"Фантастика 2025-187". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Чернышова Алиса - Страница 955

Книжный Даниэль подарил героини меховую шубу…

К чёрту шубу, у меня тут чай и перекус. Даниэлю нужно восстанавливаться, и я скармливаю ему три ложки пюре.

– Хочешь на улицу? – неожиданно для самой себя спрашиваю я.

Идея ещё толком не оформилась у меня в голове, но уже захватила. Я буквально загораюсь ею. Всё же просто! В фактах роману можно верить. В Каретном сарае, примыкающим к левому боковому крыльцу есть много полезного, в том числе и колëса, и оси. Молоток и гвозди я видела в подсобке.

Мне нужно насадить колесо на ось. Как закрепить – погуглю. Затем я прибью оси к креслу, и оно станет отдалëнно похоже на инвалидное.

Разве я не замечательно придумала?

Глава 23

О том, что мастерить тележки неженское дело, я не думаю. Кто сказал? В детстве я, помнится, собрала машинку из деталей конструктора, так что опыт у меня… определëнно есть. Сейчас те же детальки, только большие, ну так и я не маленькая.

Я настолько загораюсь идеей, что не успеваю придумать сто причин, почему нет. Я просто иду и делаю.

В сарай меня пропускает защита, не приходится возиться с замком.

Надо же, сарай не пустой. На самом видном месте экипаж с золотыми княжескими вензелями, а у стены самая обычная телега. В деревню за покупками ездить? Логично…

Хм, а что если я найду садовую тачку? Нет, с тачкой ерунда получится – как я на одном колесе кресло повезу? Я прохожу мимо кареты и поворачиваю в хозяйственный отсек. На глаза попадаются подковы. Разве их меняет не кузнец? Ладно, подковы мне точно не нужны, а вот инструменты пригодятся… Мысль, наконец, оформляется, и я всё же иду в соседний садовый сарай – колëса что у телеги, что кареты, слишком большие, одного колеса мало, поэтому я "разуваю" четыре тачки, благо их целый ряд вдоль стены.

Как прицепить оторванные колëса к оси, чтобы они вращались, но при этом надёжно держались? Я решаю не отрывать, а оставить фрагмент дна и спилить всё лишнее, благо тачки деревянные.

Уничтожив одну за другой, я получаю четыре колёса на креплении. В хозяйстве я нахожу доски, и остаëтся сбить квадратную рамку, а по еë углам приколотить собственно крепления с колёсами…

Я попадаю молотком по пальцу, криво-косо, но за полтора часа возни задумку воплощаю и получаю низкую платформу.

И она катается!

Я запрыгиваю на неё, отталкиваюсь ногой.

Мда, я сделала что-то вроде уродливого скейта-гиганта с дырой по центру.

Размер я подбирала под кресло, причём не мягкое из холла. Оно глубоко, удобное, но очень тяжёлое, и я его отвергла. Уж лучше ограбить библиотеку.

Я притаскиваю деревянное, обитое гобеленом, ставлю на платформу и… порчу, прибиваю гвоздями ножки. А вдруг опрокинется? Не позволю. Я ещё раз попадаю себе по пальцу, зато кресло держится!

Я угощаю его пинком – убедиться в надёжности.

– Даниэль, – зову я, – что я тебе покажу! Ты соскучился? Извини, что надолго пропала. Мне кажется, тебе понравится.

Видеть, что происходит за спиной, Даниэль не может. Я подкатываю кресло к дивану, застилаю.

Может, найдётся клеёнка? В этом мире я ничего подходящего ещё не встречала, а покупать в Системе…

Я боюсь, что из-за мелких покупок однажды мне может не хватить на что-то срочное и по-настоящему нужное, всё же Система – это такой волшебный сундучок, который не стоит опустошать бездумно.

– Давай-ка ты пересядешь? – предлагаю я.

Даниэль смотрит, но толком не может разглядеть, что я сделала.

Лишь бы кресло не поехало назад, когда я буду перетягивать мужа… Почему это звучит так похоже на перетягивание каната?

Тяжëлый момент во всех смыслах. Мне надо приподнять Даниэля и развернуть, чтобы он, когда я буду его опускать, попал на сиденье, а не мимо, и в процессе не уронить. Ничего, справлюсь. Я крепко обнимаю мужа за пояс, прижимаю к себе и одновременно выпрямляю колени, помня, что большой вес надо поднимать ногами.

Как и куда я буду девать Даниэля после прогулки, лучше не думать. Потом, всё потом.

