Ненормальный практик 7 (СИ) - "Извращённый отшельник" - Страница 26

И северяне замерли. Ещё бы. Прогремевший голосище они могли узнать из тысячи, хоть в пургу, хоть в метель.

И тут показались два человека, с активированными мощными аурами.

Полковник Пётр Суворин, командующий правым флангом. Он шёл в длинном зимнем плаще белого цвета с меховым капюшоном. Руки в карманах. Короткая бородка слегка трепетала на ветру.

А рядом с ним…

Человек, которого Ингрид узнала мгновенно.

— Папа…

Да, это был Хальвдан, вождь племени Белого Клыка. Её отец. В белой шкуре, с распущенными белыми волосами. Урожденный варвар. В крепких руках два внушительных топора. Он бросил на Ингрид тяжёлый, волчий взгляд, но, как ни странно, полный одобрения:

— Какая смелая дочурка у меня, да, Пётр Иваныч?

— Не то слово, вождь, — улыбнулся полковник Суворин. — Племя в надёжных руках.

Хальвдан громко засмеялся.

Северяне тут же воскликнули:

— Железный взор здесь!!!

— Да здравствует вождь!

— Великий Хальвдан! Великий Хальвдан!

Суворин и Хальвдан прошли мимо рядов имперцев и северян. И остановились метрах в ста пятидесяти от британцев. Полковник произнёс провокационно:

— Аннабель бросила троих против моего правого фланга? Неужто испугалась, что я выстою, раз пригнала такую толпу?

Длинноволосый ухмыльнулся:

— Довольно бахвальства, имперец, мнишь себя великим стратегом, но до тебя так и не дошло, что мы сильнее и лишь предпочли покончить с вами в удобное для нас время.

— Своими выходками ты стал мишенью. — поправил очки остроносый. — Растопчем твой фланг, и ляжет вся ваша оборона. Логично, не находишь?

— Вот как. Тогда позвольте спросить, кто из вас троих готов к дуэли? Очевидно нас двое против вас троих, а потому — попрошу одного дождаться своей очереди.

Рональд захохотал. Надменно, вызывающе:

— Какой дерзкий, империшка! С чего ты решил, что третий будет стоять⁈ Я заставлю вашего командующего появиться! И лучше ему подорвать свой зад и поторопиться!

Хальвдан тихо сказал Суворину:

— Беру того, с медведем. Очкастый с той ещё хитрой рожей, это по твоей части, Пётр Иваныч.

Полковник кивнул. Являясь по характеру мозговым штурмовиком, нежели берсерком, ему куда более подходят каверзные противники:

— Что будем делать с третьим? Он — второй ступени.

Хальвдан пожал широкими плечами:

— Что предлагаешь?

Суворин задумчиво промычал. Что они могут сделать в данной ситуации? Ничего. У них итак серьёзные противники, а тут ещё свободный архимагистр второй, мать его, ступени! Никакая тактика не поможет против превосходящей силы. Увы. Придётся игнорировать его.

— Для начала постараемся выжить в дуэлях, а после попробуем сдержать его, — произнес в итоге полковник.

— Если он не вмешается раньше, — хмыкнул Хальвдан, предполагая, что бой может быть просто три на два, безо всяких дуэлей. Понятно, что в таком случае англичанин получит клеймо бесчестия на всю оставшуюся жизнь, если вмешается в чужую дуэль, но такие случаи бывали, при чем множество раз на всех континентах.

Британцы переговорили, в итоге Рональд произнёс:

— Эй, вы двое! Вот ваши соперники! — и указал на напарников. — Что до меня — попробуете атаковать, и я вмешаюсь в ваши дуэли. А потому бейтесь в сторонке и знайте — каждую минуту я буду убивать сотню ваших, пока кто-то из вас не закончит собственный бой и не бросит мне вызов. Либо не объявится Разин.

Суворин тяжело вздохнул. Британец прямо сказал, что будет развлекаться, убивая низших практиков, пока ему не бросят вызов. И с этим ничего не поделать.

— Всем отрядам! Отступайте! Назад! Кто останется, умрёт! — это всё, что он мог сделать в данный момент для своих солдат.

Хальвдан крикнул северянам на их языке. Ингрид не расслышала слов сквозь завывающую пургу, но смысл был ясен — бежать. Убираться как можно дальше.

Рональд только улыбнулся. Это всё равно не поможет. Он повеселится вдоволь! И всё во славу Британии!

