По закону гор (СИ) - Кистяева Марина - Страница 27

– Не надо.

Мало ли до чего девчонки договорятся. У него не было причин сомневаться в Алевтине, но лучше притормозить.

– Ну как знаешь. Она, кстати, забавная. И смешная. А еще охеренно красивая. Блин, я это вслух сказала?

Алька задорно рассмеялась, а потом похлопала Касьяна по плечу.

– Если сегодня с красотулей ничего не обломится, звякни мне.

Она подмигнула ему и, виляя бедрами, направилась на второй этаж.

Касьян приглушенно выругался.

Ладно, надо перехватывать Янину у туалета или куда она там побежала и уводить. Хорош уже.

Тёмыч ему преградил путь почти сразу.

– На минутку тебя…

– Давай.

Он уже поздравлял друга с покупкой тачки. Они даже успели ее затестдрайвить.

Тёмыч как-то странно всверлил в него взгляд.

– Ты с соседкой сегодня приехал.

Соседка, значит…

– Она мне не соседка, – мгновенно напрягся Касьян. Не понравилось ему ни то, как назвал Тёмыч Янину, ни то, про что разговор.

– Мы поняли друг друга…

– Нет.

– С хера ли, Терлой? Я не про то… Красивая девочка. Эта Янина.

– Красивая, – подтвердил Касьян, не сводя взгляда с Тёмыча. И, не дав ему возможность развить тему, продолжил сам: – И это моя девочка, Тём.

– Значит, народ не пиздит?

– Не пиздит.

Тёмыч хмыкнул и сунул руки в задние карманы брюк.

– Понял. Без подката я… Так, узнать. Ну а вдруг…

– Никаких «а вдруг».

На самом деле Касьян знал, что на нечто подобное сто пудово напорется. Не идиоты же вокруг! И глаза ни у кого хером не обтянуты.

Его пацаны сразу просекли, что башка у него поплыла. И знатно. Поржали сначала. Ну мало ли. Бывает. Кого не переклинивало, когда яйца начинали дымиться? Обычно отходили и довольно быстро.

А у него нет. Нихрена. Его не отпускало. Обороты только сильнее набирало.

В их компании уже и постебаться успели, и опять же успокоиться. Шутки бывают актуальными первые дни. Потом они теряют свою актуальность.

Больше не стебались. Парни поняли – все серьезно. Про свадьбу тоже пробовали поскалиться, но он не отреагировал. Тут уже не до шуток как-то.

Потому что все у него серьезно.

Вот так вот сразу.

Тёмыч усмехнулся.

– Припечатало так?

– Тёмыч, отвали.

Из основного зала грохотала музыка, они же столкнулись в коридоре. Касьян бывал в доме Тёмыча и не раз. Тёмыч любил устраивать подобные тусы, родители в этом не препятствовали, чего бы тогда и не поразвлечься?

Крик из туалета они услышали оба.

– Чего-о…

Тёмыч не договорил. Кричала девушка.

Касьян рванул первым. Толкнул дверь в туалет, она оказалась запертой. Перед глазами мгновенно возникла кровавая пелена.

Девчонка, кто бы там ни была, кричала так, как зовут на помощь.

Что-то там происходило… Нехорошее, сука!

Тёмыч мгновенно оказался рядом и тоже плечом врезался в дверь.

Кровь бахнула в голову Касьяна. Где-то рядом Янинка, и она может испугаться! А он гарантировал ей защиту! Что с ней ничего в доме Тёмыча не случится!

Дверь слетела к херам с петель.

Они ввалились с Тёмычем в туалет, готовые почти ко всему.

Но не к тому, что увидели.

Янина… на полу… на коленях… А сзади нее какой-то хер… Сжимал за бедра, на себя тянул, ржал и делал характерные имитирующие движения своей тощей задницей.

глава 17

ГЛАВА 17

Туалет Янина нашла по наитию, как будто ноги сами понесли ее прочь от всего этого безумия. Она вылетела из зала, не видя никого вокруг, только цветные пятна света и смутный гул музыки, от которых хотелось спрятаться.

А было с чего прятаться! Сердце колотилось где-то в горле, сжимая его тисками унижения и какой-то дикой детской обиды.

Она толкнула дверь, почти плача от облегчения, что в туалетной комнате никого не оказалось. Пустота и прохлада кафеля встретили ее тишиной. Машинально, сквозь пелену слез, она отметила, что помещение было большое. У простых людей таких туалетов не бывает! Тут же несколько человек разместятся… Но сейчас она была одна, и это было главное.

