"Фантастика 2025-192". Компиляция. Книги 1-33 (СИ) - Новиков Николай Васильевич - Страница 858

Капитан выжил. Они поговорили. Он ушел от нее почти по-дружески, но потом сделал предложение другой. Как объяснили добрые люди, на армейских девушках не женятся.

— Нея, — растягивая ее имя, позвал Эзра, — после такой долгой и полной смысла паузы ты обязана сказать, что в постели я лучше твоего капитана.

Она усмехнулась.

Ведьмак в очередной раз одним махом убрал и подбирающуюся печаль, и застарелую боль.

Эзре удавалось то, что ей самой казалось невозможным: с ним и она становилась шутницей.

— Ну знаешь ли. Все становится отлично только раз на пятый-шестой. А до этого…

Ведьмак что-то по пальцам пересчитал, нахмурился и подтолкнул ее к кровати:

— Все. Ложись.

Нея лишь повернулась к нему с усмешкой. А Эзра метнулся к своему пальто и начал выворачивать карманы.

— Что ищешь?

— У меня тут есть зелье для бодрости, — скрывая улыбку, ответил он. — Будет тебе и шестой, и седьмой. Тоже мне, сравнить не может.

Нея засмеялась, и Эзра бросил пальто, чтобы ее поцеловать.

Ей ужасно нравилось дразнить ведьмака. Он становился деятельным даже там, где, казалось, нет выхода. Если бы его «побратим» начала рожать, он и тогда бы не потерял присутствия духа. Нашел для себя успокоительное, ну или помог быстрее родить Рей.

Пока Эзра целовал ее шею, она случайно взглянула в окно.

Во дворе происходила какая-то суета во главе с комендантом. Его черную меховую шапку среди общей серости трудно было не увидеть. Вот только рядом с ним стояли чужаки. В шкурах и без головных уборов. Скертанцы.

Нея отстранилась от Эзры и подошла вплотную к окну. Непроизвольно улыбнулась, увидев знакомую широкоплечую фигуру, так сильно и по-дружески обнимающую коменданта.

— Здесь Свен, — сказала она.

Эзра молчал. Он не смотрел в окно, его интересовала лишь Нея. И стоило ей повернуться, она наткнулась на осуждающий взгляд ведьмака. Он знал.

«У солдат язык без костей».

ГЛАВА 9

Лошадиный хохот слышался еще на подходе к столовой. На обед, как и на завтрак, там собрались и солдаты, и скертанцы.

С какого-то перепуга комендант оставил не только Свена, но и еще семерых человек. Пока до вечера, но кто знает, возможно, и их разместят в доме. А кого там сейчас не размещают, в конце концов?

Эзра сплюнул на снег и вошел в теплую столовую. На лавках сидели плотно, мешаясь локтями и ложками. И примоститься можно было разве что на коленях у солдат. Но такого не простили бы даже ведьмаку с фляжкой виски.

Каспин махнул Эзре гипсом. Одним ударом он и привлек внимание, и освободил место рядом с собой. Сидящего солдата как ветром сдуло.

«Правильные знакомства решают все», — вспомнил парень присказку Фаруна-старшего.

Рядовой Каспин отчего-то был благодарен Эзре за Лагиру. И участие ведьмака в беременности своей женщины считал более значимым, чем собственное.

Ведьмак пожал ему здоровую руку и склонился над тарелкой с наваристым супом.

На заставе расстарались, будто к ним приехал если не король, то принц. Вынули последний окорок и отнесли коменданту в кабинет. Наварили супа солдатам и скертанцам.

Эзра без аппетита поболтал ложкой в тарелке.

За утро он уже дважды послал всех лесом, но поганое настроение не улучшалось. Сегодня он точно не попадет к Нее. Людей развелось немерено! Да и еще сама Харт. Улыбалась скертанцу!

Ее пухлые губы подрагивали в быстрой улыбке, такой яркой и бьющей точно, как стрела. Той улыбке, которая манила Эзру и появлялась до этого момента только благодаря ему.

Ложка звякнула о тарелку.

— Ведьмак, а ты мог бы мне руку сейчас подлатать, чтобы она действовала? — спросил Каспин, выпивая остатки супа прямо из тарелки. — Я помню, ты говорил еще четыре дня. Но сегодня у нас со скертанцами кулачный бой. И я тоже бы им бока помял.

— Мог бы, — сказал Эзра, гоняя кусок картошки в бульоне. — Но не буду.

