Зодчий. Книга IV (СИ) - Погуляй Юрий Александрович - Страница 22

— К сожалению, у меня нет на это ответа. Но возможно здесь таится подсказка, — я не забыл, что при нашей встрече Люций перебрал несколько имён. В голове бывшего пленника, несомненно, бурлила знатная каша, но состав у неё всё-таки можно определить. Пусть и со временем.

— Думаю, Миша, я теперь буду чаще здесь бывать, — графиня повернулась ко мне. — И это хорошо. Ведь мы будем чаще видеться.

На моих губах появилась улыбка:

— Это наполняет меня радостью, Света. Счастлив вам в любое время дня и ночи. Хотите, оформлю вам временное жильё, чтобы не ездить туда-сюда?

— Будет лишним, Миша. Боюсь, папенька, несмотря на всю любовь к вам, этого не поймёт. Пойдут слухи, а нам ведь они не нужны, правда? — хитро прищурилась Светлана.

— Любой, кто захочет усомниться в вашей чести — будет иметь дело со мной, — спокойно сказал я. — А теперь вынужден откланяться. Чувствуйте себя на моих землях как дома. До свидания.

— До свидания, Миша, — немного растерянно сказала она мне вослед.

До обеда, и пару часов после, я провозился с Конструктом, вычищая участок, прежде принадлежавший военным. Некоторое время просидел в медитации, размышляя о порядке строительства. С уникальными зданиями сейчас лучше не спешить, слишком много внимания уже. Потихоньку-полегоньку. Есть несколько схем для культуры, которые я собирался возводить на месте казарм. Но прежде я всё-таки поставил ещё один амбар. Более функциональный, чем текущий, с небольшим усилением переработки полезной материи, но с виду кажущимся совершенно типовым строением нулевого ранга. Мне сейчас надо наращивать мощность переработки ресурсов в реаген, с учётом поддержки, как Тринадцатого Отдела, так и Императора.

Однако, как оно и бывает, возня у Конструктора затянула меня до вечера. Немного там, немного здесь. Небольшое исследование и попытка анализа вертолётной обшивки, экранирующей Конструкт. Надо, кстати, сходить к лаборатории и совершить акт вандализма. Отколоть кусок стены себе для анализа. Нечто общее в этих технологиях было. Правда, службу безопасности Тринадцатого Отдела это, конечно, встревожит. Поэтому откалывать надо с умом и через несчастный случай. Ну и кое-что мне удалось распознать в вертолёте. Правда, помогло не очень.

Когда живот стал настойчиво напоминать о необходимости его набить, я вышел в сумерки и блаженно улыбнулся. Меня никто не трогал целый день, позволив заниматься тем, чем нужно. Какая удача, честное слово.

Слева и справа вытянулись по струнке гвардейцы. Теперь это была Нюра и… Снегов.

— Неожиданная встреча, — признался я. — Чёрное вам к лицу, ваша доблесть.

— Спасибо, ваше благородие, — отчитался витязь, глядя прямо перед собой. Он стоял серьёзный-пресерьезный. Я удержался от дальнейших шуток и, кивнув на прощание, двинулся в сторону трактира ужинать. Ну и пообщаться с Паулиной насчёт кандидатов.

По дороге вызвал Черномора. Бирюзовый аватар появился через миг и медленно поплыл рядом со мной, безмолвно ожидая команды.

— Поищи в сети всё о пророчестве про чужака с четырьмя стихиями и ребёнка, чьё рождение изгонит Скверну, — попросил я его. — Мне интересно, когда оно появилось, кто создатель, и насколько оно вообще распространено.

Когда я подходил к трактиру, то уже знал всё, что успел накопать Черномор. Первые упоминания пророчества появились почти сто лет назад, когда люди научились прорывать пространство со Скверной, используя могущество призывов. В малых дозах она действительно способна усилить дар, но кто останавливается на малом, верно? Чем больше тянули её, тем больше открывали путь для Скверны. Пока не открыли основательно, в одном великом ритуале, планируя сокрушить русского медведя. Получилось не очень.

Хотя, чего кривить душой: проблем у Российской Империи после того ритуала стало больше. Правда есть сомнения, что сама Европа довольна таким результатом.

