Неистовые. Меж трёх огней (СИ) - Перова Алиса - Страница 102

– Стасик, выпьем за любовь! – тётя Настя тянется через стол со своим бокалом, но Стас даже не смотрит в её сторону и будто не слышит.

Однако я вижу, как напряжены его скулы, а руки сжимаются в кулаки – он на взводе. Я знаю, из-за чего он так раздражён, и дело вовсе не в этой распоясавшейся тётке, хотя за последний час она основательно достала всех. Мне от души жаль Стешку – стараниями буйной мамочки её праздник явно пошёл не по плану. Ведущий, конечно, молодец – спасает ситуацию изо всех сил, зато Сашкино терпение, боюсь, скоро взорвётся.

До сегодняшнего дня я только однажды видела тётю Настю, и в тот первый раз она мне понравилась – молодая, красивая, весёлая и очень ласковая со Стефанией. Я удивилась, почему такая интересная и продвинутая мама не живёт вместе с девчонками, ведь она могла бы помогать Айке с малышками. Но Стешка пояснила, что у мамы отдельная квартира, и дочери не хотят мешать её личной жизни. А сегодня, увидев многодетную мать во всей красе, я стала лучше понимать девчонок – похоже, это они оберегают свою личную жизнь от мамы.

– Стаська, оглох, что ли?! – пьяная в хлам тётя Настя настойчиво требует к себе внимания, и я спешу предотвратить конфликт:

– А давайте лучше со мной, – я поддерживаю тост за любовь и чокаюсь с ней бокалами. – Не обращайте внимания, тёть Насть, мой муж ушёл в себя, – и, подмигнув ей, шепчу с заговорщическим видом: – Эти деловые мужики совершенно не умеют отдыхать, мозги вечно в работе.

– Главное, чтобы они не мешали отдыхать своим жёнам, – Анастасия опрокинула в себя коньяк и, понизив голос, строго добавила: – И давай-ка мне тут без «тёть» – просто Настя.

– Договорились, – охотно согласилась я и погладила под столом ногу Стаса.

– Может, поедем домой? – мгновенно отреагировал он.

Это уже третий заход с одним и тем же предложением, и на этот раз я притворяюсь глухой. Ещё час назад Стаса всё устраивало – он был весёлым, отлично общался с Кириллом и даже адекватно реагировал на неадекватную Анастасию. Всё резко изменилось после того, как Кир объявил, что приедет Генка. Я не понимаю, в чём дело, мы ведь давно всё выяснили со Стасом, да и с Генкой он вроде нашёл общий язык… так что вдруг изменилось?

– Наташ, ты слышишь? – не сдаётся Стас. – Домой, говорю, поедем.

– Езжай! – бросаю ему со злом.

– Без тебя?

– Но это ведь ты рвёшься домой, а я приехала на день рождения к своей подруге.

– И поэтому ты всё время пялишься на дверь? – цедит он сквозь зубы.

И это мой лёгкий и доверчивый муж? Сейчас я не узнаю его, а эта необоснованная ревность вызывает во мне сочувствие и раздражение.

– Наташка, погнали танцевать, – призывает меня просто Настя. – Только нас с тобой там не хватает.

Но я не реагирую и не оглядываюсь в её сторону, продолжая разглядывать Стаса.

– Зачем ты всё портишь? – шепчу ему тихо, чтобы не привлекать к нам внимание. – Ведь всё хорошо было… и что плохого в том, что я хочу видеть Генку? Мы знакомы с ним сто лет и, прежде всего, он мой друг.

– А после всего? – Стас горько усмехается.

– О, Господи! – я возвожу глаза к сводчатому потолку и делаю глубокий вдох. – Ты что, с цепи сорвался? Разве я хоть раз дала тебе повод сомневаться в моей верности?

– Вряд ли я способен забыть нашу первую брачную ночь, – почти выплёвывает он, а мне хочется разреветься от обиды. Это запрещённый приём – Стас ведь обещал никогда не вспоминать об этом!

– Сомов, неужели ты настолько в себе не уверен? – шепчу ему, с трудом сдерживая слёзы.

– А ты сама-то в себе уверена?

Мне хотелось думать, что да… и отношение Стаса мне очень помогало в это верить.

– Теперь даже не знаю, – вложив в свой ответ тонну презрения, я резко встала из-за стола и грубо отбросила руку Стаса, попытавшегося меня удержать.

– Милые бранятся – значит, где-то чешется! – громко прокомментировала Настя и пронзительно взвизгнула, когда к ней подскочила Сашка. – Шурка, дура, совсем охренела? У меня теперь синяк на руке будет.

