Стратег из ниоткуда. Дилогия (СИ) - Атаманов Михаил Александрович - Страница 21

— Но ни дух Красной Змеи, ни другие духи волшебного Леса не признали бы чужаков и не стали бы делиться с ними своими силами! — высказала своё мнение третья присутствующая на совещании волшебница — безумно красивая вечно молодая девушка в живой мантии из цветов.

— Ты так уверена, советница? — с сомнением покачал головой мудрый король, который в вопросах общения с лесными духами разбирался куда лучше своих подчинённых, поскольку сам возглавлял сильнейший Род Зелёного Дракона и за сотни лет сотрудничества с духовным покровителем и защитником научился прекрасно понимать его. — За неполные три дня пройти путь от леса Красной Змеи до границы эльфийских территорий невозможно, если только тебе не помогают лесные духи. Да и у наших соседей из Западной Империи люди отошли от веры в богов и поклоняются духам-защитникам Древних Родов, а те духи отвечают людям своими благословениями. Так что, полагаю, призванных в священный Лес людей духи бы не отвергли, а наоборот наделили бы своими благами. Могучие же герои, в свою очередь, усилили бы приютившие их Рода. Впрочем, это можно будет вскоре проверить…

После первых дней опасности, неопределённости и хаоса в новом мире наступил период странного спокойствия и умиротворения. Дни потекли тихие и похожие один на другой, словно капли воды. Я просыпался с первыми лучами солнца и кормил сырой рыбой уже терпеливо поджидающего меня во дворе огромного ворона. Поправлял рыбу в сушилке, затем лез в реку и проверял сеть, после чего давал задание на день уже вылезшей к тому моменту из подвала кикиморе — прополоть огород, натаскать чистой воды в бочку, постирать одежду или собрать корзину ягод на болотах. Сам час-другой работал во дворе, после чего собирал связки рыбы и шёл в деревню.

Там продавал, а точнее обменивал рыбу на нужные мне товары, поскольку практически все находившиеся на руках у небогатых селян монеты уже успели перекочевать ко мне. Три серебряных и горсть медных. Мне стало понятно условие хитрого старосты Демида отдать долг обязательно целиком — двадцати серебряных монет в небогатой деревушке Сухой Луг попросту не было, а потому глава деревни рассчитывал получать свежую рыбу от меня чуть ли не вечно.

Впрочем, я не особо расстроился, поскольку рассчитывал рано или позже застать периодически посещающих Сухой Луг купцов, у которых и надеялся получить недостающие для выкупа «правильной бирки» монеты. Пока же знакомился и налаживал отношения с селянами, обновил свой гардероб, закупился необходимой мне в большом количестве солью и другими товарами, да и в целом радовался спокойной жизни. У деревенского кузнеца заказал нормальный наконечник для остроги взамен того ржавого убожества из погнутых гвоздей, которым до этого пользовался. Что интересно, заказ мастер делал не сам, а передал своей дочке — розовощёкой и крепкой девушке по имени Варья, которая с лёгкостью гнула подковы своими сильными руками.

Вышло отменно — острое, волнообразное и при этом зазубренное лезвие длиной сантиметров тридцать, которое отлично насадилось на древко и плотно сидело, не шатаясь. Я в тот же день бил рыбу на речных перекатах уже своим новым оружием и оценил все его преимущества. А на следующий день, решившись и взяв с собой подмогу в виде охранника-древня, пошёл на тот холм, где ранее меня сильно напугали и едва не сожрали крысоволки, или вервы по местному.

Не знаю, то ли я действительно стал сильнее и увереннее, то ли сказывалось присутствие болотного монстра на моей стороне, но за крысоволками пришлось изрядно побегать, поскольку они меня откровенно боялись. И если бы не помощь наблюдавшего с высоты за моей охотой ворона, который в итоге пронзительными криками и разрядами молний погнал-таки хищников на меня, я бы бегал за добычей весь день без какого-либо результата. А так два быстрых укола в грудь, и два крысоволка корчились у моих ног, третьего же задушил вовремя подключившийся к битве древень. Шкуры с вервов я снял, хоть это оказалось очень непросто и крайне долго с непривычки, и теперь они сушились у меня во дворе на деревянных распорках. Мясо же поделили древень с вороном, а после них остатки добрали многочисленные падальщики. Теперь прямая дорога от домика до деревни была открыта, и время в пути сократилось как минимум втрое.

