Стратег из ниоткуда. Дилогия (СИ) - Атаманов Михаил Александрович - Страница 33

Может, звёзд с неба местный командир и не хватал, и по части боевых умений безнадёжно уступал призванной героине и четвёрке её телохранителей, но дело своё знал неплохо, и вверенную крепость содержал в порядке. Я в этом сразу же убедился, обойдя внутреннюю территорию, всю южную стену и даже взобравшись на дозорную левую вышку. Везде на стенах видел запасы тяжёлых камней и факелов, в башнях заготовленные бесчисленные пучки стрел, а в бочках набранную воду на случай тушения пожаров. Крепость была готова к отражению штурма, а сейчас, когда гарнизон был усилен, и вовсе представляла из себя надёжное препятствие на пути врага.

И пока солдаты ставили палатки, поскольку всех прибывших местная казарма вместить не могла, я поймал одного из пробегавших бойцов гарнизона и расспросил о противнике. Ну что сказать? Особых поползновений с той стороны никогда не было, хотя в самом ущелье и на скалах дозорные нередко замечали группы вражеских разведчиков.

— Особенно они любят вон туда вкарабкиваться, — боец указал на отвесную скалу с правого фланга, с которой открывался прекрасный обзор на нашу крепость, и даже наверное был виден внутренний двор. — Эту скалу мы зовём Орлиным Глазом, потому как орлы там гнездятся, и оттуда всё видно.

Да, отличная смотровая точка. На месте врага я бы вообще организовал там постоянный пост наблюдения. Я расспросил, как туда возможно взобраться, и боец подробно объяснил путь из ущелья. Однако сразу предупредил, что даже в сухую погоду путь туда непростой, а уж в дождь по мокрым камням и вовсе шею можно себе свернуть. Тем не менее, скала Орлиный Глаз меня очень заинтересовала. Если вражеские наблюдатели находились там эти вечером, то непременно видели прибытие в крепость Алатырь-Кала подкрепления и даже во всех подробностях сосчитали наше воинство. Так что неожиданной наша завтрашняя атака для врага точно не станет, и вопрос оставался лишь в том, каким силами обладает неприятель?

Тут меня стал звать чёрный рыцарь, один из четвёрки угрюмых телохранителей «святой», так что пришлось спускаться с дозорной вышки во двор.

— Вот! — этот мордоворот вытащил из кожаного мешка толстый и тяжёлый металлический обруч. — Он уже заряжен магией и взведён. Если не вернёшься к рассвету, попробуешь снять его или отойдёшь от крепости дальше десяти тысяч шагов, ошейник тебя сразу убьёт. Это на всякий случай предупреждаю, обычно все в таких смирными становятся и не думают ни о каком побеге.

После этих слов предупреждения мордоворот защёлкнул металлический обод на моей шее и, сразу же потеряв ко мне всякий интерес, поспешил вернуться к своей хозяйке. Я же прислушался к своим ощущениям. Тяжёлый. Не давит, но непривычно и крайне обидно носить такую вещь. И вроде как ошейник ощущался слегка тёплым и покалывал кожу. Что же до «подчинения», то никаких изменений я что-то не почувствовал. Голова соображала нормально, мысли о побеге или причинении вреда подлой «святой» тоже ошейник не блокировал. Может он и не работает вовсе? Но проверять это я всё же не собирался.

Третьего в мою группу полусотенник Альвар Везучий так и не нашёл, но вот два тёмных длинных плаща мне и с готовностью отправившемуся вместе со мной мальчишке Витору Подхвату всё же выдал. В вечерних сумерках и под непрекращающимся дождём нас выпустили за ворота, после чего массивные створки поспешили закрыть. Насколько я знал, после пропажи сразу двух патрулей ещё седьмиц пять назад бойцы местного гарнизона не рисковали ходить в сторону ущелья, а уж ночью за ворота они так и вовсе никогда не выбирались. Так что сведения о противнике были устаревшими как минимум дней на сорок, а то и того более. И если бы не перебежчик из Королевства Трёх Братьев, две седьмицы назад сам пришедший со стороны ущелья и постучавшийся в ворота, о ситуации в Тёмном Бастионе и вовсе ничего не было бы известно.

— Так что мы будем делать, Альвар? — поинтересовался мой юный напарник, воспринявший предложение вместе отправиться на ночное задание с большой радостью. — Подкрадёмся к вражеской крепости?

