Узница обители отбракованных жён (СИ) - Милославская Анастасия - Страница 12

Я знала, что он не сводит с меня взгляда.

Когда я оказалась рядом с Драгошем, воздух словно сгустился. Близость серебряной маски зверя и запах Марека заставили меня невольно вздрогнуть.

Его аура давила, обволакивала, заставляя колени подгибаться.

Я потянулась к футляру, стараясь не смотреть на Инквизитора. Взяла предмет в руки и тут же отстранилась, прижимая гладкое дерево к груди.

Пока я мяла футляр пальцами, закрыв глаза и отчаянно пытаясь почувствовать хоть что-то, кроме собственного страха, Марек стянул перчатки. Он бросил их на стол и придвинул к себе стопку бумаг, углубившись в чтение. Мне показалось, что я была для него предметом мебели.

Прошла минута. Другая.

Я изо всех сил искала что-нибудь магическое внутри себя, напрягалась, молила свой дар пробудиться. Но ничего не чувствовала. Дерево как дерево.

Решив, что дальше тянуть бессмысленно, я шагнула обратно к столу.

– Вот, я готова, – тихо сказала, внутренне содрогнувшись от напряжения.

Марек протянул руку, не отрываясь от документа.

Я вложила футляр в его ладонь. И в этот миг наши руки соприкоснулись.

На этот раз между нами не было спасительной кожи его перчаток.

В висках вдруг резко закололо, будто туда воткнули раскалённые иглы. Мир перед глазами поплыл, контуры кабинета дрогнули и смазались, как акварель под дождём.

Реальность рассыпалась.

Я моргнула, пытаясь отогнать дурноту, и поняла, что я в другой комнате.

Это был не мрачный кабинет в Обители Смирения.

Место было другим, но Марек сидел в кресле прямо рядом со мной.

На нём была всё та же маска, скрывающая лицо, но алый плащ исчез, как и камзол. Он остался в одной чёрной рубашке. Верхние пуговицы были небрежно расстёгнуты, открывая мощные ключицы и смуглую кожу. Рукава он закатал до локтей, обнажая сильные, мускулистые предплечья.

Я заворожённо, против воли, скользнула взглядом по его рукам – по этим бугристым венам, по перекатывающимся под кожей узлам мышц. В них чувствовалась звериная, первобытная мощь. Он поднёс к губам бокал с тёмно-бордовой жидкостью и сделал глоток.

– Господин Драгош? – позвала я неуверенно. – Верховный Инквизитор? Где мы? Что случилось?

Он не ответил. Даже не шелохнулся. Словно меня здесь не было. Словно я была призраком.

И тут тяжёлая дверь отворилась.

На пороге появилась Октавия. В своей неизменной форме инквизитора, в маске. Она шагнула внутрь, но теперь её движения были лишены той жёсткости, что я видела раньше.

– Мой Верховный... – выдохнула она с такой тоской, что мне стало не по себе.

Она тоже не замечала меня, даже не смотерела.

Марек медленно поставил бокал на стол рядом с собой.

– Ваше Высочество, – бросил он коротко и сухо в своей привычной манере.

У меня перехватило дыхание. Ваше... Высочество? Она принцесса?

Октавия шумно, болезненно выдохнула, дёрнулась так, словно её ударили.

– Нет, не называй меня так! – вскрикнула она, подходя ближе. – Ты... ты отсылаешь меня?

– Ты знаешь ответ, – голос Марека звучал холодно. – Так зачем пришла?

– Ты знаешь, что тебе не решить дело, которое поручил король, без меня! – в её голосе зазвенела ярость, смешанная с отчаянием. – Не решить! Ты не справишься без Видящей!

А затем ярость ушла, уступая место слезам.

– Ты не можешь отсылать меня, не можешь... – зашептала она, и её руки потянулись к лицу.

Щелчок застёжек прозвучал оглушительно в тишине комнаты. Октавия сорвала с себя маску, открывая красивое, искажённое мукой лицо, мокрое от слёз. Её голубые глаза покраснели, пухлые розовые губы были искусаны.

– Надень маску, – приказал Верховный, не глядя на неё. – И уходи.

– Марек...

Октавия рухнула перед ним на колени. Такая гордая, сейчас она выглядела сломленной. Принцесса схватила огромную руку Драгоша и прижалась к ней губами, отчаянно целуя пальцы.

