Дикий артефакт - Угаров Виктор Иванович - Страница 27

– Но мы все равно победили, так или иначе!

Дуги остановил свое кружение по комнате и убежденно заявил:

– Нужно скорее отдать исповедь этого аптекаря в руки Инквизиции, и пусть они сами занимаются поиском артефакта.

Ванда почти с умилением посмотрела на своего простодушного любовника.

– Я проверила линии нашей судьбы, – ее голос звучал так же ровно и бесстрастно.

– И что? – не понял Дуги.

– По всем линиям мы предатели, любимый. У меня получился не «веер» возможных событий, а только два толстых «пучка» судьбы, куда нас обязательно затянет. Засосет необратимо, как в болото. – Для выразительности она оттопырила два пальца. – Только два! Во-первых, мы можем поступить так, как ты предложил, и все рассказать. В этом случае нас возьмет в оборот Инквизиция. Как возможных предателей.

– Почему обязательно предателей?!

– А ты сам подумай. Два агента ворвались в логово Трусливого мага и узнали о том, где хранится «саркофаг Силы». Ну и соблазнились, конечно. Мы же Темные по сути! Решили украсть «дикий артефакт» и уничтожили все следы: аптекаря и пергамент. А исповедь Леви Давена оставили для правдоподобия, чтобы поверили в наши честные намерения. Наша правда будет выглядеть хитрой ложью.

Дуги был явно не согласен:

– Но в конце концов они вытащат из нас правду. Они же такое умеют!

Цыганка долгим и тяжелым взглядом заставила его замолчать.

– А ты знаешь, как они это сделают? – Ванда заговорила медленно и четко, будто забивая гвозди. – Они захотят залезть в нашу память. И начнут магией потрошить мозги. Линии судьбы на это прямо указывают.

И невидяще уставившись в пол, тихо закончила:

– У нас будет девочка, Дуги. Обычный человечек, не Иная! При таком допросе плод обязательно умрет, а у меня будет выкидыш. Я это знаю, я видела!..

На цыганку напал нервный смех. Она, давясь, пыталась сказать что-то еще и не могла.

Шотландец схватил со стола кубок и стал лихорадочно искать воду. Но под руку попался только кувшин с красным вином. И он не придумал ничего лучшего, как опрокинуть его на голову подруги, прямо на сеточку с жемчугом. Она тут же пришла в себя.

– Ты мне испортил платье, дырлыно! Как я…

– Говори о второй возможности! – перебил ее Дуги.

Теперь бывший ландскнехт был собран и полон решимости. Как в бою, когда возникает смертельная опасность.

– Стать настоящими предателями, конечно. – Она сердито тряхнула мокрыми волосами. – И пуститься в бега. От Дозоров, от Инквизиции. Пока не поймают или не убьют. Есть ли для нас хоть какая-то разница?

– Подожди, подожди… – Он опять вскочил и стал кружить по кабинету. – Время, вот в чем разница! Нам обязательно нужно выиграть побольше времени. Пока никто ничего не знает, верно? Светлый маг – помнишь, из еврейского гетто? – доложит Ночному Дозору, но не сразу. Он-то уверен, что аптекарем занялись мы, Инквизиторы. А когда все всполошатся и бросятся сюда, то что они обнаружат? Только труп.

И Дуги решительно заявил:

– Спрячь остатки пергамента.

Ванда, не прекословя, открыла медальон, висящий на груди, и осторожно вложила в него два обгоревших клочка. Шотландец расстегнул свой гвардейский мундир и запихнул за пазуху рукопись с исповедью Леви Давена.

– Дуги, зачем все это? – Цыганка жалобно посмотрела на любовника. – А как же наш будущий ребенок?

– Нам придется разделиться, – мягко сказал шотландец.

Ведьма испуганно дернулась, но Дуги сел рядом с ней на пол и крепко обнял за плечи.

– Все будут думать, что мы убили аптекаря, напали на след Трусливого мага и ринулись вдогонку. Или узнали, где «дикий артефакт», и решили заполучить его только для себя. В любом случае все решат, что мы обязательно вместе. Но я двинусь на север, прямо и не сворачивая, до ближайшего порта. Максимально быстро, торопясь и оставляя следы. Твою чудесную одежду я заберу с собой. – Он усмехнулся и погладил по плечу когда-то серо-голубое, а теперь залитое красным вином платье. – Она будет небрежно спрятана по дороге в случайном городишке. Для верности оставлю на ней какую-нибудь безобидную магическую метку, чтобы обязательно нашли. В порту заплачу контрабандистам, и они доставят меня в Шотландию. У меня там много родственников, прикинусь потомком шалопая и бабника Дуги Мак-Донелла. Сходство ведь налицо, верно?

