Дабл Ю: служебный роман (СИ) - Жилло Анна - Страница 12

И тут неожиданно повезло. На Юлю повесили учебу по нашей рабочей программе — бестолковой и глючной. Для врачей, медсестер и администраторов обязательно, для офиса — по желанию. Я даже вопросы приготовил, хотя с прогой у меня проблем никаких не было.

— Юрий Владимирович, а вы что здесь забыли? — ледяным тоном поинтересовалась Юля, увидев меня. — Разве вы в «Сигнатуре» работаете?

— Работаю, — нахально ответил я, сел на свободное место и включил планшет. — У меня нулевой допуск.

Нулевой допуск означал, что я могу открывать любые файлы и копировать их содержимое в текстовом формате без возможности что-то изменить. Хотя на самом деле у меня был и другой ключ, не именной, с третьим допуском. Пользовался я им перед проверками или в тех случаях, когда надо было срочно что-то подправить задним числом. Никто, кроме трех директоров: Сафонова, Макарова и Макса — об этом не знал. И Юле тоже ни к чему.

Она дернула плечом — блузка очень соблазнительно натянулась на груди. Включила проектор с презентацией, что-то показывала, объясняла, но я не слушал. Сидел и смотрел на нее. Потом задавали вопросы, и я свои тоже. Наконец все закончилось, народ потянулся к выходу, а я притворился, будто записываю что-то в планшет.

— Юрий Владимирович, мне надо закрыть зал, — Юля выключила проектор и остановилась на пороге.

— Да, иду.

Я подошел к ней, она посторонилась и вдруг спросила:

— Вы ведь все это и так знали, да?

— Разумеется, — я улыбнулся, глядя ей в глаза. Так же, как в первое утро.

Мне показалось, или уголки ее губ действительно дрогнули?

Но даже если и не показалось, она тут же их стиснула. И сощурилась по-кошачьи.

— Значит, вы просто отняли у меня время зря. Как мило.

— Ну почему? Может, кому-то это было полезно.

— А может, уже хватит?

— Что именно? — уточнил я, прекрасно понимая, о чем она.

— Я, кажется, все сказала, нет?

— А, собственно, почему?

— Да потому что… — она заморгала растерянно и сделала шаг назад, вжавшись спиной в дверной косяк.

— Вот только не надо всякой хероты типа «я несвободна» и все такое.

— То есть, по-твоему, это херота?!

Спасибо, Юля, я заценил «по-твоему», даже если это просто оговорка от злости. Ты не поняла, что я тебя провоцирую?

— Вообще нет, но в твоем случае — да.

Остапа несло не по-детски. Разумеется, я мог принимать желаемое за действительное, но мне и правда показалось, что они не слишком похожи на счастливую пару.

— То есть ты лучше?

А вот это уже более предметный разговор. И более интересный. Потому что ты решила поиграть в иронию, вместо того чтобы фыркнуть: «Да ты, мудак, моему Владику в подметки не годишься!» Это ж-ж-ж точно неспроста. Даже если ты сама еще не догадываешься.

— Не попробуешь — не узнаешь.

Получилось жирно и довольно пошло. Она вспыхнула и вытолкнула меня в коридор. Повернула в замке ключ, направилась к лифту, но приостановилась и бросила через плечо:

— Иди ты в жопу, Юра!

А попа у тебя, к слову, очень даже годная, особенно в этой юбке, подумал я, глядя ей вслед. Но без юбки наверняка еще лучше.

Интересно, «Юра» — это хороший знак или не очень? Хуже всего — равнодушие, а им тут точно не пахло.

Как бы там ни было, на сегодня хватит. Не стоит форсировать. А вот дальше…

Я достал телефон и написал Максу:

«Не знаешь, Юлька поедет на озеро?»

«Не знаю. Спрошу».

Ждать пришлось довольно долго. Сообщение прилетело, когда я уже вернулся к себе и просматривал спорные оплаты по ДМС.

«Говорит, что не знает. Злющая — не подойди».

«А, ну это мы с ней поговорили», — написал я.

В ответ прилетела обезьяна с двойным фейспалмом.

Вот-вот, он самый. Но все-таки с мертвой точки дело сдвинулось, определенно. Хотя и непонятно, в какую сторону. И двух недель не прошло, как она появилась, а мне казалось, что уже не один месяц.

