"Фантастика 2025-187". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Чернышова Алиса - Страница 945

Ориентироваться на себя, на свой аппетит?

Впору телепатию осваивать. Только Даниэль очухается раньше, чем я добьюсь хоть какого-то успеха. И вообще… Не о телепатии надо думать, а кипятить, кипятить и кипятить – зарабатывать караты Даниэлю на лекарство. Уж если в Системе было пюре лже-мандрагоры, то и противоядие точно найдётся.

Последнюю ложку чая Даниэль сглатывает бодрее, чем до этого пюре. Дело всё же в сытости, а не в усталости?

– Я сейчас вернусь, – обещаю я.

Пришло время обтирания. Знать бы ещё, как в процессе не залить диван…

Я даже догадываюсь, что клеёнка спасёт положение, но у меня нет клеёнки, и ничего похожего за утро мне не попалось. Буду обходиться простынками и надеяться, что насквозь их не промочим. Я приношу в холл стопку белья из кастелянской, два тазика, кувшин с водой и понимаю, что не хватает мыла.

– Вчера мы не умывались, сегодня не умывались. Пора исправляться, – я объясняю свои действия, но в то же время стараюсь не акцентировать внимание, что умыванием дело не ограничится.

Дыхание чуть меняется, становится чаще, прерывестей, как бывает у внезапно заволновавшегося человека. Это реакция на мои слова? Князь вопреки моим надеждам, всё прекрасно осознаёт?

И грядущая помывка его явно не радует… Князь думает не о чистоте, а об очередной порции унижения, которое придётся пережить?

Глава 11

Шея, спина, живот… Похоже, перед свадьбой князя искупали и не халтурили. Тело вполне чистое, так что можно именно обтереть влажными тряпками, а не превращать холл ещё и в баню. Голова у князя тоже чистая, волосы пушатся, приятно пропустить пряди между пальцами. Вот стопы, целый день превшие в сапогах… Ноги князя я просто спускаю на пол в тазик с подогретой мыльной водой.

Фуф.

Устала я его ворочать, плечи разнылись. Я сажусь на низкий пуфик, приваливаюсь к дивану и подогреваю воду в тазике – минутка передышки с пользой делу.

Я не тороплюсь поскорее закончить – меня что-то зацепило, что-то не так. А вот что? О неправильности я подумала, когда протирала мужу спину. Красивая спина, изящный изгиб позвоночника, справа и слева от копчика две аккуратные ямочки, которые при других обстоятельствах я бы с удовольствием обвела по контуру. Трудно представить, что это спина человека, который уже полгода неподвижно лежит. Точно! У лежачих больных образуются пролежни, и это очень и очень серьёзно. Если упустить – можно довести до беды. Но у князя ни намёка. О нём всё же заботились, переворачивали? Или от пролежней его защищает магия? Вероятно, всё же магия.

Хм, а лежачим больным массаж надо делать? Даниэлю, скорее всего, пойдёт на пользу.

Я достаю из тазика его левую ногу, вытираю и, решившись, начинаю разминать.

Его дыхание снова учащается.

Эм…

А я ведь забыла, что надо объяснять, что делаю. Надеюсь, Даниэль не подумал, что это прелюдия к акту продолжения рода, который мне так рекомендовал папаша Бьянки?

Закончив с левой стопой, я переключаюсь на правую. Даниэль сейчас не сидит а лежит, только ноги спущены.

– Сейчас я помогу сесть.

На полноценный массаж я не готова.

– Давай-ка ты повернёшься ко мне полубоком…, – всё, на что меня сейчас хватит, это размять ему шею и затылок, постараться улучшить кровообращение в голове. – Так лучше?

Какой смысл спрашивать? “Я надеюсь, что так лучше,” – вот как правильно.

Ладони соскальзывают по его спине.

– Что-то я подустала, – честно признаюсь я.

Я поворачиваю князя, чтобы он полностью, а не только одной стороной, опирался на спинку дивана, и остаюсь сидеть рядом, откидываю голову назад и случайно почти полностью повторяю его позу.

О чём он сейчас думает?

Я не знаю, сколько мы так сидим, но я в конце концов ловлю свою совесть за хвост и напоминаю себе, что быт по волшебству, увы, не устраивается. Но и на что-то существенное я пока морально не готова.

– Знаешь…, – начинаю я, но замолкаю на полуслове.

Мне показалось, или его взгляд дёрнулся? Князь ведь всегда смотрел только прямо перед собой.

