Деньги правят миром (СИ) - Мазай-Красовская Яна - Страница 37

— Не придет, — предположил Снейп. — Наверное, он тут только по расписанию появляется.

— Интересно тогда, где он находится все остальное время?

— Наверное, там, где жил, в своих комнатах…

— Может, пойти поискать?

— Лучше спросить у других привидений, они-то должны друг друга знать…

— Так они вам и ответят.

Призрак профессора появился, как обычно, из центра классной доски, но совершенно неожиданно для увлекшихся препирательством ребят.

Они долго смотрели друг на друга, и дети впервые разглядели огромные грустные глаза под немного набрякшими веками, а Сивилла даже пару раз хлюпнула носом… От Катберта Биннса веяло полной безнадежностью, да так, что проняло всех, даже видавших и не такие виды Петра и Снейпа. Совершенно бесцветным голосом призрак спросил:

— Зачем пожаловали?

И тут Сивилла огорошила всех странным и нахальным вопросом:

— Профессор, говорят, вы были еще при жизни жутким занудой. Скажите, это у вас с юности? А если нет, то как и почему вы стали таким, что после нескольких ваших фраз слушатели буквально проваливаются в сон?..

В кабинете резко похолодало. Глаза призрака опасно блеснули, наливаясь каким-то потусторонним серебристым цветом, и стали походить на разлитую ртуть. Хотелось бежать, но сил почему-то не находилось.

Петр, с трудом разлепив губы, рассыпался было в извинениях в надежде спасти ребят и себя самого, правда, непонятно, от чего именно. Остальные молчали, в ужасе переводя глаза с Трелони на Биннса и обратно. И тут призрак… улыбнулся.

— Как же долго я ждал этот вопрос… Сколько лет! Я бы обнял тебя, девочка, да вряд ли это придется тебе по вкусу.

Общий облегченный вздох немедленно перешел в расспросы.

— Вас кто-то заколдовал? Или вынудил на обет?

— И то, и другое. Я могу только отвечать, если меня спрашивают, но не могу начать новую тему сам.

— Почему вы не исчезли после смерти?

— Потому что обладаю слишком важными сведениями, но не могу их передать…

— Почему не можете?

— Не могу ответить.

— В вашей смерти и в… ваших особенностях повинны гоблины?

Призрак улыбнулся и покачал головой.

— Гоблины не размениваются на мелочи. Если они хотят что-то скрыть, они проводят прямой ритуал, так что меня задело лишь краем, когда я начал изучать подробности восстаний и войн между ними и магами. С тех пор ,о чем бы я ни рассказывал, слушатели не обращают внимания на истинный смысл того, о чем я говорю. И забывают сказанное, стоит мне закрыть рот.

Все моментально нырнули в школьные сумки и достали перья и листы пергамента. Биннс одобрительно покивал и улыбнулся:

— Спрашивайте.

— Гринготтс работает на магов?

— И да, и нет.

— Это как?

— Только прямой вопрос…

— А, понятно. Чьи интересы прежде всего учитываются при работе банка «Гринготтс»?

— Гоблинов, конечно.

— Его хозяева — гоблины, а не волшебники?

— Преимущественно.

— Это произошло в результате последней войны?

— Частично.

— Тьфу.

— Не могу не согласиться. Только прямой вопрос с учетом всех нюансов даст мне право сказать чуть больше одного слова.

— Чем вам грозит полная передача информации?

Все взгляды снова обратились на скромницу Сивиллу.

— Я наконец смогу развоплотиться и обрести покой, — неожиданно мечтательно произнес призрак. — Лучше про себя спросите.

— А чем это чревато для нас?

— Если вас найдут, то постараются избавиться любым путем.

— Ваше развоплощение спровоцирует поиски?

— Безусловно.

— Сейчас на вас стоит контроль гоблинов?

— Нет. Плюсы существования призрака в том, что его невозможно контролировать и отслеживать.

— А в чем для вас минусы?

Биннс задумался.

— Я просто устал. Устал ждать и надеяться. Грань между миром живых и неживых — не лучшее место существования. Просто поверьте.

— Но мы пришли!

