Мистер Ноябрь (ЛП) - Гудин Николь С. - Страница 8

Калум с ходу пускается в рассказ о том, что случилось с ним сегодня на работе, и, сама не заметив как, я уже потягиваю бокал вина и действительно начинаю получать удовольствие.

Джинни хохочет, привалившись к плечу Калума, а он смотрит на неё с такой нежностью, что у меня щемит сердце.

Они встречаются взглядами, и между ними пробегает такая сладостная искра, что мне приходится отвести глаза.

Я не замечаю, как Ретт приближается ко мне, поэтому, когда он наклоняется и говорит мне на ухо, я вздрагиваю.

— Я очень рад, что ты здесь, — говорит он.

В животе у меня начинается сумасшедший вихрь из бабочек, когда я решаюсь встретиться взглядом с этими глубокими карими глазами.

— Мне весело, — тихо отвечаю я.

— Мне тоже.

Не знаю, почему он заставляет меня чувствовать себя такой нервной и ничего не контролирующей.

— Полагаю, свидание со мной оказалось не таким уж и плохим в итоге.

Мои глаза расширяются.

— С чего ты взял?..

Он добродушно ухмыляется.

— Я видел твоё лицо, когда ты поняла, что пришла на встречу со мной.

Я чувствую себя полной дурой.

— Ничего личного, я просто... была удивлена.

— Всё в порядке, Либ, я тоже тебя не ждал... но это было приятным сюрпризом.

Я медленно сглатываю. Чувствую, что сейчас произойдёт, ещё до того, как он скажет слова. Он собирается пригласить меня на свидание. Он смотрит на меня так, словно хочет узнать меня, настоящую... а это не входит в меню, когда речь идёт обо мне.

Я могу играть эту роль, когда мы просто разыгрываем Джинс и Кэла, но не в реальной жизни. Я не готова к чему-то настоящему.

Он открывает рот, и вот оно.

— Я как раз подумал... Может, мы с тобой могл...

— Мне нужно в туалет, — выпаливаю я, перебивая его.

— А... да? — он хмурится. — Прямо сейчас?

Я яростно киваю, сердце колотится.

— Прямо сейчас.

Он отодвигается, давая мне выйти, а я устремляюсь прочь так быстро, как только могу, выглядя, без сомнения, как полная психопатка, но что тут нового?

Бедный парень, наверное, сейчас сидит и гадает, где же он, чёрт возьми, ошибся, а я тут, выгляжу так, будто вот-вот наложу в штаны.

Вот так вечерок.

Глава 7

Ретт

— Она что, реально от тебя сбежала? — ошарашенно спрашивает Калум.

Я снова сажусь на место, совершенно сбитый с толку таким поворотом событий.

— Похоже на то.

— Чувак, какого чёрта? — возмущается он.

Я смотрю на него с разинутым ртом.

— Я ни при чём!

— Нет, ты ни при чём, — успокаивает меня Джинни. — Ты был сама любезность. Она просто немного... пугливая. Мне до сих пор не удалось вытянуть из неё ничего внятного.

Она хмурится, словно это её сильно огорчает.

Я провожу пальцами по волосам, хотя хочу броситься за ней.

Господи, если у Джинни нет ответов, то у меня и вовсе нет ни единого шанса. Эта девушка, должно быть, заперта плотнее, чем Форт-Нокс.

— Именно, — протягивает Калум. — Он с ней слишком мил. Разве ты не слышала поговорку «будь с ней строг — и будешь ей мил»?

— Ты — идиот, — закатывает глаза Джинни.

— Но тебя-то я заполучил, да? — ухмыляется он.

— Она действует мне на нервы, чувак, — я тяжело выдыхаю, снова проводя рукой по волосам.

— Значит, она тебе нравится? — мягко спрашивает Джинни.

Я встречаюсь с ней взглядом.

— Она не может нравиться мне больше, а я ей — меньше.

— Невезуха, Спасатель, — язвит Кэл.

Джинни бьёт его локтем в ребро.

— Можешь ты помолчать хоть пять секунд?

— Навряд ли, — пожимает он плечами с ухмылкой.

Она игнорирует его, возвращая внимание ко мне.

— Не сдавайся слишком легко. Ты же хороший парень, она сама это увидит, если позволит себе пробыть рядом с тобой подольше.