Я завис над очередной картой. У нас была собственная программа ДМС через страховщика-партнера, но принимали и от других страховых. Иногда из-за разницы в пакетах получались накладки, которые приходилось разруливать мне. И вот сейчас я сидел, смотрел на платежки, а видел совсем другое. Как мы стояли в дверном проеме конференц-зала почти на расстоянии поцелуя.

Мне казалось, у нее серые глаза, как и у меня. А вблизи увидел, что оттенок совсем другой. И то ли свет так упал, то ли от злости они стали почти зелеными, как крыжовник. Рыжая кошка с зелеными глазами!

А веснушки так густо на светлой коже. Похоже на корицу или какао на пенке капучино. Даже на губах — просвечивают сквозь бледную помаду. Так и хочется слизнуть. И помаду, и веснушки сразу.

И запах… тонкий, легкий. Знакомый, но словно ускользающий. Какой-то цветок. И от запаха этого так тревожно — но сладко тревожно, потому что он пробивается откуда-то из детства.

Я закрыл глаза, пытаясь вспомнить, — и увидел так ясно, как будто нырнул с головой…

Летнее утро, дача в Орехово, цветущий куст шиповника под открытым окном. Мне года три, не больше. «Юрочка, беги завтракать», — зовет мама. Я выхожу на террасу, где накрыт стол. Поют птицы, пчелы вьются над розовыми цветами. Впереди длинный день, в котором будет столько всего интересного. А вечером из города приедет папа, и мы все вместе пойдем купаться на озеро…

Потом отец и бабушка в один голос уверяли, что рядом с домом никогда не было шиповника. Но я же не мог этого придумать, правда?

На пятницу у Макса выпала смена в академии, и это было плохо. Потому что без него я не мог найти повода зайти в административку. К тому же утром застрял в плотной пробке на Воскресенской и приехал, когда караулить Юлю у входа уже не имело смысла: она приходила рано. Оставалось только кафе. Я просидел там целый час, но не дождался.

На диете? С ее-то фигурой? Или решила заработать язву, лишь бы меня не видеть?

В общем, день пропал даром. И на выходные особой надежды тоже не было. С Максом мы договорились, что я поеду на машине и подберу его у академии. Тут имелся определенный плюс: значит, в хлам не нажрусь и явных глупостей не наделаю. Хотя… что нам бухло, когда своей дури хватает?

Корпоративы у нас любили. Официальных, с финансированием из казны, было всего три: Новый год, Восьмое марта и день медработника. По мелким поводам, вроде дней рождения, устраивали сами. Летний, в третье воскресенье июня, получался самым грандиозным: с двухдневным выездом на природу и гулянками до упаду. В общем, чтобы было что вспомнить. И посмотреть в Контактике. У «Альтермедики» было две группы: одна официальная, вторая закрытая, для сотрудников. Вот во второй после корпоративов появлялось много чего веселого. А в прошлом году завели еще и телеграм-канал.

Самой горячей темой в пятницу стал прогноз погоды: будет дождь или нет. Метеослужбы такую вероятность не исключали. Было бы обидно приехать за город и протупить два дня в четырех стенах, глядя на ливень за окном. Дамы обсуждали еще и купальники с шортами, я слышал. И не сомневался, что не менее популярная тема — куда закинет удочку Липкий Юрик, дав отставку Добровой. Никакой мании величия и самолюбования тут не было. Я сам выпустил этого джинна из бутылки, намекнув, что и хотел бы остановиться, но пока не нахожу подходящей станции. Считали они меня прямо таким ценным призом или все дело было в охотничьем азарте, я не знал. Да особо и не хотел знать.

Утро народилось сереньким, прохладным. Но когда к девяти, подхватив по пути Пашку, я подъехал к ВМА, из-за туч начало проглядывать солнце, а с полпути оно уже светило вовсю. Мы оказались первыми и, пользуясь этим, выбрали номер получше. К одиннадцати начали подъезжать остальные, последним прибыл автобус с безлошадными. Мы втроем сидели на веранде домика и смотрели, как разноцветные бабочки выпархивают на площадку у ворот. Юли не было, и все предстоящее веселье сразу потеряло вкус.

— Оу, ну надо же! — Макс толкнул меня в бок. — Как, плеснуло адреналинчику?