Ртутное утро - Деружинский Артем Владимирович - Страница 11

— Якуб, — искаженно, будто под водой. Пытаюсь отмахнуться, но руки не слушаются.

— Ты меня вообще слышишь? — резкий и четкий голос проникает в ухо.

Открыв глаза, вижу темный ангар в лобовом стекле, экраны панели управления под ним, джойстики руля. Поворачиваю голову налево. Рядом, скрестив руки, стоит Кора.

— Ну наконец-то. Ты в курсе, что у тебя бортовая система не исполняет команды? — с недовольным видом смотрит куда-то в потолок.

— Система выполняет все требования безопасности и не выполняет хотелки несанкционированных пользователей, — Ворон выступает в свою защиту.

Протираю глаза, пытаюсь прогнать остатки сна и вникнуть в происходящее.

— А почему бы не сделать Кору санкционированной? Она и так, можно сказать, под достаточным количеством санкций, — долгий зевок перебивает мысль.

Она обиженно фыркает, Ворон молчит. Повисла пауза, утягивающая обратно в сон. 

— Ворон, будь добр, открой дверь, — сквозь зубы просит Кора.

После нескольких секунд тишины дверь со щелчком уходит в сторону. Безбилетница резким шагом покидает джет.

— Раньше ты отличался контекстной гибкостью, а тут внезапно такие строгие правила, — перехожу на шепот, — между нами, я тоже ей не до конца доверяю. Но всякие мелкие просьбы можешь выполнять. Чтобы она меня не будила.

Руками об лицо сбрасываю сонливость и встаю. В глазах темнеет, лоб тяжелеет. Слишком резко поднялся. Урчание в животе напоминает про купленную еду и воду. Достаю из холодильника пластиковую бутылку, а из шкафа коробку нутовых печенек. Через лобовуху вижу, как Кора идет обратно с термокружкой и жует батончик. Сажусь на ступеньку металлической лестницы и наблюдаю. Она ставит еду на крышу дрона, отряхивает руки в перчатках, открывает панель на корпусе и лезет туда. Ее методичное копание в электрике напоминает мне один случай из прошлого.

Как-то раз с Ли так же проводили утро. Я возился с Вороном, Ли наблюдал и задавал тупые вопросы. «А это что? А это зачем? А как это работает?». Полный профан в технике был. А потом оказалось, что как человек он не лучше.

От этой мысли что-то откликнулось внутри. Позыв толкает слова вверх. Стараюсь запить их, но они прорываются через плотину контроля:

— Тебя когда-нибудь предавал друг? 

Кора на мгновение прекращает копаться и отвечает: 

— Не было друзей.

— Сейчас я понял, что у меня тоже. Был только один идентичный натуральному, как это печенье, — откусываю с хрустом. 

Она высовывается, берет кружку и разворачивается ко мне. 

— Пару дней назад этот человек попросил меня об услуге. Мол, другу-ученому надо отвезти кейс с образцами на МОС. Ну я и отвез, на таможке по совпадению проверка еще была. Отдал груз, в том же отеле снял номер. А ночью постучались гости с синими ксиввами, — смачиваю горло, Кора внимательно слушает. — «Обвиняетесь в убийстве». Кейс, короче, оказался не простым, получатель тоже, а друг оказался вдруг. На следующий день решил слетать к нему на квартиру, обратно на Луну. И знаешь что я там увидел? Ничего, будто и не жил он там. Только вот это.

Достаю плеер из пальто. Холодный пластик обжигает руку, будто отговаривает меня. Включаю запись. Опять эти лживые слова, опять оправдания. Горький ком подступает к горлу, взгляд начинает плыть, а руки трястись. «И еще: не пытайся меня найти. Прощай». Эти слова замораживают в беспомощной злобе. Образовавшуюся тишину прерывает Кора своим сербанием из кружки.

— Ну а дальше выстрел, какая-то неудавшаяся засада и побег. Но вчера… — эти слова даются с трудом. — Вчера на меня вышел агент Красных.

Кора резко поднимает на меня глаза, полные ужаса. Страшно представить, что она уже успела надумать.

— Эй, все нормально. Он пролил свет на ситуацию. Не должен был я появляться там, где появился. Ошибка. Случайность, — заедаю эти слова печеньем. — Никто на меня не охотился.

