Тот еще тролль (СИ) - Гельт Адель - Страница 35

— Решим только, в качестве кого, — теперь я уже видел: майор нагнетает, имея в виду поставить парня перед выбором настоящим и окончательным. — Как ты думаешь, Ваня…

— Страшникам вечно не хватает подопытных… То есть, конечно, пациентов, — пожал я плечами, принимая правила игры. — То-то те будут рады! Вот только…

Опричная Ученая Стража — структура особая. Своего рода Держава-в-Державе, ребята опасные, непредсказуемые, не совсем нормальные. Это, как можно догадаться, тоже опричнина, орган карательный, следственный, даже надзорный, но в области совершенно отдельной — по части ученых разработок.

Не допустить, пресечь, устранить последствия… А то и верно, мало ли на что способна ненормальная ученая братия?

И вот еще что: кто поймет людоеда лучше, чем другой людоед?

В общем, репутация ОУС, они же Страшники, они же насельцы Казньской Лысой Горы… Крайне неоднозначная.

До усрачки страшно, вот какая.

— Только — что? — майор смотрел уже на меня, сощурился недовольно, но мелкие бесенята, прыгающие в электрических зрачках…

— А отдайте его мне! — попросил я. — Можно подумать, одному только Замку нужны… Ну, Вы поняли. Экспериментальные образцы.

— Не знаю, Вань, — усомнился Кацман. — Как-то не по закону. Задержанный же!

— Какой еще, — удивился я, — задержанный? Кто его задерживал? Где запись в журнале, кто свидетель? Где вот это вот «по существу заданных мне вопросов…»?

— Вроде как и не было никого? — обрадовался егерь. — А забирай! Нам же меньше мороки. Бумаги всякие… Да, забирай!

Фигурант поступил образом наилучшим: тихо выпал в обморок, в нем и оставался до самого нашего прибытия на земли дормитория «Сон Ильича».

— Размести его… Где-нибудь, — приказал Кацман Радомирову, передавая подданного Шулаева с рук на руки. Буквально: в себя тот еще не пришел… Благо, силушки богатырской обоим киборгам было не занимать. — И дверь запри. Снаружи.

— Значит, в хибару к костям конетваров, — решил корнет.

Я посмотрел на младшего опричника подозрительно: этот-то с чего в рифму заговорил? Да еще в такую же, как… Вы ведь помните? А, даже если и нет!

А потом мы взяли, да и поехали в полицейский околоток — в самый главный, тот, в котором лично мне бывать еще не доводилось.

— Полицейские, конечно, будут против, — рассуждал как бы сам с собой егерь, — моего, скажем, визита… Только куда они денутся!

— Дамир Тагирович, — кстати подольстился я. — А расскажите! Интересно же!

— Что тебе, — спросил киборг, — рассказать, Ваня? И о чем?

— Ну, как вы это. Капитан, хоба! — и майор!

— Слушай, ну хоть ты бы не подкалывал, — расстроился то ли егерь, то ли опричник. — Можешь ведь нормально говорить, как образованный! А все будто снага… Спасибо, хоть, не «в натуре, нах»!

Спорить тут было не с чем: пришлось молча согласиться, себе же пообещать как-то следить за тем, что местные называют словом «базар» — не имея в виду торговые площади. Я и вправду стал говорить как-то… Простенько. Даже с самим собой, даже мысленно, и тенденция эта уже пугала.

— В командировку, — ответил, наконец, майор, — я поехал не только за званием. Майора-то мне дали образом внеочередным, мимо всякой выслуги… За полковником поехал, по опричной линии.

Я кивнул важно — знаю, мол. В курсе.

— Полномочия, Ваня. Штука такая… Лишней не бывает! Ты ведь, — егерь глянул на меня как бы испытующе, — понимаешь, что внутри той же опричнины могут быть разные службы?

— И даже службы внутри службы, — согласился я. — Разные чины, субординация, зоны ответственности… Интересы.

— Тебе так куда лучше, Глава, — подколол киборг. — Продолжай в том же духе! А то, понимаете, «хоба!»

— Так вот, тебе скажу… И другу твоему, — Зая Зая хоть и вел себя тихо и смирно, что называется, не отсвечивая… Сидел-то он в той же машине, что и мы двое! — Скажу, что в последнее время кое-кто взял слишком много власти. Варяги! — Киборг чуть не сплюнул. — Линейная, понимаешь, жандармская экспедиция! И, вроде как логично — Казнь, все-таки, крупный транспортный узел. Сибирский тракт!

