"Фантастика 2025-192". Компиляция. Книги 1-33 (СИ) - Новиков Николай Васильевич - Страница 700

За короткое время боя, оказывается, вокруг нас появились зрители. Растерянный Салгант с книгой в руках. Здесь же стояли двое мрачных боевиков, в том числе второкурсник, с которым бился Ильим.

Минуя всех и не оборачиваясь, я развернулась и ушла. Рука сама вцепилась в покалеченную колибри. Шла вперед и ничего не понимала. Вроде бы даже наказала Карла, но никакого счастья, только грусть. Жалко было не только колибри, но и дружбу, если она, вообще, существовала.

Я долго петляла по коридорам, не особенно разбирая дорогу, и смотрела только под ноги. Думала о маленьких катастрофах и о том, как просто в жизни все ломается. Мой учитель вместо этого почесал бы заросший подбородок, плюнул под ноги и предложил бы перезарядить ружье. Стрелять всяко лучше, чем думы думать, а то же голова заболит.

Жаль, что у меня нет заросшего подбородка, чтобы почесать. И смачно плюнуть тоже вряд ли смогу — воспитание. Невесело улыбнулась своим мыслям и замерла в нерешительности, не понимая, куда же забрела.

— Может быть, пойдем в школьный дворик? — от тихого и чистого голоса эльфа я вздрогнула.

— Ты все время ходил со мной? Вот так, молча?

Он пожал плечами и спокойно сказал:

— Тебе нужно было подумать, а мне пройтись.

Про себя удивилась его безмятежности, но лишь кивнула и просто пошла за ним. На свежем воздухе легче не думать.

Нас встретил холодный осенний ветер и пустые лавочки. За одним из дубов виднелась пара. Но больше никто не рискнул выйти в такую неуютную погоду.

Эльф прошел в дальний угол и сел на пожелтевшую траву. Я пристроилась рядом, не удивляясь вдруг потеплевшей земле.

— Рассказывай.

— Карл слизняк. Это просто факт.

Салгант выждал некоторое время и опять спросил, а я не собиралась жаловаться, хотела отделаться сухими фразами. Но он смотрел своими чистыми глазами, и язык рассказал все за меня. Про сволочного друга, который не друг, и про Ильима, который еще больший идиот, и про глупую Лил, да даже про ведьм, которые говорили о лавочке для свиданий. На этом месте я замолчала и поспешно вернулась к Карлу.

— И как ты себя чувствуешь, после того как смогла магией уложить боевика? — осторожно уточнил эльф.

— Паршиво, — я поморщилась, а Салгант почему-то улыбнулся. — Это, между прочим, не смешно.

— Знаю, прости, — он опять не сдержал улыбку. — Но ты так говоришь, я заслушался. Кажется, в вашем королевстве слово «паршиво», так же как и «сволочной» можно произносить только про себя. А вслух ничего, кроме «неблагонадежный» или «плохой».

— Вот что бывает с иностранцами, которые общаются только с графом. У вас создается ложное и слишком благообразное представление о скромных адептах соседних королевств.

— Фицуильям, мне кажется, умеет выражаться, — очень серьезно заступился за друга эльф.

— Сомневаюсь. У него натуральный дурак, всегда останется очень корректным глупцом. Его сила — вежливость.

— Остальные люди разве не такие же?

— Ты слышал куплеты Уилла? Человеку, вообще, глубоко плевать, кто и что скажет в двенадцать ночи на его вой с матерщиной.

— Рей, ты меня убиваешь, — смеясь, сказал эльф.

— Ты еще подожди, я тебе не все интересные слова сказала.

— Есть еще? Не томи.

— Что ты, разве положено девице, почти что леди, говорить эльфу скабрезности? — деланно округлила глаза, а Салгант шире улыбнулся.

— На самом деле девушки здесь меня удивляют. Скажи, вам кто-то преподает отдельный предмет по общению с эльфами? Они все изъясняются такими длинными фразами, не будь рядом графа, я бы постоянно засыпал. При этом я слышал, они умеют говорить нормально. И стараются только для меня, — грустно закончил он.

— Не переживай, у меня эльфоведения не было.

— Эльфо- чего?

— Не бери в голову, — я улыбнулась и замолчала.

Печаль по погибшей как бы дружбе немного отступила, пока я болтала ни о чем. Но легкая грусть осталась, жаль она не была светлой и очень портила настроение.