Она подлетела к раковине, судорожно отвинчивая кран.

Что это было?..

С ней…

Зачем она, дура, сорвалась? Зачем позволила этой черной липкой ревности подняться из самых глубин? Она же сама все и испортила. Только идиоткой себя выставила…

Янина плеснула в лицо воды, и холод обжег кожу, но не смог погасить внутренний пожар.

Совершенно логично, что у Касьяна много знакомых девчонок. Она не раз видела, как на него смотрят. В универе, в кафе. Да всюду! И логично, что многим он нравится!

Он же и ей нравится…

Она вдохнула-выдохнула, пытаясь вдохнуть спокойствие. Надо успокаиваться. Собрать разлетающиеся осколки эмоций в кулак и возвращаться, будто ничего не случилось. Янина провела мокрой ладонью по волосам, приглаживая непослушные пряди.

Выглядела она не ахти. Щеки горели, в глазах застыла нездоровая обида. Глупая и такая нелепая…

А главное, к кому? К Касьяну, который обнимал ее и пригласил покататься? С которым у нее, наконец, появился шанс наладить отношения? Или хотя бы побыть вместе.

А она? Что устроила она?

Детский сад…

Какие ей вечеринки и новые знакомства, если прошлое настырно тянуло назад?

Янина повторно провела по волосам, собираясь с духом, и вдруг охнула от резковатой боли. Пальцы задели ухо, и серьга слетела с мочки. Звякнув, она упала куда-то на кафель и исчезла из виду.

А серьги – подарок папы! Родители дарили ей на десятилетие, и она их берегла, носила редко, по праздникам!

И вот…

Паника окатила Янину. Нет-нет-нет, она не может ее потерять! Не может…

Задыхаясь от острого отчаяния, Янина лихорадочно обвела взглядом пол, столешницу, раковину. Ничего! Никакого золотого блеска, ни единого отблеска в свете холодных ламп. Пропало. Исчезло.

Янина присела на корточки, а потом и вовсе опустилась на колени. Пофиг на все! Надо найти серьгу. Пальцы дрожали, скользя по швам плитки, заглядывая под раковину. Предательские слезы зажгли глаза, расфокусируя зрение.

– Ну нихуя ж себе приглашение.

Мужской голос резанул по нервам. Ворвался в сознание.

Янину накрыло сразу же.

Она…

…одна…

В туалете!..

И на четвереньках.

Она быстро обернулась, начиная подниматься.

И опоздала на какие-то доли секунды.

К ней, нахально улыбаясь, устремился парень.

– Какая краля! Цып-цып-цып!

Янина дернулась в сторону, проехала по кафелю!..

И ладно бы это помогло!

Нет…

Парень оказался быстрее. Гогоча и неся какую-то пьяную ахинею, он поймал ее. Перед глазами мелькнули его большие черные кроссы. А дальше…

Он схватил ее за бедра и потянул на себя.

– Сейчас потанцуем, детка!

Возможно, если бы Янина не словила флешбек, было бы иначе…

И она бы справилась, как справлялась до этого! Достойно отреагировала!

Но вся ситуация и унизительное положение сыграло против девушки.

Тут еще эти лапы на ее бедрах!.. Почти под юбкой!

– Пусти! – прошипела она, пытаясь подняться.

Но куда там!

Ее держали крепко.

Перед глазами замелькали другие кадры. Другие слова. Другие действия.

Только эмоции были теми же!

Леденящий страх, сковывающий каждую мышцу. Острая, унизительная боль где-то глубоко внутри. Полное, беспомощное отчаяние, потому что некуда бежать. И паника, дикая, слепая, сжимающая горло.

И злость. Горячая, горькая, как желчь, поднявшаяся из самой глубины. Не просто страх, а ярость.

Она начала сильнее сопротивляться.

– Пусти! Придурок!

– Мы же танцуем, детка! А-а… Белый танец же! – Он захохотал, и этот звук резанул по нервам.

Он толкнулся бедрами в ее бедра. Грубо, по-скотски. Еще раз. И еще. Прижался, имитируя половой акт. Воздух со стоном вырвался из легких Янины.

Она закричала. Ее руки скользили по кафелю, она едва держалась. В висках бешено пульсировала кровь, перед глазами плыли темные пятна, звуки начали отдаваться приглушенно, как из-под воды.