Больны любовью (ЛП) - Дункан Дейдра - Страница 8

— Моё тело — это скорее забегаловка быстрого питания, совмещённая с круглосуточным алкомаркетом. И с приличной дозой кофеина.

Брюнетка запрокидывает голову.

— Да пусть она хоть коклюшем переболеет. Мне сейчас важнее другая девушка, которая в соседней палате на метамфетамине сидит.

Я не сдерживаю смех, обе девушки смотрят на нас с удивлением.

— Ой. Привет. Интерны. — Брюнетка натягивает улыбку. — Простите, не слушайте меня. Я не всегда такая злая. Я Мила.

Я протягиваю руку.

— Грейс.

Она никак не реагирует на моё имя, но её подруга вдруг пристально на меня смотрит и машет рукой.

— Лин.

Рэйвен и Алеша тоже представляются, пока комната постепенно наполняется людьми. Я ныряю под стол, чтобы достать из сумки ноутбук. Когда выпрямляюсь, прямо напротив меня усаживается Джулиан. Его тёмные, как беззвёздная ночь, глаза встречаются с моими.

Всё внутри напрягается.

Он держит в руках термокружку, длинный палец мерно постукивает по стенке.

— Доброе утро, Сапфир.

Каждая мышца во мне замирает, я с трудом сдерживаю взгляд, чтобы не сверлить его. Его чёртов рот дёргается в насмешливой улыбке, которую он прячет за глотком кофе. Играть в вежливого коллегу, а при этом тонко язвить — вот его стиль.

Ну что ж, Джулиан, бросаешь вызов? Принимаю.

Я одариваю его самой милой фальшивой улыбкой.

— Вообще-то я предпочитаю, чтобы меня называли Грейс. Помнишь?

В его глазах мелькает искра, которая тут же гаснет.

— Точно. Всё время забываю.

— Трудно, наверное, запомнить, когда весь в сплетнях о других занят.

Его взгляд сужается, челюсть напрягается.

Алеша переводит взгляд с него на меня, удивлённо хмуря брови.

— А я думала, вы говорили, что не знакомы... А вы явно виделись.

Я моргаю.

— Эм, ну...

— Доброе утро, Алеша. Рэйвен, — Джулиан одаривает их улыбкой, которая выглядит вполне искренне.

Алеша склоняется к нему.

— Готов проиграть второй раунд на выходных?

Он смеётся.

— Только если ты выставишь свою лучшую игру.

Что за чёрт? С остальными он нормальный, вежливый, почти дружелюбный!

— Ладно, начинаем, — говорит доктор Райан, наш самый молодой наставник, садясь во главе стола и разбирая бумаги. — Начнём с нормальных родов...

Я открываю ноутбук и начинаю набирать конспект. После лекции доктор Райан переходит к вопросам. Он задаёт их не вразнобой, а по очереди, заставляя каждого из нас рыться в голове, пока ответы не начинают превращаться в загадки.

Алеша держится лучше всех, с пугающей точностью перечисляя физиологические изменения сердечно-сосудистой системы при беременности. Мы смотрим на неё, как загипнотизированные.

Она пожимает плечами.

— Просто у меня хорошая память.

К моему нескрываемому удовольствию, Джулиан спотыкается на своих ответах после того, как я уверенно блеснула знаниями.

Вот так тебе, карма!

Когда перекрёстный допрос заканчивается, мы встречаемся взглядами, и я поднимаю одну бровь, не сдерживая улыбку.

Он наклоняет голову, не улыбаясь.

— Гордишься собой?

Все идут за кофе и в туалет, а мы остаёмся сидеть, уставившись друг на друга, как на дуэли.

— Горжусь. — Я улыбаюсь невинно. — А ты?

— А это что такое? — Он кивает на мои губы. — Думаешь, эта улыбка кого-то обманывает?

— О чём ты? — Я изображаю невинное недоумение. — Я всего лишь вежливо улыбаюсь коллеге.

Из его горла вырывается тёмный, едва слышный смешок, больше похожий на рычание. И почему-то этот звук напрямую цепляет мою кожу, словно тело само по себе знает то, чего я ещё не осознала.

Опасность! Беги отсюда!

Он постукивает пальцем по кофейной кружке, не отрываясь от меня взглядом.

— Ты ещё та проблемка, да?

— А ты сомневаешься, что справишься?

Лицо его почти не меняется, но в глазах вспыхивает дерзкая улыбка — вызов, понятный только тем, кто умеет читать между строк.