Послышался шорох и мне в руку ткнулся бумажный журавлик.

— Все хорошо? — спросил эльф, когда я поморщилась.

— Да, Лил беспокоится. У нас сейчас зельеварение.

— Тебя проводить?

— Я не пойду, посижу еще, а ты иди, у тебя, наверное, тоже уже началось занятие, — достала карандаш и написала Лил ответ, журавлик расправил крылья и, шелестя, полетел обратно.

— У меня сегодня ничего сложного, так что я тоже посижу на свежем воздухе. Знаешь, эльфам опасно для жизни постоянно находиться в закрытых помещениях, — его ясные глаза смотрели очень серьезно, но я все же фыркнула.

— Как так получилось, что эльф поступил в нашу школу и покинул свой лес?

Салгант опустил взгляд, взял тонкую травинку и задумчиво покрутил.

— Мой дядя немного видит будущее, — эльф замолчал, а потом как-то нехотя договорил. — Он сказал, что многое в моей жизни и в жизни еще нескольких эльфов изменится в лучшую сторону, если я поступлю сюда.

— Значит, будущее. И ты веришь?

— Сложно сказать. По словам дяди, будущее слишком туманно, чтобы можно было быть уверенным в чем-то, при этом, многие важные вещи в жизни предопределены. Но какие-то совершенно неожиданные, а иногда и противоречащие твоей природе поступки могут существенно все изменить и сделать твою жизнь совсем другой.

— И что же теперь? Твое будущее стало более счастливым?

— Никто не знает. К дяде видения приходят стихийно и это невозможно контролировать.

Мы немного помолчали. Салгант играл листиками. Они, подгоняемые ветром, крутились у его пальцев и падали на траву, образуя причудливый узор. А я просто наблюдала и старалась ни о чем не думать. Наверное, сейчас уже подходит к концу зельеварение, потом боевка и еще дополнительные занятия, но идти я никуда не собиралась. Здесь и сейчас мне было спокойно, а там надо все рассказать друзьям, потом еще очень много говорить, еще больше слушать и снова о чем-то переживать.

В мою руку одновременно ткнулись два журавлика — от Лил и Ильима и примерно одинакового содержания. Правда ли я дралась, как себя чувствую и где же я. Пока собиралась с мыслями от Лил прилетел еще один, где она более нервно спрашивала, жива ли я. Через несколько минут новый журавлик от Лил прилетел дымя хвостом.

— Скажи, а можно сделать так, чтобы нас никто не видел? — Салгант, огляделся, понаблюдал, как улетает мой ответный вестник и кивнул.

Не знаю, что изменилось, но почувствовала, как вокруг уплотнился воздух. Ветви деревьев не опускались и не закрывали нас, мы по-прежнему сидели на открытом пространстве в дальнем углу, но я была уверена, нас никто не заметит. Эльф все же был созидателем. И эта мысль вывела меня из задумчивости. Я взяла в руки подбитую колибри и протянула Салганту:

— С ней можно что-то сделать? — в голосе было слишком много надежды, а эльф даже не стал прикасаться к подвеске.

— Нет, — грустно ответил он.

Просто кивнула и погладила свою подбитую колибри.

— Мне любопытно, а как вы подружились с Карлом? Слышал, он из семьи магов, в которой к ведьмам относятся снисходительно.

— Он живет в комнате с Ильимом. Я с Лил. А Ильим и Лил знакомы уже много лет, ю загородные дома расположены по соседству. Вот так как-то и подружились.

Мы сидели с Салгантом и разговаривали, хотя, наверное, больше молчали. Он крутил листики, создавая зверушек. Я улыбалась, показывала, как ведьмы умеют расположить к себе людей. Нашептала ему столько доброго, что, кажется, наступила передозировка. От его широкой улыбки деревца, ушедшие в спячку в преддверии зимы, зазеленели, а проснувшиеся муравьи ошарашенно бегали кругами.

Когда над головами начал теплеть магический свет, я поднялась. Было очень стыдно, что Салганту пришлось сидеть со мной почти весь день, без еды, воды и обычного для него общества красивых девушек. Но глупо же извиняться, он вроде бы сам.

Когда он довел меня до женского общежития, я не сдержалась и обняла.

— Ты очумительный эльф, спасибо, — и пошла к себе не оборачиваясь.