Она запивает батончик, молчит и смотрит в пол. Технический гул станции, шорохи одежды и физически ощущаемое напряжение. Кажется, она уже все поняла.

— И получается, что… — с таким же прикованным к полу взглядом.

— Да, я впутал тебя зря. Прости. — последний глоток воды громко сжимает бутылку.

Холодный полумрак ангара окутал нас своей тишиной. С каждой секундой она становится все плотнее, давит на плечи. 

Давай. Прощальные слова, и улетаем отсюда.

Внезапно Кора оттаивает и подходит к лестнице:

— Спускайся, покажу кое-что.

В недоумении следую за ней вглубь станции. Лишние моменты только усиливают тяжесть расставания. Зачем затягивать? 

Пройдя несколько коридоров и спустившись по лестнице, доходим до закрытой двери. Кора прикладывает к сенсорным панелям руки и смотрит в глазок на стене. Одобрительный звук прокатывается по помещению, дверь открывается. Внутри небольшой комнатки стоит 2 сервера, на стенах цифровые панели, в углу компьютер. Кора пробегается пальцами по интерфейсам, достает кабель и вставляет в порт одного из серверов.

— Раз ты тут остаешься, тебе понадобится связь, — протягивает другой конец кабеля мне.

Она не выгоняет и даже дает доступ к сети? Я к ней навязался, вытянул из безопасного места, чуть не оставил ее корпоратам на съедение. А она доверяет мне связь. 

Вставляю штекер в телефон, полоски интернета оживают, приходят уведомления. В списке лежит одно от неизвестного пользователя:

«Здравствуйте, Якуб. Настало время платить долги. Направляйтесь в Мертвый Купол, позже вышлю инструкции. Конечно, у вас есть право отказаться, как и право на справедливый суд. Но давайте не будем усложнять друг другу жизнь, я и так из-за вас утопаю в бюрократии».

Что-ж, Синие меня предупреждали. А ведь была надежда, что они просто про меня забыли, потеряли в базах.

Поворачиваю голову налево и вижу Кору, из-за спины читающую сообщение от корпората.

— И он думает, что ты побежишь исполнять его хотелки? — она поднимает на меня шутливый взгляд.

Не разделяю ее оптимизма и серьезно смотрю в ответ.

— Подожди, ты же не будешь… — ее голос начинает терять уверенность.

— А что мне остается? — убираю телефон в карман. — Вряд ли они простят убийство.

— Нет-нет-нет. Все эти рассказы про долг, просьбы. — Кора опирает голову об руку и начинает нервно ходить по комнате. — Они строят из себя людей, а потом…

— Да ладно тебе. Закрою ему пунктик в отчете, он снимет обвинение, — пытаюсь успокоить. Себя в том числе.

— Это просто тупо! Он от тебя не отстанет, понимаешь?! — Кора взрывается, взмахивает руками.

— А какие еще варианты?! Помимо уголовки эта гнида может поблокировать счета, пропуски, лицензии. Вообще все! — я тоже злюсь от осознания своего положения. 

— А мне ли не знать?! Ты думаешь, я не пыталась с ними договорится? Они ослеплены своей властью, — садится за стол и закрывает лицо руками. — Ты можешь просто остаться, переждать и не рисковать.

— И сколько ждать? Год? Пять? Десять лет? Посмотри на себя. Извини, но это не жизнь, а существование, — от моих слов Кора на секунду замирает, смотрит на руки.

— Конечно, проще ведь быстро сдохнуть. И даже думать не надо, для тебя уже все приготовили, — ее ледяные линзы переводятся на меня и прожигают насквозь. — Ну так давай, иди. А я тут как-нибудь продолжу существовать.

— Я точно не собираюсь сидеть и трястись от каждого звука, боятся собственной тени и просто гнить в этой дыре. А конторские все равно придут, рано или поздно, — эти слова вылетели на эмоциях и, кажется, попали куда не следовало. 

Кора меняется в лице. Под ее линзами проступают слезы, кулаки сжимаются. Не в силах остановится, иду на выход. Уже почти привычные коридоры Сферы теперь опять холоднее абсолютного нуля. Они хотели сожрать меня, обвить паутиной и медленно переваривать. 

Но хрен вам, у вас уже есть добыча.

Со скованным взглядом и механической четкостью залезаю в Ворона, завожу и вылетаю из ангара. Сердце все еще не может успокоится, мозг прокручивает слова, нога стучит об пол.