— Не совсем. Сперва мы действительно пойдём по ущелью и посмотрим, не припасено ли врагом там сюрпризов вроде скрытых ям с кольями и прочих ловушек. Может и на крепость издали посмотрим. Но потом свернём на обсыпавшийся склон справа и будем карабкаться по мокрым камням всё выше и выше. Где-то там проходит тропка, которой вражеские дозорные регулярно пользуются. Попробуем их подстеречь, оглушить и связать. Если же не найдём тропинку и никого не встретим, полезем вон туда на Орлиный Глаз, — я указал на высоченную тёмную скалу, возвышающуюся над всеми остальными. — Там постоянно кто-то сидит, так что врага мы точно найдём. Но вот сможем ли туда вскарабкаться в темноте и в дождь, не зная правильной дороги…

Витор взглянул на скалу, задрав голову, у него даже кожаный шлем слетел.

— Высоко…

— Высоко, — подтвердил я. — Так что путь на Орлиный Глаз оставим напоследок. А сейчас давай лучше подумаем о другом: как оглушить противника, не убив его при этом, если мы врага всё же встретим. Ты, когда с ворами общался, может слышал от них про способы оглушить одинокого ночного путника? Свинчатка там или кистень самодельный?

К сожалению, мальчишка в таком деле ничем помочь не мог. Он «специализировался» на срезании кошелей у ротозеев, ну и немного разбирался в отмычках и замках, но вот грабежом и вооружённым разбоем на столичных улочках Иль-Брены никогда не занимался. Пришлось мне подсказывать самому и при этом надеяться, что моя легенда «мирного рыбака» после такого не развеется.

— Присмотри округлый камень размером чуть меньше кулака. Вот примерно такой, — я наклонился и подобрал подходящий булыжник. — Достань кусок ткани, что нам выдали для перевязки ран. Заверни в него камень и завяжи узлом. Остаток ткани скрути в плотный жгут. Вот так. Такое оружие называется в разных местах по-разному — среди военных «кистень», в тюрьмах «калямба». Сооружается из подручных средств и очень быстро. Но если такой штукой размахнуться и попасть противнику по руке, то его кости сломаются, и нож он держать больше не сможет. Если по голове, то череп пробьёшь. Очень надеюсь, что враги будут всё же в шлемах, иначе мы их попросту поубиваем…

— Альвар, ты где такому научился? — как я и опасался, такие мои знания показались напарнику странными для мирного рыбака.

Пришлось врать и говорить «про рассказы отца, который в молодости одно время находился среди лихих разбойников и грабил путников, пока не женился и не остепенился». Тем же самым я объяснил необходимость вымазать лицо, кисти рук, да и тряпичный кистень тоже, в саже — я специально перед опасным ночным выходом набрал её из дымохода на кухне и завернул в лист лопуха. Как две чёрные тени мы двинулись дальше в ущелье, и мой напарник аж поскуливал от нетерпения и желания применить новые знания на практике.

К Тёмному Бастиону мы близко подходить не стали и, посмотрев на далёкие огоньки в ночи, тихо отошли. Противника же увидели глубоко за полночь, когда взобрались на скалы и долгое время ходили там в поисках тропы, рискуя в темноте оступиться, сорваться с большой высоты или сломать ноги в бесчисленных трещинах. Наконец, встретили в одном месте воткнутую меж камней метровой длины палку с белой тряпкой — видимо, это была одна из вешек, отмечавших правильный путь. Именно возле отметки я и приказал затаиться и ждать. Наконец, мой напарник, сильно к тому времени замёрзший и растерявший весь свой изначальный энтузиазм, указал на огонёк вдали. Огонёк приближался.

— Сюда идут. Прячемся! — я указал на большой камень.

Вскоре показались двое. В плащах и капюшонах, один с ярким фонарём в руках. Они брели в ночи сквозь дождь, и вскоре я даже расслышал брюзжание более высокого.

— Осторожно, господин волшебник. Камни осыпаются. Тут ноги сломать, как нефиг делать. И понесло же вас в ночь и такую непогоду на Орлиный Глаз… Нет бы утра дождаться!

— Сам знаешь, я человек подневольный. Что барон приказал, то и вынужден делать. Поверь, я бы тоже в постели сейчас с большей охотой валялся, а не тащился по этим склизким камням. Но дозорный прислал птицу с сообщением, и его слова необходимо проверить. Посмотреть своими глазами, кто там со стороны Брены припёрся…