След мантикоры - Стрельникова Кира - Страница 3

Полутёмный коридор в старинном поместье, и быстрые шаги, стук каблучков эхом разносится вокруг. Невысокая, слегка нескладная девушка почти шестнадцати лет от роду торопилась, задыхаясь, хотя сердце уже колотилось в горле, а ноги путались в неудобных юбках. Она не хочет, нет, не хочет видеть того, кто приходил к отцу, потому что… слишком уж желала его видеть. Бросить хотя бы один ещё взгляд, тайком полюбоваться на подтянутую фигуру, от которой веяло силой, мысленно дотронуться, пропустить сквозь пальцы светлые пряди, наслаждаясь их мягкостью. По крайней мере, Риоре представляла себе, что они именно мягкие, шелковистые, приятные на ощупь. Заглянуть в эти глаза, лучащиеся мягким золотистым светом, когда он улыбался. Почувствовать, как замирает сердечко испуганной птичкой от этой улыбки. Никто, никто не знал, что она влюбилась, Риоре вела себя безупречно во время их нечастых встреч. И только внутри горел пожар, лишая сна по ночам жаркими видениями, заставляя щёки пылать румянцем смущения… А сегодня он пришёл к отцу. Риоре не удержалась. Тихонько спустилась и прильнула к замочной скважине у двери в кабинет, но разговаривали слишком тихо. Она только услышала несколько раз своё имя и… кажется, прозвучало слово «помолвка».

Риоре споткнулась, с досадой прикусив губу, и подхватила юбки, подняв их повыше. Она не сдержала приглушённого возгласа, и испугавшись, что её застукают за подслушиванием, поспешно сбежала и теперь искала, где бы спрятаться. Девушка и подумать не могла, что на неё, тихоню и простушку, обратит внимание такой сногсшибательный мужчина. Мужчина её тайных мечтаний. Он же ни разу не дал понять, что что-то испытывает к ней, всегда был неизменно вежлив, улыбался, и то, что при взгляде на неё в ореховых глазах зажигался мягкий огонёк, ей, конечно же, показалось! Такого просто не может быть.

Ри прекрасно знала, её внешность не вызывает особого интереса у противоположного пола: худенькая фигурка, почти плоская грудь, бледная кожа, немного неправильные черты лица и курносый нос. Глаза невнятного, размытого сине-зелёного цвета. Пожалуй, только волосами она могла гордиться, длинными, блестящими, угольно-чёрными, свивавшимися крупными локонами. Невзрачная, угловатая девушка-подросток. Другие в её года уже расцветали, округляясь в нужных местах, исчезала нескладность и внешность ребёнка, но только не Риоре. Правда, отсутствие красоты её не огорчало. Папа любил дочь такой, какая есть, немногочисленные подруги из простых людей относились с искренним дружелюбием, тоже мало обращая внимания на лицо. А парнями Риоре и не интересовалась, втайне мечтая о том, что когда-нибудь встретится с прекрасным незнакомцем, который разглядит под невыразительной оболочкой её душу. Как писали в романах. И вот, случилось…

Тонкие пальчики взялись за ручку двери одной из гостиных на первом этаже, Риоре оглянулась – ей показалось, скрипнул деревянный паркет? Шагов бы она не услышала, лорны умели передвигаться совершенно бесшумно. Сердце вновь подскочило, и девушка юркнула в полутёмную комнату, освещённую только тлеющими в камине угольками. Стояла осень, и темнело рано, так что за окном сгустился вечер, хотя часы недавно пробили семь. Часто сглатывая пересохшим горлом, Риоре замерла у окна, теребя бахрому портьеры и чутко прислушиваясь к звукам за дверью. Тишина. Девушка перевела дыхание и осторожно обернулась: тело тут же охватила слабость, Риоре прислонилась к подоконнику, на несколько мгновений позабыв, что надо дышать. У двери стоял он. И улыбался. Глаза, казалось, светятся в полутьме, а от его взгляда Риоре вдруг стало жарко, грудь сдавило от волнующих эмоций и смутных желаний. Узкая ладошка метнулась к шее, девушка смотрела на гостя со смесью восторга и страха, зрачок расширился так, что радужка почти исчезла.

– Ты не закрыла плотно дверь, Риоре, – мягкий, низкий, рокочущий голос, от которого внутри всё вибрировало, как струны арфы.

– Я-а-а-а-а… – она запнулась, не имея сил отойти от окна и попытаться выйти из комнаты, ставшей ловушкой.

