Игрушка с изъяном. Суши, лорды, два стола (СИ) - Лерн Анна - Страница 95

В дверь постучали, и в комнату заглянул Томас. Он выглядел немного растерянно.

— Ваша светлость… э-э-э… к вам посетительница. Госпожа Доротея Пендлтон.

— Кто? — Феликс в изумлении поднял голову. Его мрачные мысли на мгновение рассеялись. — Доротея Пендлтон?

Дворецкий не успел ничего ответить, потому что, отодвинув его в сторону, в спальню стремительно вошла хозяйка антикварного магазинчика. На старушке было зелёное шерстяное платье в странных чёрных пятнах. В руках она держала плетёную корзину, из которой торчала голова здоровенного кота с чуть прищуренными наглыми глазищами.

— Да! Это я! Не ждали?

Тем временем кот выпрыгнул из своей «люльки» и, вальяжно потянувшись, направился прямиком к Феликсу. Через секунду дерзкое животное уже вскарабкалось ему на колени и начало громко мурчать. Бывший глава Тайной Канцелярии всё ещё пребывал в лёгком ступоре, когда гостья продолжила:

— До меня дошли новости, что Себастьян арестован. Я вернулась в город и узнала ещё много интересного, молодой человек! Вы, например, по всеобщей версии умерли! Девочки исчезли! А в моём доме, между прочим, рыскали ваши подчиненные во главе с леди Элиарой!

— Они уже не мои подчиненные! — раздражённо произнёс Феликс. От упоминания имени графини его передёрнуло. — Как, позвольте спросить, дворецкий вас впустил?

— Что значит: как? — фыркнула она. — Томас доверяет мне, как Себастьяну. Да-да, дорогой! В таком возрасте тоже пылают страсти! А наша с Демором разгорелась с новой силой! Старая гвардия знает толк в настоящих чувствах. Это вам не теперешние ахи-вздохи!

Феликс был в шоке. Отец крутит роман с этой эксцентричной особой? Доротея Пендлтон и Себастьян любовники?!

— А теперь рассказывай мне, что именно произошло? Всё в мельчайших подробностях, — старушка не давала ему опомниться. — После чего мы разнесём это змеиное кубло к чертям собачьим! Старые ведьмы, вроде меня, еще могут себя показать!

Её взгляд был полон такой решимости, что Феликс невольно улыбнулся. Эта женщина, казалось, была готова идти на штурм в одиночку.

— Я и подумать не могла, что ты, оказывается, не ледяная глыба... — склонив голову набок, Доротея смерила Феликса взглядом, полным насмешливого любопытства. — Белла рассказала мне любопытные вещи. Оказалось, ты помогаешь людям. Неужели это правда, Феликс Демор?

Феликс лишь закатил глаза, а потом начал рассказывать. Госпожа Пендлтон слушала его, не перебивая, лишь иногда возмущённо качая головой и цокая языком.

— Значит, Сантор... - задумчиво произнесла она и вдруг, наклонившись к своей корзине, извлекла оттуда большой пухлый конверт. — Вот. Это доказательства того, что респектабельный промышленник Вейл держит в неволе сотни людей. В его делишках замешаны многие высокопоставленные лорды, чьи имена ты найдёшь в этой папке. Те, кто прикрывал Вейла, а теперь его сына, получают свою долю от человеческих страданий. Целый синдикат мерзавцев!

Не веря своим глазам, Феликс уставился на конверт, а затем перевел взгляд на Доротею. Его брови взлетели вверх.

— Откуда у вас это?

Старушка победно усмехнулась, стукнув тростью по полу.

— В доме Вейла работает один человек… Жак Лейл. Я когда-то помогла ему выбраться из долговой ямы. После этого он с благодарностью поклялся мне в вечной верности. Жак оказался умным, очень наблюдательным и, что самое главное, очень осторожным... Он-то и собрал всё это для меня.

Феликс изумленно покачал головой. Это было просто невероятно!

— И что именно он собрал? Что это за документы? — спросил он, пытаясь осознать масштаб происходящего.

— Он смог сделать копии скрытых бухгалтерских книг Вейла. Не тех, что показывают налоговикам, а тех, где все доходы и расходы расписаны по-настоящему. Там есть записи о «поставках рабочей силы». А ещё, мой дорогой, здесь переписка Вейла с управляющими хлопковых полей. И самое главное, — Доротея многозначительно подняла палец, — список «игрушек», которые после якобы получения приданого оказались в рабстве.