— Верю и не верю собственным глазам…

— Вы хотите узнать, что все-таки получится потом?

— А что у вас может получиться? Дети против прожженных политиков — вы… вы просто никто.

И замолчал в ответ на бурю возмущения, тут же последовавшую от несмышленышей-второкурсников. Вот только один из них молчал. Молодец? Может быть…

«А может, в этом и смысл, — подумал Петр, в отличие от остальных, трезво оценивающий ситуацию. —Воевать такими силами? Смешно. Ну просто до смерти. Да, невеселый каламбурчик. А ведь придется еще этих отговаривать, тормозить, ох уж этот молодежный воинственный дух. А ведь и сам был таким. Хм, и известно, чем это закончилось. Нет, второй раз не хочу».

Возмущение, которому никто и не подумал давать отпор, улеглось быстро, и ребята призадумались.

— И правда, профессор прав. Что мы можем противопоставить не просто взрослым, а опытным магам, да еще и сильнейшим в столетии?

— Да-а-а…

— Профессор, а что нужно гоблинам от волшебников?

— Свобода. Независимость. И избавиться от тех, кому они приносили клятвы в результате проигрыша в последней войне.

— Кому они их приносили?

— Своим победителям, конечно.

— Вы же прекрасно помните их всех, пожалуйста, перечислите фамилии!

— Ну наконец-то!

И Биннс перечислил. А они записали. И сверили с собственным списком.

Эйвери и Мальсибер поежились: их фамилии попали в списки трижды. Не по себе было и Снейпу, только он вида не показывал, конечно.

— Все выглядит как результат какого-то плана. Неужели — гоблины?

Биннс не смог произнести ни звука, только согласно опустил веки.

— Мы все умрем?

— Это само собой, вопрос в том, насколько быстро. Хотелось бы еще пожить, вообще-то.

— Снейп… помолчи, а?

Призрак молча засучил руками, словно грозил невидимке.

— Подождите. Дайте подумать! — прервал всех Питер. — Проблемы ждут только тех, кто в списке, а к остальным волшебникам гоблины не имеют претензий?

— Да.

— То есть волшебники как таковые им нужны и не ненавистны?

— Только те, что ставят себя выше их.

— Сами гоблины считают, что все должно быть совершенно наоборот?

— Да.

— А чем чреват уход старинных родов? Что он даст гоблинам?

— Свободу от клятв.

— И они смогут снова начать войну за освобождение?

— Раз в их руках все деньги и многие артефакты, они победят! И волшебники будут им служить? — округлил глаза Мальсибер.

— Есть другие варианты?

— Гоблины не могут нарушить клятвы, пока есть хоть один род, которому они их приносили, верно? — вкрадчиво поинтересовался Снейп. — Тогда… А можно ли возродить род по-тихому, например, собрать кровных родственников под любой другой фамилией? Это будет считаться, или завязка на имя?

— Завязка на кровь и кровное родство. Род погибает, если остаются только полукровки. Пока живы те, в ком не менее семидесяти пяти процентов крови, жив и род.

— Получается, что политическая линия Дамблдора на сближение с магглами тоже на руку гоблинам?

— Безусловно.

— Получается, фамилия не важна?

— Только для магов.

— Ну да, как иначе определить, кто есть кто и откуда?

— Но откуда у магглов могут рождаться маги? — Эванс, конечно, это интересовало больше всех.

— Чтобы избежать вырождения, представители древних семей заводили множество бастардов, но в семью их принимали только в самом крайнем случае. И избавлялись от сквибов, правда, тем было слишком трудно оставаться в магическом мире, и срок их жизни был довольно короток. А вот в мире магглов они могли прожить довольно долго, чем многие и пользовались.

— То есть магглорожденные волшебники на самом деле, скорее всего, — их потомки? И они могут нести…

— Сквибы могут быть даже чистокровными. Вопрос в том, что их дети будут уже полукровками, внуки — скорее всего, четверть, и так далее.

— Эванс, тебе надо поднять всю родословную!

— Да ты сам про мать узнай, Петтигрю!

— Принято. Сегодня же напишу деду с бабушкой.

— Кто еще? Снейп, ты с Малфоями контачишь?