Сладкой, восхитительно желанной ловушкой, где они только вдвоём. Впервые со дня знакомства.

– Простите… мне надо идти… – просипела девушка, задыхаясь от его присутствия, наполнявшего комнату до самых дальних уголков.

Он отступил от двери, нажав на неё ладонью, и Риоре к собственному беспокойству и возраставшему волнению услышала тихий щелчок – замок закрылся. А лёгкий порыв свежего ветра, коснувшийся щеки, подсказал, что гость воспользовался магией, и пока не захочет, сюда никто не войдёт. Риоре прикусила губу и тихонько всхлипнула, окончательно растерявшись.

– Я не сделаю тебе ничего плохого, – он продолжал ласково улыбаться, подходя всё ближе, в золотистой глубине его взгляда Риоре к собственному удивлению и растерянности заметила… нежность?

Она знала, что это так, но боялась как раз другого. Что не совладает с собственными желаниями и чувствами… О которых никто, никто не должен знать. Гость остановился, приблизившись почти вплотную, и Риоре вдохнула приятный, горько-терпкий запах туалетной воды. Голова слегка закружилась, девушка вцепилась в подоконник и беспомощно уставилась на рубиновую заколку, тонувшую в пене тонких кружев на его рубашке. Поднять глаза выше и посмотреть ему в лицо ей не хватало смелости.

– Риоре, – она готова была растаять только от одного звука этого голоса, а когда подбородка коснулись тёплые, сильные пальцы, кожа вспыхнула тысячей искорок. – Посмотри на меня, пожалуйста.

И настойчиво надавил, заставил поднять голову и встретиться с его золотистым взглядом хищника. Риоре беспомощно замерла, плавясь, как свечка, теряя себя. Она и не думала, что чувства могут быть такими сильными, что её хрупкое тело способно на подобные яркие ощущения. И это всего лишь от одного прикосновения пальцев!

– Ты знаешь, зачем я приходил к твоему отцу? – он чуть наклонился вперёд, не выпуская из плена взгляда, большой палец медленно погладил её дрожащую нижнюю губу, вызвав тихий вздох.

– Да… – едва слышно ответила Риоре, врать ему не имело никакого смысла.

Лорны не только двигаются бесшумно, у них ещё и слух отличный, и гость наверняка слышал её возглас с той стороны двери. Иначе не последовал бы за ней сюда, в комнату-ловушку.

– Ты согласна, Риоре? – голос упал до шёпота, проникавшего в каждую клеточку, заполнившего её всю, без остатка.

Он наклонился ещё ниже, продолжая ласкать губы девушки, пока они не открылись навстречу, как два лепестка. Участившееся дыхание выдавало её с головой, и Риоре не могла больше сопротивляться собственным желаниям и чувствам.

– Да, – повторно слетело тихое слово, и в потемневшей золотистой глубине его глаз мелькнуло торжество.

А потом его рот накрыл её, настойчиво, властно, словно заявляя права, закрепляя данное только что согласие. Первый в жизни Риоре настоящий поцелуй, разбудивший целый ураган в душе, и девушка испугалась, дёрнувшись в сторону. Но сильная рука крепко обняла за талию, не давая отстраниться, прижимая ближе, теснее. Пальцы надавили на подбородок, вынуждая сдаться, впустить язык, углубляя поцелуй. Риоре упёрлась ладошками в грудь, но это призрачное препятствие не помешало, и последние остатки благоразумия покинули её. Девушка послушно обмякла, позволяя гостю разжигать опасный пожар дальше. Тонкие руки медленно скользнули ему на шею, замерев там, язычок робко, неуверенно коснулся его, и тут же отпрянул, будто испугавшись порыва. А голова кружилась сильнее, и дыхания не хватало, Риоре растворялась в ощущениях, и в какой-то момент снова попыталась ответить, неумело, но всё же. Мир перестал существовать, и эта комната тоже, и глупый, детский страх, который она испытывала всего несколько минут назад, показался смешным.

Риоре удивилась, услышав собственный тихий, протяжный стон. Тело уже горело от проснувшихся желаний, одежда стала тесной и неудобной, а губы болели от бесконечного, такого сладкого поцелуя. Когда он наконец отпустил, девушка дрожала, хватая ртом воздух, вцепившись в плечи гостя, чтобы не упасть – ноги не держали. Он заглянул в её затянутые туманом глаза и медленно улыбнулся.