Каспин неопределенно вздохнул, но только головой покачал. Спорить с ведьмаком он отчего-то не решался, хотя ходил к нему чаще других, и их теперь можно было назвать приятелями.

— Ну и что ты пригорюнился? Через четыре дня у тебя будет ровная и сильная рука. — Ведьмак увидел неподдельную печаль в глазах солдата. — Нет, если ты хочешь себе засохший стручок вместо…

— Это как же рука с моим стручком-то связана? — спросил Каспин, прикрывая пах ложкой и подальше перекладывая загипсованную руку.

Эзра подпер кулаком щеку и несколько секунд разглядывал огромадного мужика с ложкой в паху.

— Обычно никак, — кивнул ведьмак. — Но никаких исследований не проводилось.

— Шутишь всё, — буркнул Каспин, руку тем не менее отставил еще дальше. — А тут такая заварушка. Даже не до крови. Так, пар спустить да кости размять. И комендант одобряет.

При упоминании начальника заставы Эзра помрачнел. Старик с утра пораньше приказал сварить ему зелье от ломоты в суставах, да непростое, а на собачьем жиру. Средство действенное, но пахнет, как солдатские портянки. И варится четыре часа. И помешивать его надо каждые пять минут.

Паршивое утро.

Эзра отодвинул тарелку. Ему бы тоже не мешало спустить пар, если уж вечером к Нее ему не пробраться.

— В кулачных боях участвуют все скерантцы? — спросил он.

— Нет, обычно трое наших и трое ихних.

— Свен участвует?

Что-то во взгляде Каспина не понравилось ведьмаку, как будто там скрывалось понимание.

— Я узнаю.

Каспин встал и пошел к выходу, а его слова прозвучали очень похоже на «я договорюсь».

Эзра без аппетита поел, да и пошел обратно в дом коменданта.

Ему предстояла кропотливая работа. Утром он поставил еще одно зелье. Никто наверняка и не представлял, какой точности требовали снадобья Эзры. Возможно, лишь профессор Тэрволин кое-что понимала. Во всяком случае, она знала, что вся шутка в крошечных песчинках, отдельных листиках, каплях воды. Понимала, но все равно называла «варевом».

Еще в закрытой школе Эзра грезил, что станет великим зельеваром. Думал, отец увидит, насколько всемогущ сын, и изменит мнение по поводу его силы. Но не вышло. Зелья становились все лучше, а отец упрямее. И Тэрволин, чтоб ей провалиться, ни разу не похвалила, лишь ставила низкие оценки. Потому что «он мог лучше» и потому что «мало занимался»!

Эзра вошел в комнатку прислуги и шваркнул дверью.

— Мать честная! — воскликнул Милкот, открывая глаза.

Он пришел в себя вслед за охотником. Но если деревенского быстро посадили под замок до особых распоряжений, то сержанта оставили отлеживаться.

— Ты ополоумел? Я чуть не помер.

— Пока я здесь, у тебя никаких шансов. К вечеру ты будешь бегать.

— Так, может, я не хочу бегать, — возмутился сержант.

— Если хочешь дальше лежать, могу сломать ногу, — предложил Эзра, склоняясь к бутылочке с зельем, которое настаивалось.

— Ты озверел совсем, — с уверенностью сказал Милкот и сильнее завернулся в одеяло. — Харт тебя, что ли, так загоняла?

— Нет, она сейчас занята. К ней ее скертанец приехал.

— Свен? И что он тут делает?

— У него спроси.

Милкот поправил себе подушку и сел.

— Ты все-таки нервный какой-то.

Эзра промолчал и вынул свою сумку, в которую упаковал еще одно готовое зелье.

За последние два дня он старательно заполнял свободные карманы новыми бутылочками. Но пока половина пустовала. Часть зелий еще настаивалась, для других не хватало ингредиентов, для третьих нужен был свежий воздух. Но варить что-либо на морозе в течение нескольких часов Эзра не собирался.

— А чего так тихо-то? — прислушиваясь к звукам с улицы, спросил сержант.

— Как обычно.

— Да, но ты сказал про Свена. Сколько повозок он пригнал?

— Я не смотрел. Три или пять или что-то вроде того.

— Пять? — Милкот чуть не подскочил. — Обычно двадцать, бывало тридцать. Если он приезжает, только проверка занимает сутки. Весь двор заставлен, все солдаты считают, сколько и чего привезли.