Жрец Хаоса. Книга VIII (СИ) - Борзых М. - Страница 20

— Спасибо, вы мне очень помогли, — поблагодарил я Леонтьева.

А ведь камни я уберёг, и на них были некие руны. Часть, правда, была начерчена кровью, и лишь другая часть выцарапана на камнях. Вот бы ещё в памяти восстановить всё это — цены бы не было.

Таким образом, разговор с Юмэ всё переносился, пока Эльза не предупредила меня, что к вечеру третьего дня перестройка организма кицунэ должна будет завершиться, и она, вероятно, придёт в себя. Бежать из моего дома ей особо было некуда. К тому же, после некоторых бесед Савельев передал мне документы, найденные при тщательном обследовании завода. Сперва я даже не понял, что попало мне в руки. Ведь на рулон шёлка в тубусе у меня мало ассоциировался с документом, но развернув лоскут ткани, вручную исписанный и заверенный кровью, я впечатлился. Там описывались условия выхода Юмэ Кагэро из рода японских иллюзионистов на вольные хлеба. Видимо, мать торговалась за свободу кицунэ до последнего, ибо Юмэ ушла отнюдь не с голой задницей. В описи были как финансовые активы, так и недвижимость. Отдельно был оговорен запрет на использование родовых артефактов и обучение кого-либо родовым техникам. В целом, Юмэ даже сейчас была обеспеченней Угаровых на момент моего попадания в тело Юрия. Но меня мало интересовали её деньги. Да и моим обучением кицунэ вряд ли будет заниматься. Теперь у меня есть Кхимару и Ражев. Более того, Юмэ и хотела находиться рядом со мной, чтобы вспомнить своё прошлое. Вспомнила, и даже встала на путь обожествления. Но кровную клятву это не отменяло. Потому поговорить нам всё же нужно было.

Как там сказал Кхимару: она сперва стала причиной моего появления на свет, а после попыталась убить, чтобы я не достался кому-либо. Весьма ревнивая парадигма.

Хотя Пустота не так давно сделала то же самое: сперва сделала меня своим первожрецом, а когда я не захотел плясать под её дудку, попросту попыталась меня убить. Интересно, это у всех женщин одинаковая логика поведения? Или же только богини столь неоригинальны? На фоне кицунэ и Пустоты Эсрай, как единственная знакомая мне полубогиня, выглядела вполне оригинально — та попросту решила сбросить со мной напряжение после многотысячелетнего плена, отблагодарив меня совершенно иначе. Но, тут главное — не обмолвиться её отцу или матери о подобных игрищах, а то появятся другие заказчики на моё убийство.

Пока же, возвращаясь с обучения после общеобразовательных предметов, я планировал всё-таки с бабушкой и Кхимару отправиться на полигон. О тестировании площадки полигона мы договаривались накануне, раз уж по расписанию у меня выпало занятием по химерологии. Отправляясь на тренировочный полигон, я заодно вспомнил ещё об одном моменте, которым давно хотел поинтересоваться у бабушки. Поэтому полёт мы провели в неспешной беседе.

— Елизавета Ольгердовна, а какое отношение имеет бывший архимаг Капелькин к нашему роду?

Княгиня только скривилась.

— Запомни, Юра, бывших архимагов не бывает. Мёртвые — бывают, бывшие — нет. Даже если по какой-то причине источник мага утрачен — либо перегрет, либо деформирован, — знания из его головы никуда не денутся, и он всё равно в большинстве случаев, при наличии заёмных источников силы, смог бы уделать любого маломальски серьёзного противника. Потому Капелькина ты очень зря сбрасываешь со счетов, ещё и недооцениваешь.

— Да нет, я-то как раз его не недооцениваю, — тут же отказался я от бабушкиных обвинений. — Уж после того, как это создание умудряется возникнуть из капель воды и также испариться, у меня как-то, знаете ли, наглости не хватит обозвать его слабым магом. А вот наличие у него осьминожьих щупалец как бы напрямую намекает на связь с нами. Тем более, то, как филигранно он ими управляет, и вовсе заставляет думать, будто бы он наполовину водное создание.

