Деньги правят миром (СИ) - Мазай-Красовская Яна - Страница 104

— Я так рад, что вы живы, вы просто не представляете… — сиял улыбкой Петтигрю, словно его осчастливили десятком таких счетов, как у Малфоя.

«Псих, — подумал Жмундр и наконец отмер. — Хотя какой он псих… таких надо холить и лелеять, но ни в коем случае не лечить».

— Кажется, все-таки немного представляю, — потер он ребра и неожиданно улыбнулся.

Бывший толстенький смущенный, но необычайно умненький мальчик изрядно подрос и выглядел уже крепким молодым человеком, явно стоящим на своих ногах, во всех смыслах. «А ведь это просто была моя смена, когда он пришел, еще совсем сопляком, — подумал гоблин. — Сколько же может зависеть от простых случайностей! Или непростых?»

А Петр наконец рассмотрел белоснежный камзол.

— Вы… в белом? Я никогда не видел на гоблинах такой одежды, простите.

— Мы все сейчас носим траур по своему народу.

— Вы восстановите его!

— Мы — три десятка? — горько-иронично спросил Жмундр.

Петр сглотнул и замер.

— Неужели и дети? — наконец смог выдавить он.

— Детей у нас с каждым годом становилось все меньше. Сейчас их ровно дюжина. Все, кто не был замешан в нарушении клятвы, живы. Остальные… они получили за свои заслуги. Но это все равно…

— Тяжело, — выдохнул Пит.

«Неужели он действительно понимает? — Жмундр впился в лицо Петтигрю взглядом и понял: да. Да, как бы это ни было невероятно.

— Давайте о деле. Что вы хотели сегодня?

— Положить на счет… — Пит достал небольшую, но явно тяжелую сумку.

— Вы нашли клад?

— Ну, можно так сказать… Кстати, скоро придут еще двое.

— Это радует.

— И будет много движений средств в связи с… хм, генеральными ремонтами.

Поверенный снова улыбнулся.

— Это усилит нас и нашу магию. Не боитесь?

— Я не хочу, чтобы вы исчезли. Не могу представить без вас Гринготтс.

— Вам и не придется. При вашей жизни этого не произойдет, мы живем намного дольше магов. Пара веков у нас еще есть.

Крошечная комнатка в садовом домике Мальсиберов явно не была пределом мечтаний Темного Лорда и даже удобным местом работы не была. Здесь можно было только отдыхать — почти все пространство занимала большая и очень удобная кровать. Вот только совсем не до нее было.

Он двинул бы сейчас свою уже немаленькую армию, но… а на кого, собственно? Куда ее двигать-то? Неприятель был словно воздух — повсюду и нигде. Соратники были озабочены собственной защитой и защитой своих домов. Да уж, лордам и леди представить себя в роли бездомных — это было слишком. Деньги утекали на срочные ремонты, строительные артели росли, как грибы после дождя, но зарабатывать достаточно много, чтобы с кем-то "делиться", не получалось ни у кого.

Наконец, когда Волдеморт собрался было вести своих Пожирателей на Министерство, он понял: аристократы для него потеряны. А наемники, стоило один раз задержать деньги, начали утекать, как песок сквозь пальцы. И даже арест Министерством ряда счетов (как только гоблины пошли на это — недоумевал Том), не смог собрать их хозяев для мести, даже его Метка…

Что-то с ней было не так. Точно. Лорд несколько раз подробнейшим образом рассмотрел метки Лестрейнджей и Мальсибера-старшего, но изменений не заметил. Нужно было новое испытание.

— Почту за честь, мой лорд, — рявкнул младший Мальсибер, закатывая рукав.

Через несколько минут мальчишка с интересом смотрел на свое предплечье, что-то тихо бормоча.

— Круцио, — ласково добавил Лорд, распознавший Замораживающее заклятье, и мальчишка упал, собравшись в комок, на дощатый пол. Хозяин дома скрипнул зубами, и через секунду корчился вместе с сыном.

— Не желаете ли, леди? — обратился Лорд к женщине, стоявшей позади, но увидел лишь летящую в лицо — заколку, кажется?

