"Фантастика 2025-187". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Чернышова Алиса - Страница 719

Значит, я должна оправдать доверие и придумать, как использовать ноут на благо кронпринцу. Собственно, ответ очевиден. Мой ноут — это доступ к уникальной информации. Проблема в том, что большая часть информации просто бесполезна. Зачем его высочеству история Древнего Египта или таблица соответствий российских и европейских размеров одежды?

— В пророчестве говорилось, что вы устраивали дебоши, с каждым разом совершали всё более и более безумные действия, всячески досаждали принцессе. И в финале вы перед свидетелями ранили посла Каранса.

— Суд, лишение титула…

— И пожизненное тюремное заключение, — заканчиваю я за кронпринца.

— Хм…

В его взгляде вспыхивает ярость, смешанная с лютой ненавистью. Игривый котик в мгновение ока превращается в напряжённого, готового к прыжку тигра. Хотя Риман продолжает смотреть на меня, я знаю, что его ярость направлена на принца Дорана и на тех, кто его поддерживает.

— Что ещё вы помните из пророчества, Шелли?

— Что вы предположительно выбросили меня из окна, — с милой улыбкой говорю я чистую правду.

— Вот как?

Я пожимаю плечами.

— Ваше высочество, я действительно не очень хорошо помню детали, я читала пророчество как развлекательную сказку. Возможно, вы могли бы помочь наводящими вопросами? О, вспомнила! Королева попросит принцессу Оливию передать через Каранское посольство некое письмо. Принцесса согласится и примет конверт. Я не знаю, что внутри, принцесса не станет его вскрывать.

— Вот видите, Шелли, вы не перестаёте меня радовать. Я с удовольствием прочитаю, что мне пишет её величество, — и снова эта обворожительная улыбка и довольный прищур, как у кота, получившего банку сливок.

— Вам? — хмыкаю я.

— Конечно, мне. Ведь письмо заберу я. Какая разница, кто указан получателем? Шелли, скажите, в пророчестве упоминалась королевская семья Дашаля?

— Дашаль? — переспрашиваю я, я запомнила далеко не все имена и названия. — Вроде бы нет, не помню такого. Но, ваше высочество, поскольку пророчество в основном рассказывало о романтических отношениях принцессы и принца Дорана, иные события могли просто не упоминаться.

Риман не выглядит огорчённым, жмурится и всё больше походит на большого кота, пригревшегося на стуле:

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Хорошо, что не упоминалось…

М? Разве он не хотел получить информацию? Или… Может быть, Дашаль союзник Римана в предстоящем столкновении с Карансом. Несмотря на жёсткость и, возможно, даже жестокость, Риман не выглядит кровожадным. Почему он стремится к войне?

— Шелли, вы сказали, романтические отношения? Как далеко они зашли?

— Они встречались наедине, но между ними не было ничего, кроме поцелуев и объятий.

— Моя невеста хранит мне верность. Какая жалость… Впрочем, иного я не ожидал. Шелли, попробуй вспомнить что-то ещё. Любые детали, самые незначительные.

Я киваю.

В обществе принца я стала чувствовать себя свободнее, я самовольно переставляю свой стул к его столу, беру лист бумаги, карандаш и устраиваюсь боком. Принц наблюдает, не сводя с меня взгляда. Я стараюсь игнорировать пристальное внимание. Хмыкнув, принц встаёт и возвращается к документам, с которыми работал до моего прихода. Как-то незаметно в кабинет возвращаются адъютант и помощник в штатском. Поскрипывает карандаш по бумаге.

Однажды Оливия заметит, что кронпринц ранен. Он, издевательски улыбаясь, расскажет, как подрался за благосклонность ночной бабочке в «Розах Инака». Но теперь я уверена, что это ложь. Покушение? Теперь бы вспомнить приблизительное время нападения на его высочество…

С мыслей меня сбивает удар двери об стену.

Порог перешагивает мужчина в военной форме:

— Ваше высочество, срочное донесение.

— Да.

Коротко поклонившись, мужчина стремительно пересекает кабинет и кладёт перед Риманом лист. Я не пытаюсь заглянуть в текст, меня это не касается.

Посол… Может, я вспомню что-то про посла? Оливия часто с ним пересекалась и во дворце, когда он приходил проведать её, и сама навещала его в резиденции.

