"Фантастика 2025-187". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Чернышова Алиса - Страница 718

Экипаж трогается, и я задёргиваю шторы. Поглазеть на город я успею позднее, а сейчас я не увижу ничего интересного, лишь похожие друг на друга особняки аристократов.

Я верчу в руках согревшееся яйцо. Оператор посоветовал напитать его магией… Вот как я должна это сделать?!На Земле магия упоминается в сказках и в эзотерических учениях. Эзотерикой я никогда особо не интересовалась, но самые поверхностные представления о ней у меня есть. Может быть, попробовать медитацию? Знать бы, что это такое… Для начала я закрываю глаза. Чтобы почувствовать магию надо сосредоточиться на ощущениях? Оператор упомянул, что магия разлита в окружающей среде. Получается, её можно сравнить с водой или воздухом? А как её втягивать? Вдыхать? Вряд ли нос поможет…

Мне доводилось слышать разное, в том числе и то, что медитация — это состояние полной отрешённости. Не думать у меня не получится. Зато сосредоточиться — вполне. И я концентрируюсь на прикосновениях ткани к коже, на мягкость спинки сидения, на удобстве подлокотников, на тяжести рубинового ожерелья. Магия… Я представляю лёгкое показывание на коже. Может быть, магия входит через поры? Я стараюсь представить ощущение ярко, живо, и какой-то момент оно начинает казаться реальным. Я мысленно притягиваю к себе эти крошечные молнии, вызывающие забавную щекотку. Они проникают в тело, наполняют свежестью, бодрят и сходятся к солнечному сплетению. Странно, это уже не моя фантазия, я хотела направить молнии сразу в руки, но получилось иначе. Их всё больше, и появляется первый дискомфорт, будто меня распирает изнутри. Набранная сила давит.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Усилием воли я всё-таки заставляю энергию хлынуть в руки, а из рук — в яйцо. Сразу становится легче. Я обессиленно откидываю голову назад и открываю глаза. У меня получилось? Чтобы убедиться, наверное, стоит повторить несколько раз.

Пару минут я отдыхаю, а затем повторяю. Вторая попытка удачнее, я, уже зная, чего ожидать, не допускаю переполнения и отправляю собранную энергию в яйцо. Ещё через пару минут я повторяю упражнение в третий раз.

Хм, пожалуй пока хватит. Я устала сильнее, чем ожидала. Как будто, как при переезде, короба таскала.

Яйцо ещё больше потеплело, а розовый цвет стал на тон ярче.

Я вызываю ноутбук, включаю, и на экран моментально выскакивает уведомление:

«Душа, поздравляем! Вы пополнили счёт на четыре карата».

Вау, я справилась!

Полюбовавшись результатом, я отпускаю ноутбук, потому что пришло время глазеть в окно. Экипаж наверняка уже покинул район аристократии. Разве мы не должны уже приближаться ко дворцу? Отодвинув штору, я стараюсь не слишком высовываться. Почему-то экипаж едет по проспекту. Мелькают вывески ювелирных салонов, магазинов тканей, магазина заморских диковинок.

Экипаж поворачивает на боковую улицу, затем заезжает в тупик и останавливается.

Меня прошибает холодный пот. Рома тоже заманил меня в тупик. Разве я не иду в ловушку снова? Но у кронпринца нет причин мне вредит, ему нужны мои знания, мой ноут, которым он без меня воспользоваться не сможет. И кронпринц дважды уже оставался со мной наедине в личных покоях, он не притронулся ко мне. Я выдыхаю, стараясь вместе с воздухом выдохнуть весь свой страх. Риман не Макс, его не надо бояться.

Кучер открывает дверцу, ставит для меня приставную ступеньку.

— Леди, мы прибыли.

— Куда?

— В «Розы Инака», леди.

— Это…?

— Бордель, леди.

Я чувствую, как у меня округляются глаза. Ох, мне стоит поработать над сдержанностью, нельзя позволять окружающим так ясно видеть, о чём я думаю. Да и волноваться особо не о чем, моя репутация давно погублена, и держится исключительно на авторитете кронпринца.

Открывается дверь, из здания выходит уже знакомый мне адъютант его высочества:

— Доброго дня, леди. Пожалуйста, следуйте за мной.

— Доброго дня.

