Диагноз развод. Ты это заслужил (СИ) - Туманова Кира - Страница 29

Пока я слушаю бесконечно длинные гудки в комнате висит напряжённое молчание.

Три человека, замерев, не сводят с меня взгляда. Побледневшая Лиля, кусает губы и сжимает плечо сына. Сестра, оторопев от моей наглости, гневно дышит, раздувая ноздри так, будто сейчас взлетит.

- Он может знать мой номер, - поясняю своим зрителям.

Что-то для встревоженного отца Игорёша не торопится брать трубку.

- Да... – наконец-то раздаётся в трубке запыхавшийся мужской голос.

- Оперуполномоченный отдела по борьбе с экономическим преступлениями майор Петров, - бодро рапортую я. – Гражданин Семирадский?

- Да...

- У нас есть материалы проверки, которые требуют ваших объяснений. Пока это просто беседа. Вы догадываетесь о чём пойдёт речь?

- Послушайте, у меня ребёнок пропал... Вы по этому поводу? – В голосе беспокойство. – Что с ним?

- Сочувствую вам, этим занимается другой отдел. Прошу явится как можно скорее, дело не терпит отлагательств. Сумма хищений слишком значительна. Завтра сможете?

Я ехидно улыбаюсь, а Лиля испуганно округляет глаза. До неё доходит, что я просто травлю её мужа.

- Послушайте, Иванов, Козлов, или как вас там... У меня ребёнок пропал! Понимаете? Переведите на другой отдел. Соедините с кем-нибудь...

Семирадский орёт так громко, что слышно окружающим, вынуждая держать телефон подальше от уха. Наверное, он весь экран слюнями забрызгал.

Лиля не выдерживает.

Резко шагнув вперед, выхватывает у меня телефон и кричит:

- Игорь, Денис нашёлся, всё хорошо. Он со мной да...

Бросает на меня яростный взгляд и отходит в сторону, подальше.

- Да я здесь... Э... В отделении... – Снова взгляд на меня исподлобья. – Услышала твою фамилию... Повезло. Да... Такая случайность. Все хорошо, не переживай.

Наверное, трубка курлыкает ей что-то ободряющее и приятное, потому что Лиля издаёт лёгкий смешок.

- Конечно. Да. Могу завтра... Хорошо, после работы. – И уже решительным голосом добавляет. – Но Дэн останется со мной. Захвати, пожалуйста, его вещи. Потом позвоню тебе, скажу, что взять.

Нажимает отбой и протягивает телефон Лизе. Подталкивает сына к выходу и, направив палец на меня, шипит:

- Я не выдала тебя сейчас, но не смей втягивать моего ребёнка! Пойдём, Дэн.

Хлопает входная дверь. Она уходит, а я так и стою, офигевая. А чего я, блин, ждал?

- Что это было? – Решает подать голос Лиза.

- Глупо вышло, – потираю лоб. - Хотел убить двух зайцев. В итоге, обоих вспугнул.

- Это по работе?

- Да. Муж твоей соседки завязан в махинациях и хищениях, я брал у него интервью, а сейчас провожу журналистское расследование. Хотел припугнуть его хорошенько, чтобы он побежал жаловаться более крупным ребятам. Первый, кого сольют – будет он сам. Ему ничего не останется, кроме, как рассказать правду или податься в бега.

- И как, припугнул? – Насмешливо щурится Лиза

- Сама слышала, мне не дали такую возможность. Остаётся надеяться, что он всё понял.

- А второй заяц?

- Что?

- Ну ты говорил, что хотел двух зайцев убить...

- А... Да так, - неопределённо машу рукой.

- Понятно. – Хмыкая, пожимает плечами. - Хотел изобразить крутого мстителя-защитника, но не вышло. Вместо этого, она собралась на свидание.

- Ты слишком сообразительная. – Отворачиваюсь, пряча неловкость. - Может быть ко мне пойдёшь работать?

- Она ничего, симпатичная. Только замужем.

- Её почти бывший муж взяточник и козлина. – Недовольно рявкаю. – Думаешь его ребёнок волновал? Фигушки! Он специально изображал заботливого отца. С любовницей развлекался. Я же слышал... Он дышал, как паровоз. Трубку брать не хотел.

- Бегал к соседям, камеры смотрел, опрашивал, телефон дома забыл. Запыхался, потому что ждал звонка.

- Да что вы все! В адвокаты к нему записались? Он же гнида!

- А это уже не тебе решать, а ей.

40. Не вернусь

- Я не вернусь туда. - Денис, злобно фыркнув, утыкается лицом в подушку. Старенький диван от его движения поскрипывает.