Тем временем, приказы разнеслись по всему флангу. Войска оттеснились.

И начались дуэли.

Старик Свартбьерн, сместившись после отступления, оказался рядом с троицей воительниц.

— Хватит прожигать взглядом горизонт, — проворчал он, взглянув на напряженную Ингрид, что пыталась рассмотреть среди вспышек впереди, как же там обстоят дела у отца.

— Он справится, я знаю, — ответила она сухо и взглянула на деда глазами, полными слез. — Так ведь? Справится⁈

— Я почём знаю? — хмыкнул дед. — У нас тут и своих забот хватает, — и указал тощим кривым пальцем вдаль.

Третий британский архимагистр уже шёл на их строй, как демонический посланец. Весь в зелёном эфирном огне. Божество во плоти. Ещё и с довольной лыбой. Его товарищи заняты дуэлями. Имперские архимагистры тоже. А он свободен. И теперь пред ним тысячи имперских солдат, беззащитных против его силы. Вот оно — всевластие. Право сильного. Никаких рамок и границ. Почему бы не поразвлечься? Сам же сказал, что каждую минуту будет убивать сотню. Так вот — прошло уже две.

Он вытянул обе раскрытые ладони и медленно приподнял их. Из огромной зелёной печати сформировался громадный паук.

— Пожри их. Я хочу насладиться воплем от души!

И паукообразное чудовище помчалось вперёд. Восемь массивных толстых лап застучали по снегу — ТУН-ТУН-ТУН! Множество глаз вспыхнули ядреным салатом.

— Берегись! — проорали в строю имперцев и северян.

— Госпожа!!!

— Осторожно!

— Оно уже здесь!

— Барьеры!

— Контуры-ы-ы!

И лишь старик Свартбьёрн понимал — всё это зря. Почему? Потому что эфирный зверь снесёт любой их контур. Всё бесполезно. Никакое построение не спасёт. Никакой манёвр. Это тот самый момент, когда все стратегии теряют смысл перед катаклизмом.

Сотни его соплеменников не успевали поставить защиту. Ещё десять секунд, и гигантский паук доберется, начнёт крушить, убивать всех подряд.

Дед здраво глянул на вещи. Архимагистры завязли в дуэлях, помочь не могут. Если отвлекутся, проиграют, и тогда уже трое британских монстра сломают фланг в считанные минуты. А значит — помощи ждать неоткуда.

Выходит, нужно задержать паука самому.

Свартбьёрн не искал смерти. Отнюдь. Он давно понял, что умирать ради смерти это глупость, пустая трата жизни. Но есть моменты, когда нужно встать перед угрозой, даже если это стоит тебе жизни. Не потому что хочешь умереть. А потому что это правильно. Потому что таков настоящий воин.

«Узрите же, предки, Свартбьёрн идёт отдавать голову ради будущего поколения. Да придёт весна в наши края, да возродятся молодые побеги. Старому пню же, вроде меня, пора зажечь последний огонь. И осветить путь молодым росткам…»

Он сжал свой громоздкий топор покрепче, и побежал. Не от паука. Навстречу этому эфирному зверю, что в десять раз больше него и в три раза опаснее.

Северяне увидев это, закричали:

— Свартбьёрн! Не надо! Стой!

Но старик не слушал. Войлочные тапки шлепали по снегу, коричневый балахон развевался маревом, топор оставлял красный эфирный след за спиной.

Один из храбрейших воинов, которых когда-либо рождал север.

Свартбьёрн резко остановился перед надвигающимся пауком, вознес топор над головой. Аура магистра третьей ступени вспыхнула красным маревом.

И раздался его последний крик:

— БЕГИТЕ, ГЛУПЦЫ!

Северяне замерли на мгновение, и побежали. Помчались прочь. Страх? Нет. Все понимали — здесь и сейчас великий Свартбьёрн жертвует собой, чтобы дать им время. Нельзя тратить эту жертву впустую! Нужно бежать! Быстро! Ещё быстрее! Как можно дальше!

Паук приближался. Крепкие как гигантские щипцы жвала раскрылись, брызнул жидкий зелёный эфир. Старец ушел перекатом в сторону, поднялся. Паучара атаковал громадными лапами. Свартбьёрн успел заблокировать удар топором, и его отбросило на несколько метров. Старческие руки, хоть и всё ещё крепкие, онемели от удара. Топор дрогнул, но старик перехватил тот покрепче, понадежней.

Усатый Рональд смотрел на это с усмешкой: