Зодчий. Книга IV (СИ) - Погуляй Юрий Александрович - Страница 23

— Я выезжаю, Леонид Михайлович.

— Встретимся там.

Глава 13

Знакомое свечение я заприметил сразу, как только приблизился к указанному Вепрем месту. Старый фермерский дом посреди мёртвого поля. В трёх сотнях метрах от него к северу начинался изуродованный Скверной лес. Почти окраина земель. Из прорех здания струился розовый свет, заливая округу мистическим сиянием. На фоне огня виднелись рассредоточенные фигуры охотников Вепря. Сам лысый бородач уже был здесь и занимал место во главе отряда.

Тринадцатый Отдел расположился чуть поодаль, и когда мой квадроцикл свернул на остатки старой дорожки, то на восточной окраине поля появилось два вездехода. У меня такой техники нет, а значит, приближалась кавалерия Орлова.

Ничего, я тоже пришёл не с пустыми руками. На дорожку за мной выехал красный пикап, в кузове которого сидело несколько гвардейцев, а со второго квадроцикла на землю ловко спрыгнул Снегов.

— Простите, ваше благородие, — сказал Вепрь, когда я приблизился к лидеру Охотников. — Парни ваш приказ помнят, и эта штука в доме очень похожа на то, о чём вы говорили. Но ведь и это Тринадцатый Отдел. К ним на хромой кобыле не подъедешь, сами видите.

Вижу. Я огляделся. Здесь была вся боевая часть вольных. В форте, получается, остались только женщины и дети? Ох, как закручивается обстановка. И не играет мне на руку, совсем не играет. Тринадцатый Отдел лучше иметь в союзниках. Вот только то, что скрывалось в доме — мне жизненно необходимо, да и в руки людей Орлова попасть не должно. Во-первых, потому что они хоть и умные да умелые, но как обращаться с концентратом аспекта точно не знают. Во-вторых — достаточно «во-первых». Находка охотников нужна мне и точка.

— Какие потери?

— Ссадины-царапины. Может, ледяной ожог у одного из тринадцатых. Ничего серьёзного.

Ну, слава богу. Будет проще выйти из этой истории без проблем и потерь.

— Ваши парни всё правильно сделали, — произнёс я, после паузы и обратился к Турову. — Игнат, держитесь у машины, не надо здесь строиться. Без команды никуда не лезть. Тебя это особо касается, Волгин.

Гвардеец, в своё время положивший троих бандитов в Орхово, торопливо кивнул и принял виноватый вид.

Предводитель моей гвардии усмехнулся, а затем бросил пару коротких команд, махнул себе за спину, указывая направления. Свет фар от красного пикапа и квадроциклов лизали иссохшую полосу земли, рассекая охотников и Тринадцатый Отдел.

— Снегов, вы с Михаилом Ивановичем, — напоследок приказал Туров. Я двинулся к людям Орлова, и рядом со мной тут же оказался Снегов.

— Как вам новая роль, ваша доблесть? — спросил я.

— Идеально. Голова не болит, — немедленно отреагировал витязь. — Да и должен же я понять, почему Турбин и Капелюш поседели, сопровождая вас.

— Постараюсь помочь вам в этом, — хмыкнул я вполголоса.

— Прошу не слишком усердствовать, ваше благородие, — с полуулыбкой попросил Снегов.

— От меня это не зависит. Однако ваша доблесть, как заскучаете по управлению, дайте знать. Кадры решают всё, и толковых командиров не так много, как хотелось бы. А держать умельцев вашего ранга в дозорах попросту грешно.

Он не отреагировал.

Тринадцатый Отдел разбился на десять троек, стоящих друг от друга на небольшом расстоянии. Одна группа покрупнее была чуть позади, и пока мы с витязем шли к молчаливым исследователям Скверны — к ней как раз подъехали вездеходы, забитые бойцами. Ещё человек двадцать минимум.

— Пошли-пошли-пошли! — заорал кто-то. — Федотов, левая сторона.

— Что здесь происходит? — повысил голос я. — Меня зовут Михаил Иванович Баженов и это мои земли. Потрудитесь объясниться!

— Ваше благородие! — раздался знакомый голос. — Очень рад, что вы успели.

От одной из троек отделился Олег Кадывкин, в боевом облачении. Он жестом отмахнулся от сопровождения, а затем обернулся на вновь прибывшие машины Отдела.