Он легонько тряхнул Ванду за плечи.

– А мне что делать? – уже спокойнее спросила ведьма.

– Уходи на восток, в русские земли. Трусливый маг не зря выбрал те края. Там огромные и малозаселенные территории, а Иных совсем мало. Уходи тихо, в облике крестьянки или городской простолюдинки. Маскируйся под местных жителей. Магия – только для отвода глаз или легкого принуждения. Любого из Иных бойся как огня! Не навредит, так выдаст. Приживись где-нибудь в Московии среди простых людей, рожай и дождись меня.

– Тебя же будут травить в твоей Шотландии, как дикого зверя! Тебя надолго не хватит.

Дуги закаменел лицом, на щеках заиграли желваки:

– Сыграю с Инквизицией в кошки-мышки. У меня на родине горы и дикие необжитые леса. Я заставлю побегать и Дозоры, и бывших соратников! Как можно дольше. А потом сбегу на континент, тихо и незаметно. Не в первый раз.

– И когда же мы?.. – У нее перехватило дыхание, и она не смогла закончить.

Но Дуги понял.

– Не думай о времени, просто живи.

Затем показал серебряный браслет на своей левой руке, постарался придать голосу бодрости и улыбнулся:

– Твой подарок всегда со мной, а мой – в тебе, береги его получше!

– Шутишь, как всегда, неуклюже, наемник, – усмехнулась цыганка. – Ладно, говори, что делать.

Шотландец перешел на рубленые фразы, будто раздавая приказы:

– Одежда. Верховые лошади. Еду и вино заберем здесь, у покойника. Сейчас ночь, это нам на руку. К утру мы должны быть далеко от столицы. Поднимайся!

Они вели изможденных лошадей под уздцы.

Лала еще пыталась выглядеть браво, но все-таки морщилась и шла вразвалку – сказывалось то, что они провели без малого сутки верхом. Лишь пару часов назад им удалось собрать у польских крестьян достаточно Силы, чтобы Сантана с помощью амулета, но все же с трудом смог пробить портал до самой столицы империи. Они загнали несколько лошадей, а последнюю пару провели с собой через портал: искать в Праге удобный транспорт ранним утром было слишком хлопотно.

Настроение у главы испанского сектора Инквизиции было отвратительным. В резиденции Совета ему, как простому агенту, дали лишь самые общие инструкции и приказали присоединиться к облаве, руководимой Дозорами. На простой вопрос: «Где теперь Алвис?» – дежурный лишь равнодушно пожал плечами.

Дон Сантана глубоко вдохнул и выдохнул, пытаясь успокоиться. Затем огляделся.

Прага, несмотря на первые лучи солнца, была пустынна. Она не гремела колесами телег с товарами для рынков. Не было слышно стука подошв простолюдинов, спешащих на работу. Столица, словно осторожный зверек, затаилась в ожидании, пока не минует беда. Только изредка прогремит барабанной дробью конный отряд где-то вдалеке – и все.

«Народ мудр, – испанский гранд хмыкнул, – оттого и жив!» Когда улицы прочесывают вооруженные люди, лучше отсидеться дома. Банально, зато жизненно.

Они уже миновали Олений овраг, и Лала, поглядев на крутой склон впереди, который им предстояло преодолеть, тихо выругалась по-цыгански.

Наверху послышалось сначала цоканье, а потом грохот копыт по брусчатке – и из-за деревьев вывернулся небольшой конный отряд. Впереди двух десятков пестро одетых всадников рысил крупный вороной жеребец с главой Дневного Дозора на спине. Всадник вдруг резко осадил коня и соскочил на землю. Его могучая фигура воздвиглась на краю склона.

Германский вервольф в радостном приветствии распахнул руки, и его могучий рык ухнул в овраг:

– Ваше Инквизиторство! Вернулись, как я рад! Моя бабочка-летунья доложила, что встретилась с вами меньше двух суток назад, – и вы уже здесь, наша опора и закон! Поднимайтесь скорей, Алвис здесь, с нами.