– Даниэль? – позабыв обо всём, я сажусь ему на колени, уже потом соображаю, что именно сделала, а заодно мельком удивляюсь собственному проворству. Не важно.

Я беру его лицо в свои ладони, всматриваюсь в глаза. Мне всё же показалось? Взгляд опять устремлён прямо. Прямо на меня.

Я не хочу расстраивать Даниэля неудачей, но почему бы не попытаться? А вдруг?

Вдруг его сила начинает побеждать отраву?

– Даниэль ты можешь перевести взгляд влево?

Его зрачок резко расширяется, но взгляд Даниэль не уводит. Веки медленно опускаются. Даниэль моргает. Я дожидаюсь, когда он откроет глаза. На одной проверке я не сдамся.

– Моргать по своему желанию ты не можешь?

Конечно, нет.

Вопрос был пустой, но я не хотела упустить даже призрачный шанс.

Сейчас я повторила то, что в самом начале пробовали преданные князю люди.

– Даниэль, а посмотреть вверх ты можешь?

Ничего не происходит, сузившийся зрачок князя вновь расширяется. И вдруг Даниэль поднимает взгляд.

Это ведь не совпадение?!

– Можешь?! – переспрашиваю я с радостью и недоверием одновременно. – Опусти взгляд и подними ещё раз.

Даниэль подчиняется.

Значит, точно не совпадение.

Какое счастье – мы сможем хоть как-то общаться. И мне больше не придётся гадать, муж уже сыт или ещё голоден.

– А два раза подряд посмотреть наверх сможешь? Я не издеваюсь. Два раза наверх – “да”, два раза вниз – “нет”. Что скажешь?

Надеюсь, он не чувствует себя болонкой, которой командуют дать лапу? Надо было как-то мягче формулировать, вежливее, но про вежливость я вспоминаю только сейчас.

Князь начинает поднимать взгляд, но веки опускаются, он медленно моргает. Не важно, никакое моргание не помешает мне убедиться, что мы сможем общаться.

– Я так рада! – я всё ещё сижу верхом на его бёдрах и, поддавшись эмоциям, обнимаю Даниэля за шею и целую в щёку.

Он вроде бы не реагирует, лицо по-прежнему пустое, как у красивой куклы, но всё же реакция есть. И чисто мужская. Возможно, не от радости или от того, что я вдруг показалась ему симпатичной девушкой, а от того, что я ёрзаю у него на бёдрах, чистая физиология.

Неловко получилось.

Упс.

Я притворяюсь, что ничего не замечаю. Совсем ничего и никак, хотя у меня внутри тоже теплом отзывается, но нет, что бы я ни сделала, это будет слишком похоже на насилие.

– Глупо, но теперь, когда мы можем почти нормально поговорить, я не знаю, с чего начать, – признаюсь я.

Наверное, в глазах Даниэля я сейчас выгляжу полной дурой, но я действительно в ступоре. Может, я напрасно драматизирую, но хочется спросить что-то пафосное, что-то значимое, а не примитивно-бытовое. Начинать с того, хочет ли Даниэль ещё чаю или пюре, это всё равно что показать, что мне не интересна его личность? Или Даниэль не будет придавать значение первому вопросу, как придаю я?

А-а-а, я так хотела, чтобы мы могли общаться хоть как-то, а оказывается, что ещё пять минут назад всё было гораздо проще.

Даниэль смотрит на меня, и от его прямого почти немигающего взгляда мысли у меня окончательно запутываются. Я теряюсь в его глазах, и в голове становится звонко и пусто.

– Потерпишь мою глупость ещё немножко, Даниэль? – спрашиваю я. Ну что ещё спросить? А так от дурацкого вопроса губы сами собой разъезжаются в неуверенной улыбке.

Даниэль дважды поднимает взгляд, но смотрится это так, будто он закатывает глаза.

Правильно, у него выбора нет. Терпел и терпеть будет.

– Ещё чаю? – ляпаю я.

Даниэль опускает взгляд.

– Ты голоден?

Он начинает поднимать взгляд, но, передумав, резко опускает.

– Есть хочешь, но готов потерпеть? – уточняю я.

Даниэль с заминкой поднимает взгляд, подтверждая мою догадку.

Почему мне кажется, что он чувствует себя виноватым? В дороге это так не ощущалось, а сегодня я с самого утра, как проснулась, только вокруг мужа и прыгаю. Быт не налажен, а Даниэлю требуется уход, так что всё правильно, но для Даниэля, наверное, иначе?