"Фантастика 2025-167". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Фонд А. - Страница 460

— Я не сожительница, я жена! — взвизгнула Зайка.

А бабы хором ей рявкнули:

— Цыц!

И я продолжил:

— И эта сожительница проживает незаконно и бесплатно. И вместо того, чтобы быть тише воды, ниже травы и дружить с Музой, мол, спасибо, пустила, эта сожительница устраивает безобразные драки за кусок хлеба. Отсюда у меня последний вопрос: а этот кусок хлеба куплен не на зарплату ли Музы?

— Или на её пенсию, — подсказала Белла злорадным голосом.

— Это не ваше собачье дело! — заверещала Зайка, видя, что ситуация складывается явно не в её пользу. — Я всё Софрону скажу!

С этими словами она выскочила из кухни. Хлопнула дверь в комнату.

— Дела, — протянула Полина Харитоновна, — но надо идти спать. Мне на вокзал рано вставать.

— Спокойной ночи, — пожелала всем Белла.

Дамы разошлись, и мы остались на кухне вдвоём с Музой.

— Муза, нам надо поговорить, — устало сказал я. И посмотрел на неё красноречивым взглядом. — Давайте только у меня в комнате. Без лишних ушей чтобы.

По выражению лица Музы было видно, что она явно не обрадовалась моему предложению. Но спорить не стала и покорно пошла вслед за мной.

В комнате я предложил:

— У меня есть вареники с капустой и картошкой, Дуся передала, будете?

— Нет. Нет! — аж испугалась Муза и для аргументации замахала руками. — Я не голодна, вы что!

— Угу, поэтому ограбили бедную Зайку аж на два куска хлеба, — покачал головой я.

Муза покраснела, а я жестко сказал:

— Муза, почему вы им позволяете так вести себя с вами?

Она потупилась и не ответила.

— Вы же голодаете, терпите все эти издевательства. А теперь вот и до рукоприкладства уже дошло!

— Это наши семейные дела, — прошелестела Муза бескровными губами.

— Нет, Музща, пока вы дулись друг на друга в комнате, и никто этого не знал — это было ваше семейное дело. А когда Зайка принялась вас избивать на глазах у соседей, то это уже, извините, наше общее дело.

— Она не избивала, — прошептала Муза.

— Да? — удивился я, — а что это было?

Муза не ответила и отвернула голову в сторону ковра.

— Нет, Муза, — продолжал настаивать я, — это было именно рукоприкладство. Я вошел на кухню и всё видел собственными глазами.

— Две женщины потаскали немного друг друга за волосы, тоже мне рукоприкладство, — недовольно фыркнула Муза.

— Нет, неправда, — опять не согласился я, — таскала только она вас. Вы даже отбиваться не могли. Если бы не Белла с Полиной Харитоновной, она бы вас и прибить могла.

— Но раньше не прибила, — вырвалось у Музы, и она осеклась и испуганно посмотрела на меня. Теперь она была красная вся, не только уши.

— То есть она избивала вас и раньше? — мой голос стал жёстким.

Муза сжала кулаки и на глазах выступили слёзы:

— Н-нет!

— Муза, почему вы терпите всё это? — немного изменил направление разговора я, — хотите, я вышвырну их обоих из вашей комнаты и из вашей жизни навсегда?

— Нет, нет! Муля, вы что! — Муза перепугалась, подбородок её затрясся, и на неё аж жалко было смотреть, — не лезьте в наши дела! Пожалуйста! Вы не понимаете! Вы всё испортите!

— Что я не понимаю? — сердито спросил я, — тогда объясните мне, чтобы я понял.

— Понимаете, — Муза всхлипнула, — Софрон, он всегда был таким мнительным мальчиком, с нежной душой. Он попал в плохую компанию, потому что был доверчивым. И пошел по кривой дорожке. Но поверьте, он очень талантливый. Очень! Просто так у него в жизни получилось. И поймите, Муля, только то, что он рядом со мной… То, что я рядом, помогает удерживать его, чтобы он не наделал глупостей!

Одинокая слезинка таки скатилась у неё по щеке.

— Муза, — сказал я, — теоретически ваши чувства, как старшей сестры, я понимаю. Но Софрон уже давно не тот маленький талантливый мальчик. Сейчас он — матёрый рецидивист. Он опасен для общества. А его эта подруга рано или поздно убьет вас. Или, что ещё хуже, пришибёт и сделает инвалидом. И тогда вас отправят в спецлечебницу доживать, а они прекрасно устроятся вдвоём в вашей комнате. Вы разве не понимаете, что они выживают вас из жилплощади?