— Что вы здесь устроили, Олег Степанович? — уставился я на командира силовиков. — Тринадцатому Отделу Скверны мало?

Он снял шлем, внимательно глядя мне в глаза. На высоком лбу проступили глубокие горизонтальные морщины.

— Мы делаем свою работу, Михаил Иванович, — тихо произнёс он. — Наши датчики засекли энергетическую аномалию. Группа исследователей выехала на осмотр, где столкнулась с патрулём охотников. Доступ к объекту нам запретили, что является грубейшим нарушением инструкций Отдела. Случилась небольшая склока. У нас один легкораненый боец и это может оказаться проблемой.

— Отведите людей, — сказал я. — Мне не нужна кровавая бойня.

— Со всем уважением, не могу, — тяжело вздохнул Кадывкин. — У меня приказ.

Я кивнул, стиснув челюсти:

— Хорошо. Леонид Михайлович уже здесь?

— Полагаю, что да.

Силуэт графа был чётко виден на фоне бьющих в лицо фар вездехода. Двигался Орлов без лишней медлительности, но и без спешки, помогая себе тростью.

— Какая изумительная у нас выходит ситуация, Михаил Иванович, — произнёс он, когда приблизился. Сделал знак, и Кадывкин тут же отошёл. Я покосился на Снегова, и витязь тоже подчинился. Мы с графом остались одни, между двумя готовыми к бою группами одарённых, часть из которых была вооружена огнестрельным оружием.

— К сожалению, никакого удовольствия от неё я не получаю, — посетовал я.

— Сейчас у кого-то из молодых должны сдать нервы, и наша встреча превратится в мясорубку, да?

Он не улыбался.

— Думаю, это невозможно. Ваши люди считаются элитой, да и в своих бойцах я уверен, — мне даже кривить душой почти не пришлось. Раз здесь Вепрь — охотники ничего нервного не сделают. Своего лидера они уважают. Слабое звено, как не жаль, мои гвардейцы. Не было у нас столько времени, которое было у Вольных. Так что притираемся на лету.

— Как же так скверно получилось, Михаил Иванович? Мне казалось, мы на одной стороне и не станем мешать друг другу. А сейчас действия ваших людей могут повлечь большие последствия для вас лично, — граф говорил тихим, почти мурлыкающим голосом, но ввести в заблуждение такая вкрадчивость могла только совершенно не сведущего в людях человека. Орлов был опасен и настроен крайне серьёзно. Словно в подтверждении моих мыслей он произнёс:

— Я могу стереть это удивительное сопротивление одним жестом, но мне хотелось бы понять, чем оно вообще вызвано. Пойти против Тринадцатого Отдела — это большая наглость, и оставить такой шаг без внимания опасно для нашей репутации. Михаил Иванович, давайте все вместе выдохнем, вы предоставите мне людей, которые препятствовали исследованиям, и забудем конфликт как страшный сон. Клянусь, если бы не моё к вам личное уважение, и не ваша поддержка Тринадцатого Отдела прежде, то я бы даже не стал тратить своё время на этот визит. Надеюсь, вы не посчитаете мою лояльность за слабость?

— Мои люди выполняли мой приказ, — сказал я.

— Вот как? — удивился Орлов. — Михаил Иванович, мне казалось, у нас договорённость. Вы проявили себя как противник Скверны, с чего же такие перемены сейчас?

— Здесь очень опасно, ваше сиятельство. Мой приказ ограничить доступ к объекту касался всех, в независимости от принадлежности к каким-либо службам.

Граф посмотрел в сторону дома.

— Я обязан следить за безопасностью на своих землях, — добавил я.

— Михаил Иванович, но это же не ваша земля, — улыбнулся Орлов, опёрся на трость. — Вы временный поверенный. Поэтому Тринадцатый Отдел вправе использовать все доступные средства. Согласно закону. Понимаю, все процедуры вам неизвестны. Очень хорошо, что это всё оказалось недоразумением из-за неопытности. Мне стало легче. Тогда дайте вашим людям приказ покинуть территорию, и Тринадцатый Отдел приступит к работе.

Я медленно вытащил из внутреннего кармана документ, подписанный Императором. Протянул его графу. Тот принял бумагу молча, развернул. Рядом с лицом Орлова появился холодный призрачный огонёк, дающий свет, и Леонид Михайлович прищурился, читая. Потом поднял на меня удивлённый взгляд: