"Фантастика 2025-192". Компиляция. Книги 1-33 (СИ) - Новиков Николай Васильевич - Страница 857

— Объяснишь?

— Я здесь из-за камней. И из-за магии созидания.

Эзра еще раз погладил ее по щеке и сел. Он не нервничал. Было видно, ведьмак лишь подбирает слова, чтобы объяснить.

Парень взъерошил волосы пятерней и вздохнул, как перед прыжком в воду.

— Ты знаешь, почему созидатели не зачаровывают камни на месте? Почему над ними колдуют в столице, а потом везут сюда?

Нея отрицательно покачала головой. О магии созидания в их школе не рассказывали. Слабеньким боевикам из простых нужно было знать только заклинания атаки и защиты.

— Из-за последствий. Когда созидатель зачаровывает предметы, часть силы выплескивается в мир и меняет его. Чтобы этого избежать, обычно колдуют в закрытых помещениях без окон. Либо в чистом поле, тогда магия рассеивается. И созидатели зачаровывают не сразу все, а частями. Если бы они накрыли своей силой целую крепость, что с их резервом вполне возможно, то вокруг все бы поменялось. Самое безобидное растение стало бы ядовитым, животные — агрессивными или вообще другими. Не сразу, но постепенно вместо обычного одуванчика рядом с местом, где колдовал созидатель, появился бы, скажем, ядовитый шиповник. А ближайшие дома истлели бы всего за месяц.

— К чему ты ведешь?

— К тому, что они зачаровывают осторожно, направляя силу на один предмет или на одну стопку камней. Но все равно работают в подвале или открытом поле. Поэтому никаких изменений за собой это не влечет. А сюда камни еще и едут дней тридцать, любые излишки силы развеиваются в пути, магия не успевает прижиться в движении.

Эзра замолчал. Его спина как-то напряглась, чувствовалось — сейчас он скажет нечто важное и волнительное для него.

— Когда здесь начнут строить крепость и появится хотя бы один этаж, а следом еще приедет созидатель, чтобы зачаровать, например, двери, магия все же попадет на окружающие растения. Немного. Совсем не та концентрация, при которой все гибнет или изменяется. Но и этого будет достаточно, чтобы вырос такой цветок, как золотой кадул.

— Видимо, редкий?

— Скорее мифический, — усмехнулся Эзра. — Его видели всего трижды. Последний раз это случилось пятьдесят лет назад. Его нашел один ведьмак и описал. Даже смог сделать на его основе особое зелье, благодаря которому сын, родившийся калекой, начал ходить.

— Та-а-ак. — Нея вроде бы понимала, что ей говорят, но никак не могла взять в толк, к чему.

— Я хочу найти золотой кадул. Я прочитал множество легенд, воспоминаний и понял, что он появлялся там, где шло какое-то грандиозное строительство с участием магии созидания. Не агрессивной магии, а той, что немного развеялась. Как будет здесь.

— И зачем тебе кадул?

— Для зелья, конечно! Но не для того, которое сделал ведьмак, рецепта он не оставил. Я сделаю зелье для приживления конечностей. Пока есть средство, чтобы прирастить лишь палец, и то если сразу намазать. Мое зелье позволит приращивать ноги, руки, а может, и туловище.

— Зельевар, — фыркнула Нея, расслабляясь. Ей это показалось сказкой, несмотря на убежденность ведьмака. — Значит, кадул и зелье. Хочешь помочь кому-то из близких?

— Нет. Хочу сварить зелье, которое никто до меня не варил.

— Ясно, а я думала, ты здесь из-за отца. Доказываешь что-то, — пробормотала она, разглядывая спину Эзры. Совсем не костлявую, очень даже мужественную, с крепкими мышцами и гладкой, словно натертой маслом, кожей.

— Это тоже, — улыбнулся ведьмак, оборачиваясь. — Он навязывает мне свое дело. Хотя мой семнадцатилетний племянник разбирается в этом уже лучше меня. Но мой родитель считает, что компанию нужно передавать от отца к сыну. — Эзра опять улегся на кровать и притянул к себе Нею. — Он никогда не одобрял зельеварения и даже отдал меня в закрытую школу боевых магов в двенадцать лет.

— И как тебе там было?

— Ничего. Сначала я злился, даже как-то плакал в подушку, а потом легче стало.

— Плакал?

