Одиссея - Гомер - Страница 59

Тем ожерельем моя благородная мать и рабыни

Все любовались; оно по рукам их ходило, и цену

Разную все предлагали. А он, по условию, молча

Ей головою кивнул и потом на корабль возвратился.

465 Из дому, за руку взявши меня, поспешила со мною

Выйти она; проходя же палату, где множеством кубков

Стол был уставлен для царских вельмож,

приглашённых к обеду

(Были в то время они на совете в собранье народном),

Три двоеручных сосуда проворно она, их под платьем

47 °Cкрыв, унесла; я за нею пошёл, ничего не размысля.

Солнце тем временем село, и все потемнели дороги.

Пристани славной, поспешно идя, наконец мы достигли;

Там, оплыватель морей, ожидал нас корабль финикийский;

Все собрались на корабль, и пошёл он дорогою влажной,

475 Взяв нас, меня и её, и Зевес ниспослал нам попутный

Ветер; шесть суток и денно и нощно мы по морю плыли.

Но на седьмой день, как то предназначено было Зевесом,

Вдруг Артемида изменницу быстрой убила стрелою:

Мёртвая на пол она корабельный упала морскою

480 Курицей – рыбам её и морским тюленям на съеденье

Бросили в море; а я там остался один, сокрушённый.

Волны и ветер попутный корабль принесли наш в Итаку;

Здесь я Лаэртом на деньги его был у хищников куплен.

Так я Итаку впервые своими глазами увидел».

485 Выслушав повесть, Евмею сказал Одиссей богоравный:

«Добрый Евмей, несказанно всю душу мою ты растрогал,

Мне повествуя, какие с тобою беды приключились;

С горем, однако, и радость тебе ниспослал многодарный

Зевс, проводивший тебя, претерпевшего много, в жилище

490 Кроткого мужа, который тебя и поит здесь, и кормит

С нежной заботой; и жизнь ты проводишь весёлую; мне же

Участь не та – без приюта брожу меж людей земнородных».

Так говоря о былых временах, напоследок и сами

В сон погрузились они, но на малое время; был краток

495 Сон их: взошла светлотронная Эос. В то время у брега,

Снасти убрав, Телемаховы спутники мачту спустили,

Быстро к причалу на вёслах корабль привели и, закинув

Якорный камень, надёжным канатом

корабль утвердили у брега;

Сами же, вышед на брег, поражаемый шумно волною,

500 Вкусный обед приготовили с сладким вином пурпуровым.

Свой удовольствовав голод питьём и роскошной едою,

Так мореходцам сказал рассудительный сын Одиссеев:

«В город на вёслах теперь отведите корабль чернобокий;

Сам же я в поле пойду навестить пастухов и порядком

505 Всё осмотреть там; а вечером в город пешком возвращуся;

Завтра ж, друзья, в благодарность за ваше сопутствие, вас я

В дом наш со мной отобедать и выпить вина приглашаю».

Феоклимен богоравный тогда вопросил Телемаха:

«Сын мой, куда же пойти присоветуешь мне ты? К какому

510 Жителю горно-суровой Итаки мне в дом обратиться?

Или прямою дорогою в ваш дом пойти к Пенелопе?»

«Феоклимен, – отвечал рассудительный сын Одиссеев, —

В прежнее время тебя, не задумавшись, прямо бы в дом свой

Я пригласил: мы тебя угостили б как должно; теперь же

515 Худо там будет тебе без меня; ты увидеть не можешь

Матери милой; она, на глаза женихам не желая

Часто являться, сидит наверху за тканьём одиноко;

Но одного я из них назову, он доступнее прочих:

То Евримах благородный, Полибия умного сын; на него же

52 °Cмотрит в Итаке народ, как на бога, с почтеньем великим.

Он, без сомнения, лучший меж ними; усердней других он

С матерью брака, чтоб место занять Одиссеево, ищет;

Но лишь единый в эфире живущий Зевес Олимпиец

Ведает, что им судьбой предназначено —

брак иль погибель?»

525 Кончил; и в это мгновение справа поднялся огромный

Сокол, посол Аполлонов, с пронзительным криком;

в когтях он

Дикого голубя мчал и ощипывал; перья упали

Между Лаэртовым внуком и судном его быстроходным.