Феликс взял папку дрожащими руками. В этих бумагах был не просто компромат, а настоящий ключ к уничтожению семейства Вейлов и его сообщников. Жак Лейл, обычный слуга, сумел собрать улики, которые могли бы пошатнуть основы всего Велуара.

— Томас! — крикнул Феликс, и дворецкий тут же материализовался в дверном проёме.

— Да, ваша светлость?

— Помоги мне одеться! — приказал Демор, сбрасывая одеяло.

Томас на мгновение замер, на его обычно невозмутимом лице появилась смесь удивления и беспокойства. — Но как же… вы ранены, ваша светлость! Вам предписан строгий постельный режим!

— Томас, сейчас мне не до твоей драгоценной заботы! Каждая

секунда дорога! — резко прервал его Феликс, морщась от резкой боли, пронзившей грудь при движении.

Видя, что пререкаться бесполезно, и зная нрав своего господина, дворецкий быстро кивнул и бросился к шкафу. Тем временем Доротея, внимательно наблюдавшая за этой сценой, прищурилась. В её глазах читалось если не одобрение, то, по крайней мере, понимание.

— Что вы хотите делать? — спросила она, когда Томас начал осторожно помогать Феликсу одеваться.

— Люди из Королевского Совета ещё в городе. Адриан сказал, что они сейчас проводят дознание с Блэквилем, проверяют все документы, касающиеся дел клуба «Золотая Луна». Я поеду к ним, — стиснув зубы, Феликс медленно выпрямился. Его лицо было бледным, но взгляд горел решимостью.

— Я тоже поеду! — тут же заявила госпожа Пендлтон. — У меня есть что сказать этим чинушам, которые ни черта не знают о происходящем в Велуаре! Подумать только, сидят там, попивают виски и рассуждают о благопристойности, пока под их носом такие дела творятся!

Через полчаса карета уже мчалась в сторону города. Демор прислонился к спинке сиденья, его лицо было бледным от боли. Доротея сидела напротив. Внезапно она подалась вперёд и похлопала Феликса по руке. Прикосновение старушки было лёгким, но каким-то удивительно успокаивающим, словно она передавала ему часть своей неиссякаемой жизненной энергии.

— Всё будет хорошо, сынок, — тихо сказала она, и в этом простом слове «сынок» было столько искреннего участия, что Феликс на мгновение забыл о боли. — Ты уж поверь старой Дори.

Он повернулся к ней и в полумраке увидел глаза старушки. Они блестели озорным, но в то же время невероятно добрым светом, отражая мудрость прожитых лет и непоколебимую веру в справедливость. Словно по волшебству, невидимая тяжесть, давившая на сердце, немного отступила. На душе почему-то стало тепло и спокойно, как в детстве, когда мать укрывала его одеялом, прогоняя ночные кошмары. Это мимолетное проявление искренности и нежности затронуло в Деморе какие-то давно забытые струны.

Вскоре экипаж остановился у величественного входа в «Королевский Лебедь», самую престижную гостиницу Велуара. Феликс медленно поднялся по широким каменным ступеням,

а Доротея, словно тень, бесшумно следовала за ним. Внутри царила тишина, нарушаемая лишь редким звоном хрусталя из дальнего зала. Воздух в холле гостиницы был насыщен ароматом дорогого табака и свежего полироля. Демор подошёл к стойке портье, за которой дремал пожилой мужчина с безупречно уложенными усами.

— Мне нужен лорд Эверс. Немедленно.

Вздрогнув от неожиданности, портье распахнул глаза.

— Прошу прощения, но лорд Эверс отдыхает. Он просил его не беспокоить до утра…

— Передайте ему, что его беспокоит лорд Феликс Демор, — жёстко прервал его Феликс. — И объясните, что у меня есть информация чрезвычайной важности. Если он откажется принять меня, вся ответственность за последствия ляжет на него.

— Сию минуту, ваша светлость! — портье поклонился и, выйдя из-за стойки, стремительно направился к лестнице, ведущей на верхние этажи.

Стоявшая чуть позади Феликса Доротея одобрительно хмыкнула. Даже в таком состоянии он оставался настоящим Демором.

Портье вернулся буквально через несколько минут. Он снова низко склонил голову. - Лорд Эверс ждёт вас. Номер сорок два, ваша светлость.