Моя свободная нечисть - Черчень Александра - Страница 3

Эол Девиаль

Я вышел из спальни и только тогда позволил себе усмешку.

Ох уж эта Тася!

Недаром я задал финальный, прямой до невозможности вопрос. И получил на него лживый ответ.

Притом ее выдавало все, от неосознанно вздрагивающих ушек до нервных движений хвоста, которые можно было уловить даже через плед.

Интересно как она такую активную конечность под юбкой-то прятала? Привязывала, что ли?

Но в любом случае Тася точно не была «всего лишь рекомбинантом». Вернее, не только им. Обычная филена, которая осознала себя буквально несколько месяцев назад, не обладала бы таким внушительным словарным запасом, склонностью к полемике и навыками делопроизводителя.

А они у нее несомненно были. Просто иные.

Хотя, наверное, если бы у моей прелестной секретарши было бы чуть больше времени подумать и чуть меньше стресса, то она бы, несомненно, вывернулась из этой ситуации.

Стоит отдать Таисии должное. Наверное, родись она в нашем мире, могла бы стать прекрасной шпионкой. Но она явно родилась в другом.

– Язя, – позвал я, выходя из дома.

Ворона спикировала с ближайшей ветки и, усевшись на протянутую руку, недовольно спросила:

– Что?

– Думаю, ты знаешь «что», – хмыкнул я, направляясь на задний двор. Итак, какие же кусты? Правые, левые? По заветам папеньки, сначала проверим те, что слева.

Сумка действительно оказалась там. Судя по всему, на нее было наложено несколько бытовых заклинаний, потому что за неопределенное время лежания в кустах она не пострадала.

Ворона, перебравшись на мое плечо, все еще молчала, видимо подбирая слова.

– Я не сказала тебе о ней, потому что рассчитывала, что она сможет сбежать. Тасе сильно досталось в плену, и я не хотела…

Она замялась, потому я любезно закончил:

– Чтобы ей досталось еще и от меня.

– Да, – каркнула птица. – Ты пр-р-рав! Когда мы только вырвались, я как раз пр-р-редлагала дойти до столицы и найти моего хозяина. Но после того, как я увидела, что Тася обернулась и стала не просто р-р-разумной, а высшей, я поняла, что к тебе идти нельзя! Еще и попаданка! Мало ли что…

– Язя, я, по-твоему, что, вообще психопат неуравновешенный? – спросил я мрачно. – Я понимаю, что просто высшие, которые таковыми родились, и такие, как Тася, – это разные существа.

– Ну… – Птица отвела взгляд.

– А еще меня смущает тот факт, что ты, моя фамильяра, имеешь возможность утаивать такие важные вещи… Я понимаю, что второй хозяин не первый, и настолько преданной ему, как первому, ты никогда не будешь. Но если подобное повторится, я боюсь, что у тебя появится третий хозяин.

– Эол? – потрясенно вскинулась ворона.

– Не обсуждается, – ровным, но непреклонным тоном ответил я. – Я взял тебя потому, что на том настаивал мой погибший друг. И я дал клятву о тебе позаботиться, которую несомненно сдержу. Но оставить тебя своим личным фамильяром, не обладая твоей безраздельной преданностью, я не могу. Должность не позволяет.

Несколько секунд птица молчала, а после нахохлилась и ответила:

– Я понимаю. Пр-р-рости. Этого больше не повтор-р-рится.

– Хотелось бы верить. Права на ошибку больше не будет, надеюсь, ты это понимаешь?

– Да.

– Тогда закроем тему и отнесем нашей прелестной гостье ее вещи.

Я взвесил в руке небольшую черную сумку и вернулся в дом.

Тася по-прежнему сидела в том самом кресле. Только кофейная чашка уже была пуста, да и профитролей не было.

Все же ход я сделал тактически верный. Еще раньше заметил, что она любит кофе: и в столовой академии, и во время ужина в ресторане.

– Держи. – Я протянул ей сумку.

Она просияла, вскочила на ноги и забрала ее.

Надо сказать, что у меня была шальная мысль о том, что все притяжение к Пусинде Касиопис было рождено любопытством. Слишком уж много загадок окружало эту девушку, и, как водится, обычно интерес угасает, как только тайное становится явным.