— Что-то у Вас, господин майор, эмоблок барахлит… — перебил я. Наглость, конечно, но как-то мне не очень понравилась разговорчивость егеря — быть спокойным, как удав, ему шло куда больше. — Или как он там называется? Который об контроле эмоций?

— Уфф, — шумно выдохнул киборг. — А ты ведь… Прав! Сейчас, погоди, это на полминуты. — Майор будто ушел в себя. Мы с Заей Заей переглянулись: настолько, насколько это было возможно через зеркало заднего вида.

Я решил перехватить инициативу: заодно, дам офицеру время прийти в себя.

— Если я правильно понимаю, — начал я осторожно, — арест Пакмана — часть той же интриги?

— Верно понимаешь, — Кацман уже справился с засбоившим блоком и вновь стал спокоен. — Только не арест, задержание. Разница, все же, есть.

— Ну, не знаю, — протянул я, — в чем тогда эта самая разница. Как по мне, так «слово и дело»…

— … на каковое у линейного штаб-ротмистра попросту нет права, — закончил за меня майор. — Так, конечно, есть, только в смысле «подданный перед властью», но никак не «власть перед подданным». Донести — обязан, предъявить — никак. Особенно — по таким статьям. Тем более — по совокупности.

— Интересно девки пляшут, — отвечаю задумчиво. — Что-то мне подсказывает, что сам Пакман линейщикам интересен не был.

— Не был, — согласился егерь. — Им нужен был я. Вернее, скажем так, некие неприятности, которые у меня обязательно бы возникли, отправься я выручать старого друга Иватани в своем прежнем качестве и при иных полномочиях… Малость не рассчитали, господа линейщики.

Я вдруг почуял недоброе: будто проснулись прогностические способности. Что-то такое приближалось, вот-вот, буквально…

— Дамир Тагирович, — решился я, все же, еще на один вопрос. — Чем плохи линейщики? Кроме того, конечно, что их интересы идут вразрез с Вашими?

— Варягам плевать на все, кроме дороги, — пояснил Кацман. — Вообще на все, совсем. Стоит им оседлать сервитут — а это сделать куда проще, чем кажется — так в Казни останется только Сибирский тракт… И домик станционного смотрителя. Большой такой домик, приличный, серого бетона.

Мне показалось, или тот же блок снова дал сбой?

— Знаю домик, — согласился я. — Видел. Бывший вокзал?

— Или будущий, — ответил егерь. — Между прочим, твоя третья недвижимость тоже… Элегантным движением опричной руки стала бы собственностью уже не твоей!

Новые вопросы…

Но тут, строго по законам жанра, раздался телефонный звонок. Звонили мне.

Я взял трубку, выслушал шефа — да, на той стороне связной линии оказался Колобок. После чего охренел — не Пакман, я сам!

Прервал связь.

Чуть помолчал.

— Что там? — первым не выдержал Зая Зая.

— У нас, — радую собравшихся и едущих вместе, — новый синий мешок. Вы не поверите… На этот раз — галадрим!

Глава 18

— Галадрим — это серьезно, — Кацман не то, чтобы обрадовался, но интерес проявил точно. — Это очень серьезно, и сам случай, и в смысле последствий… Не наши, исконно-посконные, доморощенные, так сказать, лаэгрим… Откуда он хоть, этот остроухий труп?

Вот так я и знал, что Гил-Гэлад не пропустит эту реплику мимо призрачных ушей.

— Я тоже, — зримо соткался призрак владыки, — остроухий. И тоже неживой. И, кстати, еще и галадрим!

— Извините, владыка, — вежливо повинился егерь. — Но как его еще назвать, если он труп и он остроухий? Это не значит, что все эльфы — трупы, вы же понимаете!

— Чуть больше уважения, — резонно ответил Гил-Гэлад. — Самую малость.

— Договорились, — я думал, что Кацман шутит, но нет, он остался необычайно — даже для себя — серьезен.

Подумал вдруг, что киборг как-то выкрутил настройки сбоящего блока. Например, на полную мощность!

— Так нам что, — напомнил о себе Зая Зая, — вертаться взад? В полицию — не едем?