на океан. В груди все сжалось. Я зашагал по дощатому настилу. Утренняя надежда превратилась в вечернюю проблему, когда во время совещания мне на электронную почту пришло письмо. То, что казалось препятствием, которое легко перепрыгнуть, превратилось в пропасть. Мне пришел приказ. В ближайшее время переезд мне не светит.

Меня оставили на Кейп-Коде. Алли же, скорее всего, выбрала контракт в Нью-Йорке. Это было ужасно, но мы все еще могли выстоять в бою. Он пошел бы нам на пользу, он заставил бы нас понять, что же между нами происходит, осознать, что оно давно переросло летний роман. Случилось это где-то между тем, как я дал ей ключ от комода, и тем, как она освободила место в шкафу для нескольких комплектов моей униформы. Те, кто заводит интрижку, не выделяют друг для друга место в обычной жизни так, как это сделали мы.

— Привет, — сказал я так, чтобы ее не напугать, и опустился рядом, свесив ноги над водой.

Она нервно перебирала пальцами, но не оборачивалась.

— Я так понимаю, ты злишься, что я попросился в Нью-Йорк, — начал я. — Но оказалось, все это пустяки. Мне пришел приказ: я остаюсь здесь.

В конце концов, хоть Кэролайн обрадуется, когда перестанет на меня дуться.

— Надеюсь, ты знаешь, что я не жду от тебя перехода, я не знаю в Бостон. Если ты хочешь вернуться в «Метрополитен», я тебя полностью поддерживаю.

Она не ответила.

— Алли?

Я залюбовался ее профилем, но она на меня даже не взглянула. Я вздрогнул. Ах ты ж черт. За те три часа, что меня не было, она снова воздвигла стены.

— Я понимаю, надо было обсудить с тобой, но…

Я сделал самый глубокий вдох в своей жизни и с головой окунулся в то, чему предстояло стать самым важным нашим столкновением. И я не хотел в нем проиграть. Только не это.