Что интересно, в тот же вечер мой уединённый домик рыбака посетила молоденькая и весьма симпатичная сельская девушка по имени Януся — одна из тех двух принарядившихся красавиц, которые встречали меня в первый день. При этом вела себя Януся странно и совершенно неестественно — хоть и очень сильно стеснялась, но всё порывалась снять платье и затащить меня в домик на тюфяк, набивку в котором я только вчера заменил на свежую из подсушенного сена. Опыта общения с девушками именно в таком их игривом состоянии у меня пока что не было никакого, но всё же в моём понимании совершено не так должна была вести себя скромная деревенская красавица на первом свидании, и эта фальшь с излишним напором настораживала и отпугивала.

Возможно, я бы и поддался в итоге, тем более что Януся была достаточно миловидной и весьма напористой. Но вот присутствие поблизости русалок Лереи и Винеллы, которые из реки с расстояния всего трёх шагов наблюдали за этим необычным представлением и давали мне советы один другого пошлее, как-то не способствовало возбуждению и уединению. Что интересно, человеческая девушка русалок не видела и не слышала, как не видела и домового в дверях домика, и огромного чёрного ворона на крыше сушилки для рыбы. Но я-то всю эту нечисть видел! И в столь неподходящий момент чужое присутствие в непосредственной близости напрягало и сбивало с настроя.

Закончилось всё достаточно предсказуемо — примчался отец Януси вместе с двумя её старшими братьями, причём все трое были злыми и с дрекольем в руках. Я еле успел дать указание опасному древню пропустить незваных гостей, иначе могло случиться непоправимое. По-видимому, увиденное троицу прибывших удивило и расстроило, поскольку Януся всё ещё находилась при одежде, да и молодой рыбак вовсе не тискал в домике на койке «пропавшую невесть куда дочку и сестру», а был занят сооружением во дворе коптильни для рыбы. Прибывшие извинились и увели «непутёвую». Проследившая за ними кикимора Кирена мне потом рассказывала, что на обратной дороге к деревне родственники попрекали расстроенную и едва не плачущую девушку за то, что не справилась с простейшим заданием и не охомутала перспективного парня. Русалки же потом обидно хохотали весь вечер и обсуждали случившееся вместе с приплывшими на шум хвостатыми подругами. Лерея так и вовсе глумилась больше всех и предлагала мне свои услуги, когда «наберусь-таки смелости сблизиться с женщиной». Я старался не обращать внимания на их подначки, хотя конечно насмешки над моей неопытностью и задевали.

И вот на пятый или на шестой день (без календаря тут сбиться было весьма легко, особенно при одинаковых, похожих друг на друга днях) я снова пришёл в деревню с очередной партией рыбы. И сразу же обратил внимание на запряжённую двумя кобылками большую крытую повозку возле домика старосты Демида. Неужели долгожданные купцы прибыли? Я поскорее избавился от половины улова, передав рыбу постоянным покупателям, и поспешил в дом старосты.

В сенях меня встретил угрюмый незнакомый мужчина в плотной кожаной куртке, поверх которой для большей защиты ещё и была надета кольчужная безрукавка. Длинный меч в ножнах на поясе не оставлял сомнений в том, что вижу перед собой я вовсе не сельского труженика. Охранник купеческого обоза? Вооружённый мужчина смерил меня недовольным взглядом, однако пропустил в дом.

Староста деревни вместе с ещё одним вооружённым незнакомцем в кольчуге сидели за обеденным столом, на котором вместо еды была разложена целая гора кожаных квитков с непонятными выжжеными на них письменами. При моём появлении Демид явно обрадовался и, покопавшись в груде кожаных бирок размером с игральные карты, вытащил одну из них и протянул собеседнику за столом.