Но… не в этот раз.

Взгляд скользил по закутанной в покрывало фигуре, невольно цеплялся за открытые руки, отмечая нежную кожу и тонкость запястий. Поднимался выше и замирал там, не в силах оторваться от рассыпавшихся по плечам пепельных кудряшек и… от ушек. Совершенно нечеловеческих огромных ушей, которые то прижимались к голове, то тревожно вставали торчком.

Мечта увидеть Пусинду без дурацкого головного убора наконец-то сбылась. Но появилась другая – снова полюбоваться на нее без покрывала.

Я привык думать о ней как о человеке. И, чего скрывать, желал ее. Как человеческую женщину. И то, что у объекта вожделения внезапно появились уши и хвост, почему-то ничуть не изменило ситуацию.

Что со мной?

Звериные черты, которые я раньше скорее презирал даже у оборотней, не говоря уже о нечисти, почему-то умиляли. Презрение не с потолка взялось, кстати. Просто контроль оборота – это хороший тон в нашем обществе. По-настоящему выдержанный оборотень никогда не позволит увидеть черты своей второй ипостаси иначе как в бою или в страсти.

Потеря контроля допустима лишь там.

Глава 2, в которой Тасе оказывают знаки внимания

Тася Данилова

Мне почему-то до самого конца не верилось, что он вот так просто меня отпустит. Без контроля, без клятв и обещаний. Словно то, что я нечисть хвостатая, ничего не изменило.

Эол просто сказал, что ровно в одиннадцать утра ждет меня у главного зала совещаний. И, выставив меня за дверь, наверняка отправился собираться на ту самую встречу с попечителями академии, о которой говорил раньше.

Я же со всех ног рванула к себе в общежитие.

Так как первая пара уже началась, парк был пуст и мне никто не встретился.

В комнате тоже было пусто, видимо, бармосур где-то гулял. А жаль, мне так хотелось хоть с кем-то поделиться произошедшим!

Как-то так сложилось, что котобелк Сурик стал единственным существом в этом мире, с кем я могла поговорить начистоту.

Нет, конечно, есть еще библиотекарша Саечка, но с ней было весело потрепаться о всякой интересной ерунде или обсудить книжки. Оно, конечно, тоже нужно и важно, все же социальные связи, и даже можно назвать это громким словом «дружба».

Но рассказать про себя правду я в любом случае не могла.

По крайней мере сейчас.

Я прислонилась к двери, пытаясь перевести дух. Сердце колотилось где-то в горле, а в голове стоял оглушительный звон. Знаете это чувство, когда только что избежал смертельной опасности и теперь трясешься от адреналина, смешанного с диким облегчением? Вот это самое.

– Так, Тася, дыши, – приказала я себе вслух и, швырнув сумку на кровать, принялась расхаживать по комнате. – Вдох-выдох. Он не съел тебя. Не заковал в цепи. Не сдал в лаборатории в качестве экспоната «редкая нечисть». Более того, он… накормил тебя.

Вспомнился вкус кофе и этих дурацких профитролей. До сих пор во рту стоял их привкус. Невероятно раздражающий привкус его снисходительного спокойствия.

Эол Девиаль подкармливал филену Тасю. И, судя по всему, не поменял свою стратегию, когда филена обратилась человеком.

Но почему-то если в виде зверька такое меня привлекало, то в своем настоящем виде скорее бесило!

Как все же меняются предпочтения в зависимости от жизненных условий, а? Еще пару месяцев назад, когда я лезла в ректорскую башню с приворотным зельем, желая подлить его «любителю животных», статус домашнего питомца был для меня пределом мечтаний. Он гарантировал еду и безопасность. Потому что мелкая животинка может претендовать только на это.

Но сейчас… сейчас все по-другому. И даже попытки низвести меня на прежний уровень откровенно бесили.

Хотя будем честны, просто я так дорожу своей новообретенной свободой, что в каждом действии вижу попытку ее отобрать.

Тем более что Второй лорд Триумвирата Королевской службы безопасности явно может это сделать.

А по факту ничего не случилось, Тась. Выдыхай. Вроде как мужчинам в целом свойственно желание вкусно накормить женщину.