Айви на Фестивале магии. Восточная академия (СИ) - Черная Мстислава - Страница 36

— Вы не хотите? — удивляется Чарен.

— Разумеется, хочу!

— Тогда вперёд! — Он увлекает меня в астрал.

Глава 43

Мы выходим в холл лечебного корпуса на границу астрала и материального мира. Я сразу же заглядываю в боковую комнату, но кушетка пуста, а за столиком скучает новый дежурный — целитель-мужчина, крутит в руках непонятную штуковину, напоминающую головоломку по типу кубика Рубика или, скорее, шкатулку с секретом.

Видимо, Оливи забрали в палату.

Было бы странно, если бы не забрали.

— С-с-с… — Фырька уверенно подсказывает направление.

Первым сориентировавшись в туманном мареве, за которым холл как за мутным стеклом, Чарен уверенно идёт вглубь помещения мимо лестницы, сворачивает в коридор направо. Нужная нам палата за второй дверью — просторное помещение, через большое окно залитое дневным светом. Больничная кровать стоит в центре, и рядом толкутся аж четверо целителей. Давешняя блондинка, принявшая Оливи, тоже здесь, с озабоченным выражением лица слушает тихий спор коллег.

Похоже, дело плохо.

Зелёный свет кокона целительной магии только подчёркивает мертвенную бледность. Оливи то ли в глубоком сне, то ли в непроходящем обмороке, похожа на тряпичную куклу. Жизни в ней не чувствуется.

Я подхожу ближе, провожу над коконом ладонью — насколько могу судить, Оливи получает поддержку, но не лечение. Целители не предпринимают ничего, чтобы разбудить её. Хотя я отчётливо ощущаю магию, проблема в том, что целительные эманации перекрывают все остальные отголоски, если они вдруг есть. И я отступаю.

Бесполезно.

Чарен тоже пробует свои силы, он задерживает ладонь над коконом дольше меня, но тоже ничего не нащупывает.

— Фыречка, надежда на тебя.

— С-с-с-с…

Распушившись от осознания собственной значимости, питомица спрыгивает с моего плеча и моментально становится сосредоточенной. Она очень осторожно подбирается к кокону, принюхивается. Раз за разом она то приближается, то отстраняется. И вдруг с шипением шарахается, одним прыжком взлетает Чарену на шею, вздыбливает шерсть, шипит.

Я пячусь. Мало ли?

Оливи как лежала, так и лежит, даже ресницы не дрогнули.

— Пульс участился, — сообщает целительница.

Совпадение или реакция на Фырьку?

Спросить, что Фырь почувствовала, я не успеваю. Питомица мощным толчком задних лап опрокидывает Чарена, сбивает меня и прыгает в сторону. Проваливаясь в туман, я ощущаю колебание эфира, и на то место, где я была мгновение назад, выпрыгивает матёрая астральная тварь, крупная, будто сплетённая из чёрных лоснящихся жгутов.

Выглядит ужасающе.

Несколько раз мне доводилось сталкиваться с подобными тварями. О схватке и победе не может идти и речи. В те разы я спасалась бегством и то исключительно благодаря Фырьке, выбиравшей, в какие потоки прыгнуть. Мы петляли, путали следы и драпали, пока не становилось ясно, что тварь потеряла след.

От хтони-убийцы бежать некуда, мы вместе под колпаком. Разве что в святилище спрятаться…

— У-у-у… — хнычет питомица, отползая. Против появившейся твари она как котёнок против волкодава.

Молниеносным текучим движением тварь изгибает шею, смотрит на меня, на Чарена, выбирает, с кого из нас начать, приседает, готовясь к прыжку.

Чарен успевает, запускает мощный поток эфира, бьющий ей по задним лапам. Тварь припадает на живот, тут же встаёт, готовясь к новой атаке.

— Айви, берегись!

Да, в качестве первого блюда тварь выбрала меня. Чарен будет вторым, и Фырь пойдёт на десерт.

Я чудом уворачиваюсь.

Точнее, проваливаюсь в глубину астрала, и тварь проходит по поверхностному слою надо мной. Я продолжаю медленно погружаться. Мысли мечутся бешеным вихрем. Рваться к станции в густой туман и надеяться заманить тварь под удары защитных рун? Сомнительно. Прятаться в святилище ещё более сомнительно, потому что никакого преимущества алтарь мне не даст.

Единственный шанс выжить — это попытаться затеряться в толпе.