Прости, ты же не знаешь! Это когда краснеют глаза и из них катятся такие капли или ручейки…

Нея ткнула кулаком в бок усмехающегося Эзру.

— Но слезы в младшей школе — это мелочь. Вот когда я плакал из-за Рей — это да! Всю ночь ревел и не понимал почему. А оказалось, что она серьезно поругалась со своим эльфом. Представляешь, она была в другом городе, а меня все равно накрыло. Но знаешь, что самое обидное?

— Что? — покладисто спросила Нея, не прекращая улыбаться.

— Она вернулась и говорит: «А я не плакала, ни слезинки за всю ночь». Женщины!

Нея потянула ведьмака за шею и поцеловала, еле сдерживая смех.

— Знаешь, о чем я думаю? — спросила она, и он поднял брови. — Что же с тобой будет, когда она начнет рожать?

Глаза Эзры за секунду увеличились вдвое. Почти минуту стояла тишина, и ведьмак так смотрел на Нею, будто пытался выискать в ее расширенных зрачках средство от беременности своего «побратима».

Харт не выдержала и еще раз его поцеловала.

Все было не так, как она планировала. Ведьмак заполнил собой все вокруг. Две ночи, два утра, а было ощущение, что он жил с ней всегда.

Нея и днем думала о том, как вернется в свою постель.

Хотя Эзра не делал ничего такого, что могло лишить рассудка. Да и она все же спокойно работала, отвечала на вопросы Олмера и писала какие-то письма под диктовку коменданта. Гоняла солдат, даже проехала с патрулем по тракту, чтобы расчистить дорогу таранами.

Но потом она возвращалась, натыкалась взглядом на ведьмака, который стал выходить на порог дома коменданта, когда она куда-то выезжала, и снова представляла, как вечером они встретятся.

— Признайся честно, — сказала Нея ранним утром на третий день их совместного проживания, по-другому это сложно было расценивать. — Ты прошептал какой-то особый заговор, чтобы я тебя не выгнала из этой постели?

— Каюсь, намазал себя волшебным клеем. Теперь ко мне липнут красивые женщины.

Нея усмехнулась.

Шутливый вопрос — шутливый ответ, но она хотела бы знать наверняка. Мог ли ведьмак добиться чего-то с помощью своего колдовства?

— А у тебя скоро обход? — спросил Эзра и провел рукой по ее бедру.

Он повернулся на бок, плотнее придвигаясь к Нее.

Она с готовностью повторила маневр ведьмака. Ее рука скользнула по его ягодице… и шлепнула. Темные глаза Эзры поднялись от ее губ.

— Сегодня утром построение, — сказала она и уверенно выбралась из постели.

Холод окутал с ног до головы в считаные секунды, и Нея схватила первую попавшуюся рубаху. Плотную, пахнущую весной.

Менять ее не стала.

— У вас зверский устав. — Ведьмак сел на постели, с интересом рассматривая лейтенанта.

— Утреннее построение раз в неделю всего состава — моя инициатива. Это не по уставу.

— И зачем тебе это?

Она пожала плечами и продолжила одеваться.

— Капитан, с которым я служила, говорил, что солдаты должны чувствовать свою значимость. Раз в неделю на построении он выделял тех, кто отличился, даже в мелочах… Я предложила коменданту сделать так же, он одобрил.

— Уверен, капитан хвалил тебя больше других. — Эзра подошел и обнял ее со спины, когда она застегивала ремень.

— Нет, он меня почти не отмечал. — Она попыталась изобразить усмешку, вышло паршиво. — Я с ним спала.

Эзра немного напрягся, но сразу же поцеловал в плечо.

Ей бы очень хотелось узнать, о чем он думал в этот момент. О том, что она шлюха, или о том, что ее заставили? Ведь для всех выводы очевидны. Восемнадцатилетняя девушка в рядах армии, каким бы магом она ни была, все же девушка. И особенно это замечают, если за ее спиной нет брата или на крайний случай крепкого слуги.

Даже среди ее соратников никто не верил, что она с капитаном добровольно. И Нея приучилась говорить «я сплю с капитаном», а не «я люблю». Хотя тот не очень красивый мужчина, который был старше всего-то на семь лет, занимал ее сердце. Она жила им, дышала ради него и без раздумий бросилась его защищать, за что и получила шрамы.