Так, значит, история древняя. Какой-то святой старец с горы Афон предупреждал о таком исходе. Насколько я понимаю, там вообще так заведено — регулярно выдавать пророчества на разные темы. В целом, всё довольно расплывчато, как и следует подобным высказываниям. Будет зло, будет бой, будет герой, а дальше каждый понимает так, как ему удобно.

Я рылся в информации весь ужин, даже не запомнив вкуса пищи. После чего копался в данных, одновременно слушая рассказ Паулины о кандидатах. Пришлось проявить силу воли и отложить изучение этого пророчества на потом. Вместе с Князевой мы разобрали подготовленные ей файлы, убедившись, что укомплектовали необходимый штат как поликлиники, так и школы с детским садом. Получалась внушительная сумма на зарплаты, конечно, да и первыми обитателями благоустроенных многоэтажек должны были стать именно они. Сначала будет сложно, но чем дальше, тем проще. Социалка это инвестиция в будущее.

— Ты вообще здесь, Мишенька? — одёрнула меня Паулина во время обсуждения. — Тебя будто бы что-то беспокоит. Если бы мы не эта ночь, я подумала бы, что тебя надо расслабить. Однако ты должен быть уже в тонусе, разве нет? Или я так плоха⁈

— Ты лучше всех, — улыбнулся я хозяйке трактира, после чего встал из-за стола и попрощался.

Шепчущий мог почерпнуть это пророчество от кого-то из своих. Он мог вложить его в голову монахини. Мог указать на меня, как на чужака, потому что Скверна только обретает общее сознание здесь. Её отвратительная грибница лишь набирает силу, объединяя в себе всё новых тварей и собирая в один разум, но уже способна мыслить.

Скверна ведь узнала меня. Может быть, Ирина должна была стать моим ликвидатором. Если бы я поддался на соблазн, то Шепчущий обратил бы монахиню в момент соития, сломив обманкой внутренние законы биомантки, и на этом история Михаила Баженова подошла бы к концу. Хитрый план мёртвого колдуна.

Я вдруг понял, что, как и Светлана в катакомбах Аль Абаса, в глубине души ждал какого-то чуда, однако рациональные выводы растоптали ожидание в пыль. Хорошо это или плохо — рассудит время.

Перед тем как отправиться домой, я связался с Вепрем и поговорил с ним о делах на новых землях. Судя по добродушному отчёту: ситуация там спокойная и монстры никуда не лезут. После атаки с пятиранговым латником всё заметно утихло. Либо мы выбили силы осознанной Скверны, либо та затаилась. Также лидер Охотников поведал о том, что группа Глебова ушла в сторону Окуники, в поисках соседнего Колодца. Хорошо, значит, ничего не останавливается и жизнь на фронтире идёт по плану.

Завтра сам гляну, что происходит на моих новых землях. У меня же теперь и бумажка есть. С этими мыслями я собирался было лечь в кровать, как зазвонил телефон. Застыв в одних трусах в шаге от заветной цели, я усилием мысли ответил на вызов.

— Михаил Иванович? Это Леонид Михайлович Орлов, — послышался в трубе голос графа, курирующего экспедицию Тринадцатого Отдела. — У нас тут появилась некоторая трудность…

Мобильный запиликал ещё одним звонком. Вепрь! Только что ведь разговаривали!

— Секунду, Леонид Михайлович, — попросил я и переключился на охотника.

— Ваше благородие, — выпалил тот. — Простите, вроде бы и созванивались только что, и всё хорошо было. Ан нет. Инцидент у нас, ваше благородие!

— Говори.

— Мои ребята во время патруля наткнулись на нечто странное. Вам бы посмотреть на это, конечно, но загвоздка не в этом. Там сейчас Тринадцатый Отдел нарисовался и опасаюсь, что у нас с ними некоторый конфликт получается. Они сходу парней моих попробовали оттеснить, а там же Сухой был с Лисом. Они и не сдержались.

— Короче, Вепрь. Трупы есть?

— Пока нет, ваше благородие. Я выдвигаю туда парней. Хотел предупредить вас об этом.

— Мне кровь не нужна, Вепрь. Понимаешь?

— Мы постараемся, ваше благородие. Вам бы приехать, по хорошему.

— Скоро буду.

Я переключился на Орлова.

— Простите, ваше сиятельство, что у вас случилось?

— Моя исследовательская группа столкнулась с агрессивным поведением ваших людей, Михаил Иванович, — тихо проговорил граф. — Нам бы как-нибудь с этим разобраться, пока не пролилась кровь.