Он легко отбил ее, но в это время не сдержал крик, почувствовав дико болезненный укус в ягодицу, попробовал развернуться, но тут его достала вторая заколка, и Темный Лорд упал рядом со своими жертвами. Уплывающее сознание успело зафиксировать только огромного шикарного мохнатого кота, усевшегося прямо ему на грудь и придавившего лапой так, что он не мог вдохнуть достаточно, чтобы произнести хоть слово. «Вот это фамильяр», — пронеслась последняя мысль. А потом все исчезло.

43. О заколках, кладах и метках[6]

За два дня до последнего события…

Когда Темный Лорд, изволивший все-таки поселиться в садовом домике Мальсиберов, отбыл по делам, между отцом и сыном состоялся слегка напряженный диалог.

— Он у нас живет, понимаешь?! И что будет, когда Лорд увидит «свою» метку там, где ее не ставил?

— Не увидит. Вот, смотри… — Мальсибер-младший что-то тихо шепнул собственной левой руке, и его отец с изумлением увидел, как знакомый рисунок исчезает, растворяется, уступая место совершенно чистой коже.

— Сколько ты можешь так удержать? — скептически спросил он.

— Да сколько угодно. Метка ушла на самый нижний слой, в эту, как ее… гиподерму, кажется. На Фините и другие заклинания она не реагирует, не беспокойся.

— Потрясающе, — пробормотал себе под нос глава семьи и вдруг, по-мальчишечьи сверкнув глазами, попросил: — Дашь посмотреть, как они будут взаимодействовать?

— А ты пойдешь со мной в Тайный отдел? — ответил вопросом на вопрос сын.

— Пойду, — вздохнул отец.

— Все будет хорошо, вот увидишь!

— Мне бы твой оптимизм… Ты бы лучше помог уговорить мать отправиться к ее родителям.

— Можете не мечтать, — отрезала леди Мальсибер, появляясь на пороге, — чтобы я оставила двоих таких олухов, — она неожиданно всхлипнула.

— Мама…

— Дорогая…

Муж и сын были сейчас так похожи друг на друга, и ладно бы фамильным носом и подбородком, но выражения лиц! Она собралась и сжала губы, неосознанно скрещивая руки на животе.

— И даже не пытайтесь меня уговаривать, ясно?

Дружный разочарованный вздох был ей ответом.

Ну уж нет. У нее есть двое самых родных в мире людей и, пока она жива, она будет с ними. И сделает все от нее зависящее, чтобы они жили дальше. Она поправила фамильные, передававшиеся в ее роду от матери к дочери заколки. Хоть секрет их изготовления был давно утрачен, женщины ее рода всегда носили их в опасное время. Такое, как сейчас. И недаром в детстве у нее любимой игрой было метание дротиков… как и у всех дочерей ее рода.

— Добби плохо-о-ой!!!

Домовик в золотистой и богатой, но ужасно расхристанной ливрее со всей дури влепился головой в каменный пол и застонал. Вот он привстал, перевел глаза на ребро шестигранной ножки стола, размахнулся, но был перехвачен твердой хозяйской рукой.

— Прек-ра-ти, — устало, но четко, по слогам произнес Люциус, глядя в лицо домовику.

Тот тихо всхлипнул, дернул лапкой и притих.

— Рассказывай все, что знаешь.

— Добби не знает, как строили этот замок… Добби пло… — домовик посмотрел на лицо хозяина и прикусил язык. А потом начал уже нормально. — Добби родился на три века позже. Но все записи должны быть в библиотеке благородного хозяина, в самой старой части, Добби может показать!

Он слабо дернулся, но за шиворот его держали крепко.

— Ты правда можешь перенести меня в самый старый раздел библиотеки?

— Да! Да, Добби с радостью…

Через несколько секунд Люциус сидел в кресле, выковыривая из спутанных волос попавшие в них ветки и листья — продираться через заросли, пусть даже способом домовиков, оказалось еще тем удовольствием.

Выковыривалось плохо, доверять свою драгоценную шевелюру Добби он бы и под страхом смерти не стал, фигурально выражаясь, конечно же, но… Руки уже сами тянулись к заветным полкам. Подумать только, он тут вообще еще ни разу не был!

Записей было много.

— Добби, выбери самое важное о постройке замка. Фундамент не надо, только стены и перепланировки, я помню, что их было несколько.