Тайна от Бывшего (СИ) - Белая Екатерина - Страница 29

И плевать мне, где и с кем он таскается! Плевать! Плевать! Плевать!

Закутавшись в одеяло, отворачиваюсь к стене и, игнорируя тугой комок в горле, ставлю себе цель – побыстрее уснуть. Но услышав, как открывается дверь, задерживаю дыхание и стараюсь унять участившееся сердцебиение.

Глава 15

Макс

– Неа, братан, – Чайкин отходит от тачки, качая головой. – Слишком заумный агрегат, я в таком не шарю.

– Ты это понял только спустя несколько часов? – недовольно кидаю. – Сразу нельзя было сориентироваться?

– Я подумал – вдруг смогу. Но там слишком всё зафаршировано. Мишка, – кивает он на соседний дом, – точно разберётся.

– Он забухал, – сообщаю раздраженно.

– Оо, это минимум неделю ждать, – усмехается Чайкин. – Больше у нас тут никого грамотного нет.

Похоже, я здесь надолго встрял.

Тачка, которая ни разу не подводила, вышла из строя в глухой деревне, где единственный толковый электрик ушёл в запой.

Оборжаться просто можно.

Нет.

Пацаны мне уже телефон сорвали. Я им в городе нужен. И вместо того, чтобы согласиться на предложение привезти сюда спеца по ремонту, я беспонтово отмазываюсь, лишь бы не палить координаты.

Никто не должен знать, где находится Вика. Её безопасность важнее всего.

Можно попробовать вызвать электрика по объявлению. Но не факт, что кто-то согласится ехать в эту дыру.

Хотя по повышенному тарифу – почему бы и нет? Я готов заплатить любую сумму, лишь бы побыстрее восстановить тачку.

– Ладно, пойду я, – Чайкин жмёт мне руку. – Извиняй, что не помог.

– Буду ещё варианты искать, – сую ему пару купюр за потраченное время.

– Спасибо, – сразу веселеет он. – И удачи!

Чайкин скрывается в темноте, а я достаю мобильник, чтобы посмотреть объявления на сайте, но меня отвлекает наиграно слащавый голос:

– С одной стороны – жаль, что машину не починили. Но с другой – это значит, что ты задержишься, и мы познакомимся поближе.

Хмуро смотрю на матрёшку, стоящую рядом, и ума не приложу – какого хрена она до сих пор здесь?

За прошедший день я несколько раз пресекал её подкаты, потому что ничего, кроме раздражения они не вызывают. Походу, она совсем тупая, если не может понять очевидного.

– Иди домой, – бросаю грубо.

И возвращаюсь к тачке, захлопываю двери и капот.

– Пошли со мной, – зовёт она без стеснения. – День был тяжёлый. Я сделаю тебе расслабляющий массаж.

– До тебя не доходит? Надо, чтобы я матом послал?

– Меня заводит жёсткость в парнях, – звучит с придыханием. – Ты, наверное, очень горяч в постели.

– Сомневаюсь. Я же говорил, что я непорочен.

– Не надо повторять эту чушь! Ты не девственник! Хватит издеваться надо мной!

Хмыкаю, вспомнив, как вытянулось лицо матрёшки, когда я ляпнул про свою невинность. Это был стёб, конечно, и очередная попытка отделаться от навязчивой нимфоманки.

Но она на броне просто. Тупая и упёртая.

– Я предлагаю приятно провести время, – выступает она напрямую. – Неужели, ты не хочешь секса?

– Хочу, – признаюсь. – Но не с тобой.

Перед глазами сразу Лисёна всплывает – моя навязчивая фантазия, без которой не проходит ни дня. Она в башке засела – не выбить. В грудину вросла. Намертво.

Хочу её до одури, постоянно фантазирую на эту тему. Завожусь.

И то, что она от меня по углам прячется – к лучшему. Меньше соблазна зажать её у ближайшей стены и воплотить грязные желания в жизнь.

Когда захожу в комнату, стараюсь не думать о том, что Вика находится в нескольких метрах от меня. Снимая мастерку, мысленно планирую завтрашний день и то, как буду решать вопрос с тачкой…

– Вы спали? – внезапно звучит вопрос из темноты.

– Давно ты со мной на «вы»? – вглядываюсь в комок из одеяла. – И нет, я ещё не ложился. Только собираюсь.

– Не смешно, – раздражается Вика. – Ты понял о чем я. Вы спали с Валькой?

Ревнует? Включаю ночник, чтобы видеть её лицо.

