Перевоспитать Тихоню - Лавринович Ася - Страница 5

– Занималась в музыкальной школе когда-то, но не доучилась. А так, уроков много, экзамены скоро, не до хобби. Хотя в старой школе нравилось заниматься общественной деятельностью.

– Отлично, надеюсь, и здесь тебе не будет скучно, – кивнула Марианна.

Я тоже на это очень надеялась. И мне до сих пор не верилось, что мы всерьез обсуждаем мою новую жизнь. Казалось, что я просто сплю, но, к сожалению, не могу проснуться.

Милана в это время атаковала меня сообщениями. Спрашивала, как я долетела, встретилась ли с Марианной, а затем стала высылать все скопившиеся за несколько часов полета мемы и забавные короткие видео. Интересно, как долго мы будем друг другу постоянно о себе напоминать? Все-таки во мне зарождались опасения, что со временем переписка может стать не такой активной. Как ни крути, у каждой из нас своя жизнь, выпускной класс и масса событий. Особенно у Миланы. Чего стоит только предстоящий осенний бал, на который я не попадаю.

Конечно, Марианна не могла не заметить, как часто жужжит мой телефон, и поинтересовалась:

– Парень пишет?

– Я не в отношениях, – ответила я, еще больше поскучнев. Конечно, вспомнила о Стасе. Кто знает, может, что-нибудь бы у нас и закрутилось, если б не мой отъезд.

– Это даже хорошо. Было бы тяжело расставаться, – сказала Марианна. – А так – новая страница в жизни. И возможно, новая любовь.

Сестра мне подмигнула, но я не поддержала ее энтузиазма. Только криво усмехнулась в ответ. Перелистывать страницы своей жизни мне не хотелось, ведь я была вполне довольна тем, что имела. Марианна, желая сгладить возникшую между нами неловкость, принялась рассказывать, в каком чудесном районе рядом с парком находится ее квартира.

Быстро темнело, начался дождь. В сумерках проплывали мокрые улицы, и я даже не старалась запомнить дорогу из аэропорта. По всей протяженности незнакомого широкого проспекта мигали огни.

Марианна жила в новом районе. Двор был непривычно пустым, поэтому сестра без труда нашла место для парковки. Когда мы вышли из машины, Марианна показала на свои окна.

– Вон те два на третьем этаже.

Я подняла голову и мельком взглянула на окна выше. В одном из них горел свет, и я обнаружила незнакомого парня со спицами в руках. Поначалу решила, что мне показалось, но, приглядевшись, убедилась: парень действительно что-то вязал. Неожиданная картина! Я пыталась разглядеть получше новоявленного соседа. Увлеченный процессом парень не смотрел по сторонам. Не знаю, сколько бы я простояла, пялясь на него, но Марианна легонько подтолкнула меня в спину:

– Идем скорее, холодно.

Подъезд оказался красивым, чистым и ухоженным: цветы в больших кадках, пол в черно-белую шашечку, горел теплый неяркий свет и было очень тихо. Мы с папой жили в «сталинке», которая не могла похвастаться такой чистотой. Я вспомнила парня со спицами. Не знаю, почему он так привлек меня. Мне захотелось узнать его ближе: как зовут и для кого он вяжет… Весь путь до квартиры Марианны я думала о парне этажом выше. Но вот сестра отворила дверь и жестом пригласила меня внутрь. Щелкнула выключателем, но свет в коридоре не зажегся.

– Что за чертовщина! – выругалась Марианна и включила на телефоне фонарик. – Пробки, что ли, вышибло? Как не вовремя!

Из комнаты послышался шорох, и мы насторожились. Я зачем-то крепче ухватилась за ручку своего чемодана.

– У тебя есть домашние животные? – шепотом спросила я.

Марианна отрицательно помотала головой.

– Воры? – предположила я.

Сестра поморщилась, и мы, оставив чемодан, на цыпочках направились в комнату. По пути я успела мельком в полумраке оглядеть квартиру. Марианна жила в евротрешке. Из коридора мы тут же попали на кухню, совмещенную с гостиной. Папа перед моим отъездом рассказал, что одна комната у сестры пустует – раньше, когда Марианна работала удаленно, эта комната была кабинетом. В ней-то она великодушно разрешила мне пока пожить. А я тогда еще вообразила себе, что буду спать на компьютерном столе…

Дверь в спальню была чуть прикрыта, и вскоре мы снова услышали шум и заметили странное свечение сквозь щель. Марианна явно храбрилась, но все-таки по пути прихватила с плиты сковородку, из-за чего я чуть нервно не расхохоталась. Почему-то мне происходящее казалось каким-то нереальным и комичным. И ситуация, и свечение из комнаты, и сладкий запах роз, который я внезапно почувствовала, и даже тот парень со спицами, почему-то засевший у меня в голове. Я словно уснула в самолете и до сих пор находилась во сне.