Феоклимен, то увидя, отвёл от других Телемаха,

530 За руку взял, и по имени назвал, и шёпотом молвил:

«Знай, Телемах, не без воли Зевеса поднялся тот сокол

Справа; я вещую птицу, его рассмотрев, угадал в нём.

Царственней вашего царского рода не может в Итаке

Быть никакой; навсегда вам владычество там сохранится».

535 Феоклимену ответствовал сын Одиссеев разумный:

«Если твоё предсказание, гость чужеземный, свершится,

Будешь от нас угощён ты как друг и дарами осыпан

Так изобильно, что каждый, с кем встретишься,

счастью такому

Будет дивиться». Потом он сказал, обратяся к Пирею:

540 «Клитиев сын, благородный Пирей, из товарищей, в Пилос

Вместе со мною ходивших, ты самый ко мне был усердный.

Будь же таков и теперь, пригласи моего чужеземца

В дом свой, и пусть там живёт он, покуда

я сам не приду к вам».

Выслушав, так отвечал Телемаху Пирей копьевержец:

545 «Сделаю всё, и сколь долго бы в доме моём он ни прожил,

Буду его угощать, и ни в чём он отказа не встретит».

Кончил Пирей и, вступив на корабль,

приказал, чтоб немедля

Люди взошли на него и причальный канат отвязали.

Люди, взошед на корабль, поместились на лавках у вёсел.

550 Тут, в золотые сандалии сын Одиссеев обувши

Ноги, своё боевое копьё, заощрённое медью,

С палубы взял; а гребцы отвязали канат и на вёслах

К городу поплыли, судно отчалив, как то повелел им

Сын Одиссеев, подобный богам, Телемах благородный.

555 Сын Одиссеев тем временем шёл и пришёл напоследок

К дому, где множество было в закутах свиней и где с ними,

Сторож их, спал свинопас, Одиссеев слуга неизменный.

Содержание шестнадцатой песни

Тридцать седьмой день

Телемах приходит в жилище Евмея, который принимает его с несказанною радостию. Он посылает Евмея в город возвестить Пенелопе о возвращении сына. Одиссей, повинуясь Афине, открывается Телемаху; они обдумывают вместе, как умертвить женихов. Сии последние тем временем, подстрекаемые Антиноем, составляют заговор против Телемаховой жизни; но Амфином советует им наперёд узнать волю Зевеса. Пенелопа, сведав о их замысле, делает упрёки Антиною; Евримах лицемерно старается её успокоить. Евмей возвращается в хижину.

Песнь шестнадцатая

Тою порой Одиссей с свинопасом божественным, рано

Встав и огонь разложив, приготовили завтрак. Насытясь

Вдоволь, на паству погнали свиней пастухи. К Телемаху

Бросились дружно навстречу Евмеевы злые собаки;

005 Ластясь к идущему, прыгали дикие звери; услышав

Топот двух ног, подходящих поспешно, Лаэртов разумный

Сын, изумившийся, бросил крылатое слово Евмею:

«Слышишь ли, добрый хозяин?

Там кто-то идёт, твой товарищ

Или знакомец; собаки навстречу бегут и, не лая,

010 Машут хвостами; шаги подходящего явственно слышу».

Слов он ещё не докончил, как в двери вошёл, он увидел,

Сын; в изумленье вскочил свинопас; уронил из обеих

Рук он сосуды, в которых студёную смешивал воду

С светло-пурпурным вином.

К своему господину навстречу

015 Бросясь, он голову, светлые очи и милые руки

Стал у него целовать, и из глаз полилися ручьями

Слёзы; как нежный отец с несказанной любовью ласкает

Сына, который внезапно явился ему через двадцать

Лет по разлуке – единственный, поздно рождённый им, долго

020 Жданный в печали, – с такой свинопас Телемаха любовью,

Крепко обнявши, всего целовал, как воскресшего; плача

Взрыд, своему господину он бросил крылатое слово:

«Ты ль, ненаглядный мой свет, Телемах, возвратился? Тебя я,

В Пилос отплывшего, видеть уже не надеялся боле.

025 Милости просим, войди к нам, дитя моё милое; дай мне

Очи тобой насладить, возвратившимся в дом свой; доныне

В поле не часто к своим пастухам приходил ты; но боле