– Мы с ней спим в разных домах, – скучающе тяну. – Это вроде очевидно.

– Ты издеваешься, что ли? – злится Лисёна, соскакивая с кровати.

Что это на ней? Прозрачная ночная рубашка?..

Чёрт!

Сглотнув внезапно скопившуюся слюну, зависаю на открывшихся видах. Просвечивающая ткань разгоняет воображение на максимум. Держите меня семеро…

– …Я говорю не про сон. А про секс! – эмоционально продолжает Вика. – Между вами был секс?

Упускаю всё сказанное, кроме слова «секс». В ушах поднимается шум. Мозги плавятся. Я дурею.

– Ты это… Зря встала. Ложись обратно… Под одеяло.

– Мне важно знать, что было между тобой и Андреевой! – строго упирает она руки в бока и приближается.

– Вика…

– Ты знаешь, как в деревне расходятся слухи? Я не хочу, чтобы бабушка стала предметом пересудов. Тебе надо уехать! Нам здесь не нужен бабник, который имеет всё, что движется.

– Я никого… не имел, – заставляю себя смотреть только в лицо Лисёны.

– Нет? А как же Валька? – вскрикивает она в неверии. – И эти её формы? – в запале Вика накрывает ладонями свою сочную грудь, снова притягивая туда мой озабоченный взгляд. – Она перед тобой весь день трясла своими… прелестями! Ни за что не поверю, что ты удержался от соблазна. Признавайся! Спал с ней? Или только собираешься? Предупреждаю, я…

Она продолжает возмущаться. Эмоционально жестикулирует. А я не могу оторваться от её стройного тела, жадно пожирая его глазами.

Не смотря на общую потерю в весе, Вика выглядит потрясно и горячо. А её упругая высокая грудь как будто даже стала больше.

Это из-за беременности, наверное.

Она меняет Лисёну, подчёркивая её красоту. Делает её более аппетитной и соблазнительной.

Удержаться невозможно.

Резко поднимаюсь с кровати и в два шага преодолеваю расстояние между нами. Рывком притягиваю Вику к себе, закрывая её возмущающийся рот своим.

Я не имею права это делать.

Нельзя её трогать. Нельзя.

Но она такая сладкая и вкусная, что меня выносит из реала. Не могу заставить себя оторваться от мягких губ. С жадностью сминаю их, удерживая Вику за затылок и талию.

Мысль о том, что сейчас всё закончится, вызывает болезненное давление в грудине. Поэтому отчаянно упиваюсь мгновением, вбирая в себя нежный запах и пьянея от вкуса, который растекается на языке.

Ещё немного – и отпущу. Клянусь. Ещё чуть-чуть…

Целую её глубоко. Одержимо. Словно хочу сожрать. Поглотить без остатка.

Кислорода не хватает. Дыхание надсадное и рваное. Но близость Вики дороже воздуха. Дышу ею и не могу насытиться, теряя контроль.

Остановить меня может только сопротивление. Но его нет. Лисёна не отталкивает меня, лишь беззащитно подрагивает и часто дышит, позволяя моим наглым губам мучить её сладкий рот.

Веду ладонью по гибкой спине и даже через ткань ощущаю мурашки. Тело Вики отзывается на малейшие прикосновения. Её обострённая чувствительность срывает крышу, заставляя меня балансировать на краю безумия.

Ласкаю хрупкие плечи, жёстко стискиваю пальцами ткань ночной рубашки и представляю, как рву её к чертям собачьим. Грубо. Примитивно.

В мыслях горячие фантазии проносятся. Яркими вспышками вижу, как Вика извивается подо мной и кричит от кайфа, срывая голос.

От этих образов по позвоночнику кипяток прокатывается. Кровь долбит по вискам, оглушая. Жилы скручивает от первородного голода, тело ломает.

Это неправильно, – звучат в башке отголоски разума. – Не трогай её. Не марай собой! Отпусти.

Рычу от этого. Но превозмогая адскую тягу, всё же разрываю поцелуй и мысленно приказываю себе выпустить Вику.

– Нет! – останавливает меня срывающийся шёпот.

А тонкие пальцы удерживают за плечи, не давая сдвинуться с места.

Застываю и всматриваюсь в раскрасневшееся лицо Лисёны, пытаясь поймать её поплывший взгляд. Но она не смотрит мне в глаза. Прячет свои эмоции под ресницами. И, судорожно выдохнув, медленно стягивает со своих плеч сорочку, заставляя её упасть на пол.