Моя свободная нечисть - Черчень Александра - Страница 4

Я налила себе водички и залпом выпила, сначала один стакан, а после и второй. Немного полегчало, и ко мне даже вернулись сбежавшие было спокойствие и адекватность.

Бросив беглый взгляд на часы, я поняла, что вполне успеваю на завтрак. А потому натянула первое попавшееся платье, надела берет, уже привычно запихнув под него уши, и выскочила из своей комнаты.

Пока работаем!

И разбираемся с проблемами по мере их поступления.

Кстати, эта мысль была крайне своевременной! Стоило мне выбросить из головы Эола и сопряженные с ним сложности, как появились другие. Я зашла в столовую, и первым, кого увидела за преподавательским столом, стал декан нечистеведов Кайшер Эйдан.

Который, едва заметил меня, лучезарно улыбнулся и, поднявшись, отодвинул стул рядом с собой.

– Пусинда, счастлив встретить вас этим утром. Вы вчера так быстро ушли…

К сожалению, за упомянутым столом сидел не только декан нечистеведов. А еще и Сая, у которой, кажется, очки от удивления с носа сползли, вышедший с больничного завхоз Квинтус и еще парочка преподавательниц. Все с очень большим интересом на нас смотрели.

– Присаживайтесь. – Стул развернули чуть удобнее.

Вариантов у меня не имелось. Убегать на другой конец стола к Саечке было бы очень странным действом, потому я шагнула вперед и опустилась на предложенное место, стараясь не смотреть на окружающих.

– Благодарю, – с любезной улыбкой ответила я, усаживаясь так, чтобы между нами оставалось как можно больше свободного пространства.

Эйдан улыбнулся в ответ и… пододвинул ко мне тарелку с идеально очищенным апельсином, разобранным на дольки.

– Вы выглядите немного уставшей, дорогая мисс Касиопис. Возможно, вам не хватает витаминов. Фрукты в нашей столовой, должен сказать, превосходного качества.

Я замерла, ощущая на себе вес взглядов всего стола. Даже звон посуды и гул голосов в зале стих. Квинтус подавился кашей и закашлялся. Одна из преподавательниц – строгая дама с седыми волосами, вроде как читавшая историю магии, – уронила ложку в суп с громким всплеском.

Сая просто сидела с открытым ртом, совершенно забыв поправить очки.

– Э-э-э, нет, спасибо.

– Тогда, быть может, кофе? – не унимался чертов змей.

На столе перед ним стоял изящный кофейник с парой чашек, и он уже наливал ароматный напиток в одну из них, не дожидаясь ответа. Его движения были плавными, уверенными, будто он каждый день ухаживал за мной за завтраком. От этого по моей спине пробежали противные мурашки.

– Это специальный сорт из моего личного меню. Думаю, вам должно понравиться.

Он с легким стуком поставил чашку передо мной. Весь стол замер в немом ожидании, будто наблюдал за представлением в цирке. Даже звон ложек на секунду стих. Я поймала взгляд Саи – ее глаза были круглыми от изумления, а щеки порозовели. Она быстро отвела глаза, уткнувшись в свою тарелку.

– А разве меню не одинаково для всех? – спросила я, чтобы хоть как-то поддержать беседу и, в идеале, на безопасную тему.

Эйдан томно улыбнулся, отломив кусочек булки.

– На восемьдесят пять процентов – да, – чуть подумав, ответил он. – Но у тех, кто давно работает в академии или имеет заслуги перед ней, есть несколько… эксклюзивных, так сказать, позиций. Потому прошу, угощайтесь. Считайте это компенсацией за нашу неудачную экскурсию.

Он произнес это так легко, словно вчерашний кошмар в виварии был всего лишь небольшим недоразумением.

– Вы очень любезны, профессор, – выдавила я. – Но, признаться, после вчерашнего я немного… пересмотрела свой интерес к практическому нечистеведению.

– О, напрасно! – воскликнул он с искренним, казалось, огорчением. – Нельзя отступать после первой же неудачи. Тем более что инцидент исчерпан и виварий снова безопасен. Я мог бы предложить вам куда более… структурированное погружение в предмет. В более подходящей обстановке.