– Вспомни, что ты благородная госпожа, Октавия, – произнёс Верховный бесстрастно, глядя на девушку сверху вниз. – Ты принцесса. Ты можешь выйти замуж, родить детей, жить во дворце.

– Я ничего не хочу! – исступлённо выкрикнула она, прижимаясь щекой к его ладони. – Лишь желаю быть подле тебя, Марек! Мне больше ничего не нужно.

Я почувствовала неловкость, от картины, которая развернулась передо мной. Но в тоже время мною двигало любопытство.

Я подошла ближе, рассматривая собеседников.

– Ты больше не нужна Инквизиции, – отстранённо произнёс Марек, он не пытался отнять руку, но и не отвечал на ласку девушки. – Твой дар выгорел. Ты это знаешь.

– А тебе, Марек? А тебе я нужна?! – Октавия подняла на него заплаканные глаза. – Ты ведь знаешь... Я призналась в даре и пошла на службу ради тебя! Я пошла против воли брата лишь бы быть рядом с тобой!

Я обошла инквизитора, чтобы лучше видеть лицо Октавии. И вдруг…

Она резко повернула голову, словно почувствовав моё присутствие сквозь слои времени и пространства. Её заплаканные глаза, полные отчаяния, заволокло мутной пеленой.

– Что... – её губы дрогнули. – Кто здесь?!

Я подавила желание отшатнуться. Что вообще происходит? Она всё-таки заметила меня? Как?

Всё вокруг мгновенно замерло, будто мир поставили на паузу. Пламя в камине застыло оранжевыми языками, пылинки повисли в воздухе. Лишь Октавия оставалась живой в этой застывшей картине. Её лицо исказилось гневом.

– Убирайся! – прошипела она. – Убирайся из нашего общего воспоминания, кто бы ты ни был!

Меня словно ударило невидимой волной. Видение рассыпалось на тысячу осколков, и меня с силой вышвырнуло обратно в реальность.

Я судорожно вздохнула, распахивая глаза. Пол ушёл из-под ног, но я не упала. Потому что висела на руках у Марека.

Он держал меня крепко, практически прижимая к себе. Инстинктивно, в панике после видения, я вцепилась пальцами в его плечи. Они были мускулистые, сильные. Я ощущала это даже сквозь слом ткани.

Инквизитор легко, будто я ничего не весила, перенёс меня и опустил на софу. Но не отстранился. Навис надо мной, уперев руки в спинку дивана по обе стороны от моей головы.

Серебряная маска оказалась пугающе близко – всего в двадцати сантиметрах от моего лица. Я видела своё испуганное отражение в холодном металле.

– Что с тобой, Роксана? – строго, с нотками стали в голосе спросил он. – Ты упала в обморок.

Я почувствовала некоторую неловкость от того, что увидела личное из жизни Верховного и Октавии. Я словно подсмотрела в замочную скважину. Интересно… выходит, я была в их общем воспоминании. Но каким образом Октавия меня увидела? Потому что тоже Видящая?

Вопрос было больше, чем ответов.

– Всё... всё нормально, – пробормотала я, отводя взгляд. – Просто стало плохо. Голова закружилась.

Но в тоже время мой мозг уже лихорадочно работал, пытаясь понять, что я могу выиграть из того, что узнала. И перспективы вырисовывались просто великолепнейшие. Я теперь точно знала, что Мареку нужна Видящая.

А мне нужна свобода. Осталось понять, как правильно действовать, чтобы её получить.

Глава 10.

И в этот момент тишину кабинета нарушил громкий, требовательный звук. Мой живот заурчал, напоминая о себе.

– Когда вы ели в последний раз? – уточнил Марек.

– Не помню... – я нахмурилась, пытаясь собрать мысли в кучу. – Вчера в обед?

– Вы упали в голодный обморок, – пришёл к выводу Верховный.

Марек выпрямился, убирая руки. Тепло его тела больше не грело меня.

– Лежать, – коротко приказал он. – И не вставать.

Марек пошёл к двери, а я проводила его взглядом.

Какой властный мужчина. Наверное, именно так он отдаёт команды своим цепным псам или теням. Способен ли он вообще на какие-то чувства?

Драгош вышел за дверь, и я услышала, как он кого-то зовёт в коридоре.

Оставшись одна, я откинулась на подушки, глядя в потолок. В голове всё ещё звучал отчаянный голос Октавии.

Почти так же холодно и отстранённо Марек вёл себя с ней. Хотя она принцесса. А ползала перед ним на коленях, умоляла о крупице внимания, будто кошка.