Ха, нет!

Надо в Чёрную башню. Если напасть толпой…

В глубине души я ставлю на тварь. Какая ей разница, перегрызть нас с Чареном и дознавателя вприкуску или сотню «чёрных»?

Тварь приближается.

Отчётливо понимая, что проиграла, что ни в башню, ни в толпу, ни в святилище просто не успеваю, я вдруг обретаю абсолютное кристально-ясное спокойствие. Зачем волноваться о том, чего не можешь изменить? Я смиряюсь, делаю глубокий вдох, выдыхаю и щёлкаю пальцами. Никогда раньше руны не отзывались мне настолько легко и быстро. Передо мной вспыхивает цепочка разноцветных символов, и я направляю эфир в руну разрушения. Поток энергии бросает руну твари в нос. По глазам бьёт яркая вспышка.

Отскочив, тварь застывает напротив меня. Ущерба я ей не причинила, разве что нос царапнула.

— Впечатляюще, — выдыхает Чарен, появляясь рядом со мной один, без поддержки, когда я была бы рада увидеть его дядю дознавателя.

— С таким же успехом можешь заколоть булавкой медведя. — Я отправляю в тварь сразу веер рун.

Она уворачивается. Уходит на слой ниже, выныривает со спины. И всё же я ощущаю колебания эфира на миг раньше, чем она атакует, бросаю разом все руны, какие ещё горят в цепочке. Целюсь не в шкуру, а в пасть. В сказках чудовищ побеждают именно так — ударяя в самые незащищённые точки.

Тварь просто захлопывает пасть. Руны прилетают ей в морду, и снова никакого вреда. Тварь лишь чихает.

Чихает — открывает пасть.

Я воплощаю родившуюся идею раньше, чем толком осознаю. В морду твари летит новая порция рун, а в момент, когда тварь чихает, я попадаю руной разрушения.

Так тебя! Глотай!

Не знаю, что у меня получается. Тварь атакует столь стремительно, что я вообще ничего не успеваю понять. Чарен меня спасает, выдёргивает из-под удара. Мы стремительно проваливаемся.

Тварь легко догоняет.

Чарен отбрасывает её.

Нисходящий поток выкидывает нас к щиту. Я впечатываюсь спиной, вскрикиваю от неожиданности, выдыхаю, и ясность в сознание возвращается, руны отзываются, вспыхивают передо мной.

Отступать больше некуда, зато тварь не нападёт сзади…

Чарен вскидывает руку, и перед ним появляется нечто, чего я точно не ожидала увидеть: призрачный клинок с коротким, хищно изогнутым лезвием. На рукояти кинжала тревожным багрянцем наливается незнакомая мне руна, напоминающая вензель из переплетённых каллиграфом инициалов.

Как я метя в пасть, Чарен движением пальцев посылает клинок вперёд, попадает, но тварь всё равно прыгает, и Чарен закрывает меня собой.

Глава 44

Зрение застилает мерцающая кроваво-красная пелена. Мир вокруг словно исчезает, затопленный багрянцем, а в следующее мгновение меня закручивает мощнейший поток энергии, утаскивает в неизвестность. Я не понимаю, где глубина, а где поверхность и граница астрала, меня крутит, вертит, бросает, треплет.

Чувствую себя щепкой в бурном горном ручье.

К счастью, поток быстро слабеет, и мне удаётся зацепиться за клок тумана, затормозить. Я глотаю эфир и не могу надышаться. Дыхание сбито, пульс частит, руки дрожат от напряжения, в ушах звон.

Расслабляться опасно, с любой стороны может выпрыгнуть тварь, но я позволяю себе несколько секунд просто быть, считать вдохи и выдохи.

Взорвалась руна из рукоятки призрачного кристалла?

Ударная волна впечатляющая. Я кое-как собираю конечности, оглядываюсь.

Где Чарен? Он ведь жив?

Фырь?

Вокруг лишь редкие просветы и мохнатые клочья тумана, напоминающие грозовые тучи. Куда меня занесло — непонятно. На слоистый туман станции точно не похоже.

Я вслушиваюсь в колебания эфира, улавливаю отголоски пронёсшейся взрывной волны, свои следы и больше ничего.

У меня появился сомнительный шанс сбежать?

Но ведь ныряльщики прошлого справлялись, побеждали куда более страшных тварей!

Зло берёт… на собственную несостоятельность.