Дочитав донесение, кронпринц комкает лист. В его глазах вновь вспыхивает злость. Не оглянувшись, он уходит в сопровождении обоих военных. Могло бы показаться, что Риман забыл обо мне или, что вернее, выбросил из головы, но нет. Риман отдаёт приказ:

— Ланс, позаботься о леди.

Дверь захлопывается.

Помощник в штатском склоняет голову и угодливо предлагает:

— Леди Тинс, чаю?

— Простите, как я могу к вам обращаться?

Мужчина ни на секунду не задумывается:

— Разрешите представиться, леди Тинс. Ланс Арай к вашим услугам.

— Приятно познакомиться, лорд Арай. Скажите, пожалуйста, мне следует дожидаться возвращения его высочества?

— Сомневаюсь, что его высочество вернётся в ближайшее время.

Я задумываюсь.

Я не знаю, насколько помощник осведомлён, а следовательно, я должна очень осторожно выбирать слова. Не зря же во время нашей беседы Риман отсылал и его, и адъютанта.

— Леди? Вы сомневаетесь, можете ли вы мне доверять? Вы можете.

Меня так легко прочитать? И почему Ланс так настаивает на доверии? Разве границы не должен устанавливать его высочество?

Что же, главное, правильно формулировать:

— Лорд Арай, вы ведь знаете, кем мне приходится лорд Зеер?

— Безусловно. Он приходится вам опекуном, леди.

— Признаться, мне очень не нравится моё зависимое положение. Благодаря защите его высочества я могу чувствовать себя свободнее, однако я не могу беспокоить его высочество каждый раз. Если вы мне подскажете как законным образом я могу избавиться от опеки, я буду вам бесконечно благодарна, лорд. Уверена, вы прекрасно разбираетесь в законодательстве. Не может быть, чтобы не было лазейки.

Выслушав меня, лорд Арай задумывается. Некоторое время он теребит подбородок, а затем отвечает:

— Леди, я должен ознакомиться с документами. Очень многое зависит от нюансов.

— Я буду ждать, лорд. Проводите меня до экипажа?

— Вы так быстро уходите?

— Раз его высочества нет, то мне пора.

Ланс не спорит, и мы вместе спускаемся на первый этаж, выходим на улицу. Экипаж ожидает меня вперед. Кучер был вынужден отогнать его, чтобы освободить проезд. Короткий разговор с Лансом произвёл на меня двойственное впечатление. В основном из-за упоминания доверия. Возможно, что Ланс меня проверял по приказу Римана, но нельзя исключать и иные варианты. Я оборачиваюсь и заступаю Лансу дорогу:

— Большое вам спасибо, лорд Арай.

Он что-то понимает, кивает:

— Всего доброго, леди, — он поворачивается и возвращается в здание борделя.

К экипажу я подхожу одна.

Кучер уже поставил приставную ступеньку, однако я не тороплюсь забираться в салон.

Улыбнувшись кучеру, я спрашиваю:

— Пожалуйста, мы могли бы по пути сделать остановку у надёжного ломбарда?

Глава 12

Кучер не отказал.

Не прошло и получаса, как экипаж остановился, кучер открыл дверцу и поставил для меня ступеньку.

Предусмотрительно оставив яйцо в экипаже, я с благодарной улыбкой спускаюсь на мостовую. Я не спешу сразу входить в ломбард, оглядываюсь. Улица выглядит вполне респектабельной, парфюмерный салон по соседству с ломбардом явно указывает, что прогуливаются по улице состоятельные люди, бедняки ароматов не покупают.

Дверь в ломбард приходится открыть самой, кучер остался у экипажа, а лакей посетителей не встречает. Колокольчик звякает, предупреждая о моём приходе. Из-за прилавка тотчас поднимается клерк:

— Добро пожаловать, госпожа. Чем могу быть полезен?

В моём представлении ломбарды не только принимают ценности, но и продают те, которые не выкупил владелец. В ломбарде, в который я пришла, витрины с изделиями нет.

Я перевожу взгляд на лопоухого клерка. Сущий простачок, если верить нарочито открытому взгляду. Почему-то мне сплошь талантливые лицедеи попадаться стали. Особенно у котика непревзойдённый артистический талан.