Видимо, в борьбе за сына я всё-таки победила. Всё вышло само-собой, красиво и без адвокатов. Сын сам сделал выводы, только праздновать победу мне сейчас не хочется.

Молча глажу его по спине. Он уже большой, чтобы приходить в восторг от нежностей мамы. Поэтому, приоткрыв один глаз, с подозрением косится на меня.

- Ты знала?

- О чём? – В недоумении поднимаю бровь.

- Что у папы есть эта... Тёлка! – Выплевывает обвинение резко, с обидой.

- Да, я знала. – Помолчав добавляю. - Не говори так, это плохое слово.

- Это нормальное слово. Почему ты мне не сказала? – Скрипнув зубами, снова утыкается лицом в подушку.

Я сейчас перед сложным выбором. Потому что неделю назад я не нашла в себе сил сказать сыну, что важный мужчина в его жизни оказался мудлом и откровенным лжецом.

Я не стала выплёскивать злость, обиду и раздражение, которое испытывала тогда, на ребёнка. Наверное, наивно предполагала, что всё образуется само собой. Цивилизованно, интеллигентно и спокойно. Ну вот, образовалось....

Только теперь сын зол на отца, и, заодно обижен на меня. Потому что в его детском сознании я виновата в том, что не сказала ему правду. Сознательно оставила с отцом, которому на него начихать.

- Дэн, - снова трогаю его за плечо. – Я не хотела ничего скрывать, так само собой получилось. Ты сказал, что тебе там будет лучше. И я...

Он подрывается и резко садится.

- Мне сейчас так... – закрывает лицо ладошками.

Притягиваю его к себе, и он доверчиво утыкается в моё плечо. Его маленький привычный мир рушится.

- Всё будет хорошо, рано или поздно, - глажу его по спине и говорю банальности, которую меня саму бесят. Но что ещё сказать расстроенному ребёнку. – Мы с тобой справимся. Мы же вместе... – Отстранившись немного, смотрю на него. – С художкой что-нибудь решим. Рисовать к Елизавете Константиновне будешь ходить, хоть каждый день, если она согласится. Здесь школа хорошая. Ремонт сделаем, машину купим. Хочешь друзей в гости позови?

Но сын мои радужные фантазии оставляет без комментариев.

- Мам, эта была папина подружка? Она такая... – крепко зажмуривается, подбирая слова. - Мерзкая.

- Что ты видел, Дэн? – решаюсь задать вопрос, который тревожит меня.

- Они ссорились. – Бурчит еле слышно. - Эта тёлка, она...

- Дэн! Я же просила.

Он хватает из-за спины подушку и не найдя возможности по-другому выразить свой гнев, снова утыкается в неё лицом.

- Тёлка, тёлка, – подушка заглушает его крик, - мерзкая дрянь!

Уж пусть лучше так. Пусть злится на Анжелу, а не на меня.

- Она плохо говорила про тебя, – поднимает покрасневшие глаза. – И про папу тоже. Мама, она так ругалась.

Сердце покалывает от чувства вины. Мой сын не должен был это видеть и слышать. Если бы я сказала ему, то могло бы это что-то изменить? Не знаю... может быть, тогда его гнев пал бы на меня за то, что не смогла сохранить семью. Или глубокая обида на отца шрамом бы легла на всю его жизнь.

- Что она говорила?

- Она лезла к нему, он её выгонял. – Опускает глаза. - Я не хотел это слушать, и убежал. Мам, папа из-за неё тебя бросил?

Пожимаю плечами. Как объяснить, что его отец заигрался в большого босса и всё дерьмо из него решило полезть наружу как раз, когда у сына на подходе переходный возраст.

- Дэн, так бывает. Люди не всегда остаются вместе.

- Почему всё не может быть, как раньше? Я хочу жить там, но с тобой!

Я задумываюсь, не зная, что ответить. Для него это «раньше» - привычная жизнь, как у всех. Есть папа, который работает, почти не бывает дома, но редкие встречи с ним – это праздник. Есть мама – уставшая и с потухшими глазами, но вокруг полно таких же женщин.

Зато у него есть друзья, одноклассники, художественная школа. Он столько переезжал вместе с нами, наконец-то, по его мнению, жизнь наладилась. Для друзей он даже имеет какой-то вес, мы не нуждаемся ни в чём, за ним иногда приезжает личный водитель отца, что в глазах одноклассников выглядит необыкновенно круто. В гараже висит его велосипед, на прошлый день рождения ему подарили квадроцикл, на зависть ребятне всей округи.