Не знаю, что в этой девушке, но я помешан на ней. Мысли о ней сводят меня с ума каждую минуту бодрствования. Вообще, это ложь; не только бодрствования, потому что каждую ночь, когда я засыпаю, она приходит ко мне в снах.

Я не знаю, что, чёрт возьми, мне с этим делать. Она даёт понять, что не хочет иметь со мной ничего общего, но я видел её, когда она не знала, что я смотрю. Видел, как она инстинктивно поворачивается ко мне, прежде чем ловит себя на этом и отстраняется. Я не пропускаю, как у неё перехватывает дыхание, когда произношу её имя, или как она краснеет, когда наши взгляды встречаются.

Думаю, она более заинтересована, чем показывает, но это не объясняет, почему она только что сбежала, словно от заразного.

Джинни толкает Калума, и тот пошатывается, поднимаясь с места.

— Пойду проверю, как она, — объявляет она.

Я швыряю в него смятой салфеткой, когда он снова садится, провожая взглядом уходящую Джинни.

— Ты — придурок, знаешь? Мог бы сказать, что сегодня я встречаюсь с Либби.

Он откидывается на спинку сиденья, раскинув руки.

— Сам не знал, клянусь Богом, Джинс — мастер.

— Чёртова Джинни, — ворчу я.

— А чего ты так завёлся на счёт этой девчонки? — вдруг проникается он интересом.

— Она мне нравится, но не знаю, чувак... она кажется такой уязвимой. Мне просто нужно знать, что с ней всё в порядке.

Он наклоняется вперёд, упираясь локтями в стол между нами.

— О чём я не знаю?

— Да ни о чём, — мотаю головой я.

Но теперь уже бесполезно; когда дело доходит до выуживания из меня информации, он не отстанет, как собака от кости.

Я провожу рукой по лицу.

— Если я тебе расскажу, ты обещаешь не говорить Джинс?

Он размышляет минуту.

— Я сделаю всё возможное, чувак, но у неё есть... методы вытягивания из меня информации, если ты понимаешь, о чём я?

— Ладно, забудь, — усмехаюсь я.

— Не-не-не, — быстро отвечает он, — я могу быть стойким. Я справлюсь. Моя девушка мной не командует.

Не знаю, для него или для меня эта ободряющая речь.

— Я серьёзно, Кэл, это останется между нами.

— Клянусь.

Я достоверно знаю, что он никогда не был бойскаутом, но сойдёт и так.

— На днях, когда я встретил её на пляже...

— Когда ты сыграл героя с пластырем? — вставляет он, забавляясь.

— Да... только всё было не совсем так.

— Тогда просвети, — подталкивает он.

— Она тонула... мне пришлось плыть и вытаскивать её из моря.

Самодовольная ухмылка сползает с его лица.

— Твою же мать.

Я киваю, и дрожь пробегает по моей коже.

— Она не дышала, когда мы вытащили её на берег, она наглоталась воды, вероятно, получила ушиб рёбер, но ей повезло, чувак, реально повезло.

— Повезло, что ты был там, — выдыхает он.

Все его подколки про «Спасателей Малибу» и плавки — просто добрые шутки, и хотя они сводят меня с ума, я почти предпочитаю их тому взгляду, которым он смотрит на меня сейчас. Это взгляд героя.

— Это была командная работа, — бормочу я.

— Ты спас ей жизнь.

— Неважно, чувак, не в этом суть. Я просто не могу забыть её — не могу выбросить её из головы. Я всё вижу эти золотистые глаза и её милую улыбку.

Он откидывается на спинку сиденья.

— Ты влип.

— Знаю, что влип, придурок, я об этом и толкую. Хочу узнать о ней больше, но она всё время убегает.

— И что ты собираешься делать?

— Ну, я собирался спросить совета у своего лучшего друга, но, судя по всему, он годен только на то, чтобы констатировать очевидное.

Он ухмыляется.

— Не знаю, что тебе сказать, Джинни просто растаяла у моих ног — я не приспособлен иметь дело с женщинами, которые не заинтересованы.

— Не гони.

Он усмехается.

— Серьёзно, может, тебе просто нужно набраться терпения... продолжать пытаться с ней говорить?

Я тяжело выдыхаю. Начинает казаться, что это мой единственный вариант.

***

Пляж сегодня пустынен, что очень странно для субботы, и мне это не нравится — чувствуется какая-то неправильность, а когда чувствуется неправильность, обычно начинается какая-нибудь хрень.