— Это примерно так и есть. Судя по размеру щупальцев, там даже не наполовину, а на две трети, — рассмеялась бабушка. — Бедному даже бассейн подземный пришлось построить для того, чтобы успокоить сущность осьминога в себе. А так, Капелькин — один из двух десятков архимагов Чёрной сотни, прошедших обучение в стенах столичной академии и дававших личную клятву ещё деду нынешнего наследника престола. Так что практика выискивать магических самородков в народе и обучать их за счёт империи не нова — здесь принц всего лишь возродил старую добрую традицию, пытаясь пополнить поредевшие ряды архимагов. Что же касается Капелькина… он выслужил личное дворянство. Когда я была ещё совсем девчонкой с косичками, он был с моим дедом в весьма хороших отношениях. Именно поэтому, когда случилось очередное тихое брожение океана, он всё-таки отправился искать своего боевого товарища.

— Что такое «тихое брожение океана»? — поинтересовался я.

Бабушка изумлённо уставилась на меня, а после махнула рукой:

— Всё забываю, что ты же только в начале обучения. На самом деле, Юра, людям свойственно бороться за ареал обитания не только между собой. Про тварей из Пустошей ты уже знаешь, но есть и другие наши соседи по миру.

— Это кто и где? — удивился я.

— Самую обычную географию и тектонику нашего мира в общих чертах себе представляешь?

— Да, движение огромных плит, на поверхности которых живут люди, порождает вулканическую активность, землетрясения и прочее.

— Всё верно. Как думаешь, Камчатка с Шивелучем, Сахалин, Курилы — к чему относятся?

— К Тихоокеанскому огненному кольцу, — припомнил я.

— Всё верно, так и есть. Соответственно, когда происходит так называемое тихое брожение океана, это означает, что сдвигается земная кора, в некоторых местах высвобождается огромное количество лавовых масс, а океан в таких точках просто вскипает. Его скрытые обитатели, для того чтобы спастись, выбираются из глубин на поверхность, на время конкурируя с нами за ареал обитания. Однажды, во время тихого брожения, из Курило-Камчатского желоба наверх поднялось нечто столь шедеврально огромное, ужасающе-прекрасное, да ещё обладающее зачатками магии, что Капелькину пришлось вступить с ним в противостояние. Разом лишиться всего Тихоокеанского флота империя не могла.

— Погодите, княгиня, вопрос. Если у него случилось противостояние с водным существом, каким образом он оказался в жерле Шивелуча? — уточнил я. — Я думал, он с кем-то из воздушников не поделил ареал обитания.

— Вот это самое интересное. Не скажу, что упокоив, это было нереально, но успокоив своего противника и планируя отправить его чуть позже в глубины океана, Капелькин спеленал спрута и копил силы через накопители, чтобы через время провести доставку врага на дно желоба. В этот момент большая, плавающая, огромная туша, никоим образом не сопротивляющаяся, привлекла внимание кое-кого побольше. Мы не учли, что лава поднялась не только на дне океана, но и в других местах. Из Шивелуча ударил километровый столб пепла, под прикрытием которого из недр вулкана выбралось нечто лавово-огненное. И оно мало было похоже на животное, скорее уж на подобие элементаля или же мифической рептилии с крыльями летучей мыши, по которым в океан стекала раскалённая лава…

Я видел, как Кхимару хмурился при описании легендарного существа, однако у меня отчего-то на подкорке зудел лишь один вопрос:

— Оно было большое?

— Что?.. — не сразу поняла мой вопрос бабушка, прерываясь. — Дед говорил, что твари такого размера не должно было существовать в природе. Она бы просто не взлетела. Но эта… не просто летала, она выбрала себе в качестве десерта океанического спрута. На верхушке того самого спрута болтался ещё и обессиленный Капелькин в человеческом обличии. Тварь же оказалась гурманом и решила еду сперва поджарить где-нибудь на углях, так сказать, запечь и лишь после этого употребить. Вот так и спрут, и Капелькин рухнули однажды в жерло Шивелуча.

— Магия магией, но в жерле действующего вулкана вряд ли выжило бы живое существо, — пробормотал с улыбкой Кхимару.

— Ты считаешь меня выдумщицей? Или стоит выразиться прямолинейней? — всегда спокойная бабушка вдруг, что называется, окрысилась с полунамёка. Что это вдруг на неё нашло?