Получилось!

Я усаживаю Даниэля ровнее, подкладываю подушки, и… обматываю простынкой, буквально привязывая корпус к спинке. А что делать? Кресло отличается от стула дугами широких подлокотников, само по себе тело не удержит. Я укрываю Даниэля пледом:

– Хватит дышать пылью. Пошли на свежий воздух? Тебя ждëт верхняя площадка крыльца, а я разомну ноги. Согласен? – с чем именно я не уточняю.

На задворках сознания свербит мысль, что мне надо было убраться, вымыть холл и избавиться от продолжающей смердеть слизи, сделать ужин, решить проблему с чисткой зубов, с отсутствием подгузника. Если каждый день убивать по дивану, мебель кончится раньше, чем Даниэль встанет на ноги. Но я отмахиваюсь от умной мысли, потому что кресло тоже важно, на ужин есть пюрешка, а уборка меня не вдохновляет.

Прежде, чем выходить, я выглядываю в окно. На улице тихо, конопатая физия по стеклу не расплющена. Я открываю дверь, выглядываю и вдыхаю полной грудью.

С минуту я просто стою, Даниэль ждёт.

– Тебе не будет холодно? – уточняю я.

Может, камзол накинуть?

Даниэль отказывается.

Он не реагирует на смену декораций мимикой, мышцы всё ещё не работают, но, судя по тому, как мечется его взгляд, с прогулкой я попала в точку. Как долго Даниэль смотрел в потолок? Даже когда нас везли сюда из столицы, его взгляд был неподвижен, вид из окна превращался в смазанную ленту. А теперь Даниэль может по-настоящему смотреть, видеть чёткую живую картину.

Я стою рядом, прикидываю, что время к вечеру, скоро начнёт темнеть, и машинально разминаю Даниэлю плечи, очень легко, не прикладывая усилий. Мои прикосновения больше похожи на поглаживания, чем на массаж, и вскоре я сдаюсь.

Пора признать очевидное – в одиночку с хозяйством я не справлюсь. Я упахалась за один день.

Вывод – завтра же нанимаю крестьянок, не одну, а двух.

– Я пройдусь, – предупреждаю я. Надо проветрить голову.

Я как будто отчитываюсь, но… Даниэлю действительно важно знать, что происходит.

Даже находясь рядом с ним, я не могу вообразить, насколько ужасно он себя чувствует – абсолютная беспомощность, абсолютная зависимость. Честно, на его месте я бы сошла с ума.

Я спускаюсь на подъездную дорогу и останавливаюсь. На душе смутное беспокойство. Прислушавшись к себе, я понимаю, что меня тревожит звук. Мне будто послышалось лошадиное ржание. У нас незваные гости?!

Чëрт, понесло меня на воздух! А что, вечно в доме сидеть, носа наружу не казать?!

– Не беги, всё равно не успеешь.

На террасу сбоку, ловко перемахнув через перила, запрыгивает парень и наводит в мою сторону короткий жезл с угрожающе искрящим навершием.

Я успею скрыться в доме. Или нет. Затащить Даниэля точно не успею.

Я замираю. Я была готова увидеть главную героиню, но не странного оборванца, который в романе не упоминался.

Тëмные простецкие штаны, рубаха с прорехой, рукава небрежно закатаны, а вот кожаные сапоги, торчащие из-под брючин, выглядят недешёвыми, как и боевой артефакт. А ещё у парня на поясе нож, закреплëн открыто.

– Выползли голубки. Ты заставила нас ждать, деточка, – раздаëтся новый голос, хриплый и пропитой.

Парень не делает попыток приблизиться и скалится, демонстрируя дыру на месте переднего зуба. Он похож на кота, растягивающего агонию попавшей в лапы мышки.

Я бросаю взгляд назад.

Фигуристая мадам обтянула себя платьем так, что видна каждая складочка поддавшегося возрасту тела. Мадам сверкает неуместно глубоким декольте и ртом, напомаженным ярким вульгарноым красным.

За спиной мадам жмëтся главная героиня.

Глава 24

Что происходит?

В романе героиня была одна. Она же сирота! И уж шлейф сомнительных знакомств за ней не тащился. Почему она в столь странной компании? И кто эти двое?

Как мне прорваться в дом?!

– Какая неожиданность, – произношу я, чтобы хоть что-то сказать дать Даниэлю услышать, что я в порядке, по крайней мере в эту секунду. Иллюзий, что мы с незваными визитëрами договоримся, я не питаю. Миром не разойтись.