— Думаю, ты меня недооцениваешь. — Он делает глоток кофе. — Сапфир.

* * *

В воскресенье вечером Алеша приглашает меня в Mi Cocina — популярный мексиканский ресторан с лучшими коктейлями на свете. Я скользну на сиденье полукруглой кабинки рядом с ней. На ней разноцветное струящееся платье в стиле бохо. Мои шорты и майка с американской проймой на её фоне смотрятся, мягко говоря, неуместно.

— Какой огромный столик для нас двоих, — говорю я.

Она фыркает.

— О, нет. Я пригласила всех интернов. Это будет наша первая сессия групповой терапии. Думаю, не последняя.

Рэйвен усаживается рядом с Алешей, с тёмными кругами под глазами.

— Так устала... Но мне срочно нужны чипсы и гуакамоле.

— Как прошли твои первые сутки? — Я тянусь за чипсом.

— Круто. И вымоталась до предела. — Она оживляется. — Но я сделала своё первое кесарево!

Сердце замирает.

— Правда? Рассказывай!

— Не-а. — Алеша, сидящая между нами, машет пальцами у нас перед лицом. — Потом расскажете. Сейчас мне надо понять, что там у тебя с Джулианом, пока он с Каем не пришли. Я сказала им быть через... — она смотрит на телефон, — пятнадцать минут.

Я выдавливаю фальшивый смешок.

— Ч-что ты имеешь в виду?

Она смотрит прямо, не мигая.

Эм. И что мне делать? Как-то некрасиво сразу наговаривать на коллегу. Не хочу выглядеть сплетницей. Пока я колеблюсь, подходит официант и принимает заказ на напитки. Мы с Алешей берём по Mambo Taxi, Рэйвен заказывает воду и порцию гуакамоле.

— Четырнадцать минут, — Алеша постукивает по полированному столу передо мной.

— Ладно! — Я царапаю вмятину на дереве и трачу целых шесть драгоценных минут, чтобы пересказать им слухи и мои первые две встречи с Джулианом Сантини.

Приносят напитки, Алеша делает глоток, потом останавливает меня поднятой рукой.

— Подожди. Они сказали, что именно ты получила место через постель? Или просто кто-то, а все решили, что это ты?

— Какая разница? — Я отпиваю коктейль. Кисло-сладкая смесь с текилой приятно греет изнутри. — Все и так уверены, что это я, так что...

— Да, дерьмово, девочка. Прости, — сочувственно говорит Алеша, поглаживая меня по плечу.

Рэйвен кивает.

— Несправедливо. Но всё уляжется. Любые слухи улягутся.

Я улыбаюсь.

— Спасибо, что не стали спрашивать, правда ли это. Нет, если что.

— Конечно нет, — отвечает Алеша. — Такое бы через GME не прошло.

— Я ни на секунду не сомневалась, — говорит Рэйвен, пережёвывая чипсы с гуакамоле.

Моя улыбка становится шире.

— Вот поэтому я и не люблю Джулиана.

Обе на секунду замолкают, уткнувшись в тарелки.

Я прищуриваюсь.

— Что?

Алеша сглатывает.

— Ну... ты же назвала его женоненавистником, когда он просто пытался помочь. Ты в курсе, как он вообще сюда попал?

Я пожимаю плечами, игнорируя внутренний голос, который шепчет, что для DO, наверное, нужно было сделать что-то из ряда вон.

— Он соавтор нескольких научных статей о неравенстве в женском здравоохранении. Одна из них опубликована в национальном журнале.

У меня отвисает челюсть.

Так, стоп. Мне что теперь, все свои выводы о нём пересматривать? А я терпеть не могу ошибаться.

— Откуда ты это знаешь?

Она пожимает плечами.

— Слухи быстро разносятся.

Я прячу смущение за усмешкой.

— Ну, даже если он не женоненавистник, он всё равно придурок.

Алеша широко улыбается и смеётся.

— Вот теперь весело будет, да?

Через минуту скамейка качается.

Джулиан садится рядом со мной.

— Думаешь, выдержишь моё присутствие? Или мне за другой столик пересесть?

Я встречаю его тёмный взгляд.

— А если скажу «да», ты уйдёшь?

— Хм. И отдать тебе победу?

Руки сами собой скрещиваются на груди.

— Я справлюсь с тобой. А ты со мной?

Он бросает долгий взгляд на дверь, но тяжело вздыхает, когда Кай усаживается с другой стороны, окончательно запирая его рядом со мной.