С той стороны стола раздался сдавленный кашель завхоза Квинтуса. Вторая преподавательница – строгая дама в очках – смотрела на нас поверх меню с таким видом, словно Кайшер снял голову вместо шляпы, любезно поздоровался и приставил обратно.

Что он задумал?! Публично скомпрометировать меня? Демонстративно показать не только Эолу, но и всей академии, кто здесь главный претендент? Или он и вправду считает, что один поцелуй дал ему некие права?

Впрочем, будем честны: тот поцелуй был всего лишь средством стереть мне память.

Так, ладно…

– Мой график расписан буквально по минутам. Ректор Девиаль лично… – попыталась я увернуться, делая ударение на слове «ректор».

– Лорд ректор, – мягко, но настойчиво перебил меня Эйдан, – несомненно, ценит инициативных и образованных сотрудников. Уверен, он одобрит ваше стремление к профессиональному росту. Тем более что ваша работа напрямую связана с документооборотом академии, включая и мой факультет. Не так ли? Кстати, советую к кофе эти премилые булочки с корицей.

Мне пододвинули блюдо.

Он произнес это с такой сладкой улыбкой, что мне захотелось швырнуть в него той самой булкой. Это был не вопрос. Это была ловко расставленная ловушка. Отказаться сейчас – значит выставить себя ленивой и нерадивой работницей при всех.

– Я… я постараюсь найти время, – сдалась я, понимая, что дальше сопротивляться – только усугублять ситуацию.

– Как скажете. – Он откинулся на спинку стула с видом человека, довольного итогом беседы. – Но как только найдете – я к вашим услугам.

Вставая из-за стола через несколько минут, он легонько коснулся пальцами моей спины – мимолетное, почти невесомое прикосновение, которое можно было списать на случайность.

– До встречи, мисс Касиопис, – сказал он на прощание самым обычным голосом. Но для меня в этих словах прозвучало обещание. Неприятностей.

Как только Эйдан вышел из столовой, за столом повисла гробовая тишина. А потом Квинтус фыркнул:

– Ну надо же, старый холостяк зашевелился…

А седая преподавательница язвительно процедила:

– И надо же было выбрать объектом ухаживаний именно секретаршу ректора. Кайшер всегда отличался изысканным вкусом к провокациям.

Я не стала ничего отвечать. Я просто сидела и смотрела на дверь, в которую он ушел, с тщетной надеждой, что пол проглотит меня целиком.

И что теперь будет, а?

Я нервно выпила остаток кофе, вкуса которого не ощутила от слова совсем, и от расстройства, открыв меню, натыкала сразу в пять наименований. Да, как говорит Сая, «много есть – это неприлично», но сейчас у меня стресс!

Легкая на помине библиотекарша поднялась со своего места и пересела ко мне.

– Пусинда, что это было? – громким шепотом спросила она.

– А что было? Вежливость, галантность джентльмена… – попыталась «отмыться» от подозрений я.

– Не смеши, – фыркнула Саечка, и цапнула рекомендованную профессором булочку с корицей. – Как ты знаешь, я большой знаток приличий, спасибо бабушке. Так вот, даже в ее парадигме Эйдан всегда вел себя безупречно. А тут, поверь, надо быть маразматичным ретроградом, чтобы не вызвать нареканий у миссис Мирандис. То, что было сейчас, не просто вежливость. Это – самое настоящее ухаживание!

К счастью, завхоз Квинтус и остальные преподаватели уже разошлись, студентов тоже в столовой не осталось: началась первая пара. Потому Сая Мирандис имела огромный простор для удовлетворения своего любопытства. Удовлетворять которое, я, разумеется, не желала.

– Ты не права.

Черт побери, я ведь была уверена, что такой хладнокровный (как выяснилось, даже в прямом смысле) мужчина, как Эйдан, сначала инициирует откровенную беседу, а уже потом станет как-либо проявлять свои намерения публично!

В этот момент на столе появилась тарелка с кашей, и я чистосердечно посвятила всю себя ей, а Саечка вздохнула.

– Ну ла-а-адно, – медленно протянула она. Но, судя по прищуру глаз за очками, не поверила и планировала продолжить допрос в другой раз.

А потому я мстительно спросила:

– А где ты была вчера вечером?