Адъютант разворачивается на каблуках, первым проходит в здание. Дверь для меня придерживает кучер, и я благодарю его улыбкой.

Вслед за адъютантом я поднимаюсь на второй этаж, прохожу по коридору. Бордель встречает меня неожиданной тишиной. Я никогда не бывала в подобных местах в прошлой жизни, однако я читала, видела фильмы и ожидала, что из-за дверей будут доноситься сладострастные стоны.

Адъютант скрывается за одной из дверей, и я слышу его чёткий голос:

— Ваше высочество, по вашему пркиазу леди Шеллара Тинс доставлена.

Шеллара Тинс, говорите? Как хорошо, что парень представил меня полным именем, а то было затруднительно не знать собственную фамилию.

Так, опекун Зеер, это явно не имя, а я Тинс. Пока не очень понятно, но звучит обнадёживаюше.

— Леди, прошу.

Я с улыбкой вхожу:

— Ваше высочество, — и приседаю в реверансе.

— Шелли, здесь нет необходимости соблюдать формальности. Проходите.

Медленно выпрямившись, я оглядываюсь. Это точно бордель? Центр помещения занимает не гигантская кровать, как можно было предположить, а широкий письменный стол. На столешнице идеальный порядок. Я чуть завистливо вздыхаю. Я всегда жила даже не в творческом беспорядке, а в творческом хаосе.

Хах, кронпринц, известный как завсегдатай борделей, приходит сюда работать.

Взгляд цепляется за стеклянный шар на серебряной подставки. Внутри шара запаян пропитанный лиоруанским соком браслет-косичка.

Глава 11

— Оставьте нас, — коротко приказывает его высочество.

Адъютант и второй помощник кронпринца, одетый в штатское, незамедлительно выходят Дверь за ними плотно закрывается.

Я продолжаю стоять перед столом. Взгляд то и дело соскальзывает с лица кронпринца на стеклянный шар. Заметив, куда я смотрю, Риман небрежно взмахивает рукой:

— Яд невозможно вывести полностью. Располагайтесь, Шелли.

Меня до костей пробирает его сверлящий взгляд.

Я остаюсь стоять:

— Ваше высочество, сожалею, но мне не удалось получить текст того пророчества. Подозреваю, это связано с тем, что оно больше недействительно.

— Однако сведения, которые из него можно почерпнуть, будут несомненно полезны, Шелли.

— Пророчество рассказывало о судьбе принцессы Оливии, о ей прибытии в Лавис, вашем холодном к ней отношении на балу.

— Холодном? — неожиданно перебивает Риман.

Он же не хочет сказать, что принял Оливию тепло?

— Ваше высочество…

Кронпринц поднимается из-за стола, жестом указывает мне на стоящий в стороне стул. Я не чувствую я за собой права сесть. Хотя нет моей вины в том, что «Сбежать от чудовища» превратилась в монолит нечитаемых символов, я, по факту, не выполнила пожелание кронпринца. Что хуже, он рассчитывает извлечь пользу из моего рассказа, в то время как мне нечего ему рассказать. Однако отказаться почти невозможно, ведь мне пришлось бы открыто возразить.

И я сажусь.

Кронпринц берёт второй стул, легко переставляет спинкой ко мне и устраивается верхом.

— Вы считаете, что я её обидел, Шелли?

— Девушка в чужой стране совершенно одна, не считая слуг и дипломатов, но слуги не смогут её защитить от аристократов, а дипломатов нельзя назвать близкими.

Риман усмехается:

— Шелли, вы совсем не принцесса.

— Да, разумеется.

Риман усмехается ещё шире:

— В прошлой жизни вы были далеки от политике. Шелли, вы оцениваете ситуацию, как… домашняя девочка. В вас очень причудливо сочетаются наивность и проницательность. Я объясню. Оливия принцесса. Она представляет свою страну. Через отношение к ней я показал своей отношение к Карансу. Король идёт путём союзничества, я же вижу в Карансе кровного врага, который должен быть уничтожен.

А книжке про войну не было…

— Ваше высочество, я не понимаю, почему вы тратите своё время на политические уроки.

— Шелли, взмахом руки вы спасли меня от безумия и краха. Я уверен, что вы станете моей счастливой звездой. Я готов очень многое сделать для тех, кто меня поддерживает. Стоит ли считать незначительные разъяснения чем-то важным?