– Мари, ты чего? – Первое, что мы услышали, когда заглянули в комнату. Нас встретил высокий светловолосый парень, который застыл рядом с кроватью, усыпанной лепестками роз. Теперь стало ясно, что странное свечение исходило от зажженных свечей. Если бы окна спальни Марианны выходили во двор, мы бы заметили эти дрожащие тени. И только сейчас я расслышала, как из умной колонки на прикроватной тумбочке доносится романтическая музыка.

– Ты меня хотела этой сковородкой огреть? – продолжил возмущенно парень.

В потемках я не могла разглядеть его как следует, но сомнений не было: тот самый, с которым Марианна выкладывает фотографии и видео в соцсетях.

– Леша, что ты здесь делаешь? – возмущенно поинтересовалась Марианна, опуская сковороду.

– То же самое я у тебя спросил! – обиженным голосом ответил Леша. – Кто ж врывается без предупреждения? А я, между прочим, мог быть не одет…

– Еще чего не хватало! У нас здесь несовершеннолетние! – продолжила сердиться Марианна. Она попыталась и здесь зажечь свет, но выключатель только вхолостую щелкнул. – И почини электричество, пожалуйста!

Она, взяв одну из свечей, первой покинула спальню, оставив нас с Лешей наедине.

– Привет, – смущенно поздоровалась я.

– Привет! – растерянно отозвался Леша, рассматривая меня. – Я думал, ты прилетишь не сегодня.

– Так получилось.

– И думал, ты младше…

– Бывает.

Больше тем для диалога у нас пока не нашлось, и я направилась вслед за Марианной.

Свеча на столе возмущенно дрожала. Пока Марианна набирала в чайник воду, я немного потопталась на месте, почему-то не решаясь сесть. И лишь когда Марианна обернулась и указала мне на барный стул, я взгромоздилась на него и подперла щеку кулаком.

– Почему ты сердишься? – спросила я, наблюдая, как сестра суетится. – Он хотел устроить тебе романтический сюрприз. По-моему, мило.

– А по-моему, это неуместно, – отрезала Марианна, не оборачиваясь ко мне. – Я ему сто раз говорила, что ко мне приедет сестра. Но он, как обычно, пропустил все мимо ушей. Не брал сегодня трубку и, вместо того чтобы помочь нам с чемоданом в аэропорту, чуть не спалил квартиру.

– Ты слишком к нему строга, – сказала я, но Марианна повернулась и наградила меня таким красноречивым взглядом, что мне стало понятно: лезть в чужие отношения я не имею права. Это Милана постоянно спрашивала у меня совета по поводу парней, но Марианна в моих рекомендациях явно не нуждалась.

Наконец зажегся свет, и на кухне появился Леша.

– Ты заметила лепестки роз? – спросил он у Марианны, которая с сердитым видом доставала из холодильника продукты.

Сестра проигнорировала его вопрос, и Леша растерянно посмотрел на меня. Мне осталось только пожать плечами.

– А я пиццу заказал…

Марианна снова проигнорировала Лешу, и тогда он обратился ко мне:

– Ты как относишься к пицце?

– Исключительно положительно, – ответила я.

– Наш человек! – заулыбался Леша. – Мари такое не ест. Вообще, нелегкая тебя здесь жизнь ждет. Привет, руккола, шпинат, клетчатка, брусчатка…

– Леша! – прервала его Марианна.

– А я чего? Просто говорю, что ты у нас полный ЗОЖ.

Мне казалось, что они вот-вот начнут серьезно ссориться, поэтому, чтобы как-то разрядить обстановку, произнесла:

– Шпинат и руккола? Мари, а помнишь, как бабушка нас закармливала жареными пирожками каждое лето? Как поросят на убой.

Конечно, Марианна должна была это помнить. Летние каникулы у бабушки в деревне – единственное воспоминание, которое связывало нас с сестрой.