– Если не заткнёшь свой рот, будешь вся синяя, – прошипела старшая доченька.

Класс – полное взаимопонимание в семье! Почти как у нас с Сомовым.

Среди танцующих я быстро нахожу взглядом Стешку и спешу к ней.

Глава 88 Стефания

Стефания

Кирилл ведёт меня в танце, мы болтаем ни о чём, а в моей голове вертится только один вопрос, и пока трек не закончился, я спешу его озвучить:

– Так Гена всё же п-приедет? – спрашиваю буднично и смотрю Кириллу в глаза.

Это ведь обычный вопрос, и я могла бы спросить о Женьке, о Максе… да о ком угодно. Но тогда бы я так не волновалась. Не знаю, понял ли это Кир, но ответил он совершенно невозмутимо:

– Раз Геныч пообещал, значит, точно приедет.

Пряча улыбку, я киваю с деланым равнодушием и очень хочу спросить, будет ли он один или со своей Арбузихой, но всё же сдерживаю своё любопытство. Приедет – тогда и узнаю. Кир делает короткий вдох, будто хочет что-то сказать, но выдыхает и улыбается. Он слишком деликатный и никогда не задаёт неудобных вопросов. А вот Женька наверняка съязвил бы сейчас.

Музыка сменилась бодрым голосом ведущего (вообще не понимаю, кто его слушает), и Кирилл, поцеловав мою руку, отправился за стол – туда, где Айка с Сашкой уже вдвоём пытаются укротить маму. Ох, мама… она сегодня здорово перебрала, и теперь любые уговоры бессильны – всё будет делать только назло.

– Всё, подаю на развод! – рявкнула возникшая рядом Наташка.

– П-почему? – испугалась я и бросила быстрый взгляд на сидящего за столом мрачного Стаса. – Наташ, ты сейчас с-серьёзно?

– Я ещё думаю, – зло процедила она, а в глазах блеснули слёзы. – Прикинь, этот ревнивый козёл напомнил мне о нашей первой брачной ночи. Так и знала, что он не забудет.

«Такое разве забудешь?» – подумала я, но озвучивать вслух не стала – Наташке и так паршиво.

– А п-почему он именно сейчас это вспомнил? – осторожно спросила я подругу, и она обрушила на меня все подробности со своими страданиями и сомнениями Стаса.

Вот теперь и мне стало паршиво, потому что, как выяснилось, мы обе весь вечер гипнотизируем двери в ожидании одного и того же парня, причём несвободного. Две дуры! И будто подслушав мои мысли, Наташка пробормотала:

– Интересно, он один приедет или со своей коровой?

Знала бы она, как мне это интересно.

– Да пошли вы! – за столом громко взревела мама и, оттолкнув от себя Сашку, рванула к выходу. Ну что опять случилось?

– Твоя мамуля сегодня жжёт, – сочувственно произнесла Наташка и обняла меня за плечи.

А я вспомнила, как мама вешалась на её Стаса и так стыдно стало, а ещё зло взяло – неужели она правда не понимает, как позорит нас с девчонками? Я обязательно должна поговорить с ней об этом… вот только станет ли она меня слушать?..

– Она н-нечасто выпивает, но если п-перепьёт, то чудит иногда, – произнося это, я чувствую, как щёки заливает румянец.

– Да хорош тебе, Стеш, кто из нас не чудит по пьяни?! Вон Айка сейчас её быстро образумит.

Это вряд ли.

– О чём пригорюнились? – подкравшаяся сзади Сашка обняла меня за талию и потёрлась щекой о мой висок.

– О том, что все мужики козлы, – припечатала Наташка.

– Любовь зла, – с ядовитой улыбкой прокомментировала Александрина и кивнула на приближающегося к нам Стаса. – А вон как раз и твой козёл скачет.

– Друзья мои! – гаркнул в микрофон ведущий. – А не пора ли поднять бокалы за здоровье нашей именинницы?

– Ой, не части, добрый молодец, – осадила его Сашка, – а то у нас никакого здоровья не хватит. Продолжаем танцевать!

К моему удивлению, Наташка быстро позволила Стасу увлечь себя в танец, но, скорее всего, таким образом она сбежала от моей сестры – иногда её сложно выносить в больших дозах. Но, оставшись с Сашкой наедине, я, наконец, смогла спросить:

– Что там с мамой с-случилось?

– А-а, – отмахнулась она, поморщившись, – как обычно, буйство гормонов. Стеш, да что с ней вообще может случиться? Даже если эта планета накроется, то в живых останутся тараканы, крысы и твоя мать.