Муза вытерла слезу кулачком и упрямо сжала губы. Она никак не хотела признать очевидное.

— Муза, позвольте, я помогу вам, — тихо попросил я. — Сами вы уже с этой ситуацией не справитесь. Ну, хотите, я поговорю с Софроном, припугну его?

— Муля, я, конечно, очень вам благодарна за профсоюзный талоны, но не лезьте в мои дела! — отрезала Муза и выскочила из моей комнаты, хлопнув дверью.

А я остался сидеть за столом рассматривая сжатые от бессильной злости кулаки.

Ну вот что ты будешь с ней делать⁈

Не успели шаги Музы утихнуть по коридору, как в дверь поскреблись.

— Открыто! — сказал я.

— Ещё не спишь? — в комнату заглянула Белла.

— Заходите, — кивнул я и сказал, — мне Дуся подсунула полную кастрюлю вареников с картошкой и капустой. Будете?

— Я бы и не прочь, — печально усмехнулась Белла, — но после семи стараюсь не есть. И так жопа как на дрожжах растёт. А в моей работе нужно за собой следить.

— Жаль, — вздохнул я, — тогда приходите на завтрак.

— А вот на завтрак приду с удовольствием, — весело пообещала Белла. — Если ты угощаешь варениками, то я сварю нам на завтрак кофе.

— Прекрасно, — заулыбался я.

— А Муза что говорит? — кивнула на дверь Белла, — я видела, как она от тебя выходила.

— Как обычно, — вздохнул я. — Надо терпеть, братик хороший, он сейчас такой, а потом оттает, одумается и снова станет таким же хорошим братиком, как и был в детстве.

Я покачал головой и развёл руками.

— Мда, — подвела неутешительный итог Белла и спросила, — ну, а ты что?

И тут совершенно внезапно мне в голову пришла замечательная идея, как «одним махом семерых убивахом», и я сказал:

— А у меня теперь вся надежда только на вас, Белла. Точнее на ваш опыт и женскую проницательность.

— В чём? — удивилась Белла, но глаза её зажглись предвкушением.

Я вычислил всё правильно — Белле было скучно, вот поэтому она так активно принимала участие во всех коммунальных склоках и с упоением занималась интригами.

— Нужно Музу спасать как-то, — проникновенным шёпотом сказал я, заглядывая Белле в глаза, — пропадает женщина, сами видите. Они же её скоро в гроб загонят. Они или от недоедания умрёт раньше времени, или от постоянных склок этих.

— Да, это вполне может быть, — задумчиво покачала головой Белла.

— Нужно её спасать! — настойчиво продолжал внушать Белле я.

— Как? — Белла посмотрела на меня скептически, хотя по глазам было видно, что она готова бежать и спасать Музу хоть прямо сейчас. — Как её спасать, если она сама этого не хочет?

— Значит, нужно придумать такой план, чтобы спасать её без неё. — сказал я.

— Ну разве что только отправить Софрона обратно в тюрьму, — задумалась Белла, — он же, чёрт, хитрый. Ничего такого не делает. Всё по букве закона. Он даже не скандалит, или если и скандалит, то немножко, но грань не переходит никогда. Это всё Зайка эта его. Он её накрутит, сам в тень уйдёт, а она начинает исполнять тут. Сил моих больше нету.

— Значит, нужно начать с того, чтобы обезвредить действие Зайки, — предположил я.

— Как? — удивилась Белла, — ты её сиськи видел? Видел.

— Да, их нельзя не заметить, — дипломатично сказал я и добавил, — но ведь есть варианты, чтобы Софрон на неё перестал смотреть?

— Какие? — Белла задумчиво побарабанила пальцами по столу и вдруг просияла. — Разве что показать ему другую бабу?

— А что, это идея! — улыбнулся я от того, что она мою мысль правильно уловила и подала за свою. — Взять бабу, на которую обратит внимание Софрон. И чтобы это заметила Зайка и встревожилась. Сильно встревожилась. Она потом сама уведёт его на другое место жительства. Где не будет такого источника раздражения. Только где её взять, такую бабу-то? И чтобы была лучше, чем Зайка?

— Ну, с этим-то как раз и не проблема, — усмехнулась Белла, — есть у меня на примете такая баба. И даже две. На выбор, как говорится. Работают в том ресторане, где я играю на пианино. Только вот как их познакомить? Там дорого для Софрона и он туда не ходит. Больше по кабакам. Или дома квасит.