Развод. Искушение простить (СИ) - Вернадская Ася - Страница 23

— Я не строила из себя… — начала я, отчаянно пытаясь найти нужные слова, но он не дал мне договорить.

— Хватит! Прошу тебя определиться. Если твой выбор — я, если наше будущее, наше общее счастье для тебя что‑то значит, то есть один‑единственный способ, который докажет это и тебе, и мне.

Я стояла, заворожённая его взглядом, чувствуя, как сердце замирает в ожидании. Каждая клеточка моего существа трепетала, предчувствуя то, что должно было прозвучать.

— Подай на развод с Максимом, — его голос звучал твёрдо, почти жёстко. — Официально. Разорви эту последнюю нить, которая связывает тебя с ним. С твоим проклятым прошлым. Или ты до сих пор его жена не только на бумаге?

Воздух перестал поступать в лёгкие. Развод. Официальное расторжение брака. Это слово висело между нами. Оно несло в себе столько окончательности, столько необратимости, что у меня закружилась голова.

— Игорь, я… это так сложно, — прошептала я.

— Я знаю, что сложно! — крикнул он. — Но я больше не могу! Не могу делить тебя с его тенью! Не могу засыпать каждую ночь с мыслью, что ты всё ещё его жена. Что любая наша ссора — и ты снова можешь побежать туда, к нему, потому что у вас есть эта чёртова юридическая связь!

Он медленно отпустил мои плечи и отступил на шаг, словно давая мне не только физическое, но и эмоциональное пространство для размышлений. В полумраке гостиной его силуэт казался особенно одиноким и ранимым, несмотря на всю его внешнюю твёрдость.

— Я не требую ответа сию секунду. Подумай. Но запомни. Если в итоге ты не позвонишь адвокату… — он сделал паузу, тяжело сглотнув, — …я пойму, что твой выбор — не я. И нам придётся расстаться. Потому что я не намерен быть вечным утешителем и запасным аэродромом.

Он повернулся и молча вышел из гостиной. Его ультиматум тяжёлым камнем опустился на мою душу, раздавливая все надежды на простое решение.

Глава 31

Утро было жестоким. Солнце безжалостно пробивалось сквозь шторы, словно пытаясь обнажить все потаённые уголки моей души. Я лежала неподвижно, притворяясь спящей, и прислушивалась к каждому звуку — к тому, как Игорь собирается на работу. Звук застёгивающейся пряжки ремня, шелест рубашки.

Он подошёл к кровати. Я чувствовала его взгляд на себе.

— Я знаю, что ты не спишь, Аня, — его голос был спокоен, но в нём не осталось и тени прежней теплоты.

Я перевернулась, кутаясь в одеяло. Он стоял передо мной в костюме, полностью собранный уходить.

— Игорь, насчёт вчерашнего… — начала я, но слова казались пустыми и ненужными.

— Не надо, — прервал он. — Никаких объяснений. Я сказал всё, что должен был сказать. Теперь твой выбор.

Он поправил манжет на рубашке, не глядя на меня.

— Я не буду давить. Ты взрослый человек. Но и у меня есть свои границы. Понимаю, что тебе нелегко принять решение. Но жду ответа до конца недели.

Он повернулся и вышел из спальни. Через несколько секунд я услышала, как захлопнулась входная дверь.

Мой телефон, лежавший на тумбочке, завибрировал. Я посмотрела на экран и очень удивилась увиденному: «Ольга».

Её тихий, настойчивый голос в трубке стал прямым продолжением моего внутреннего кошмара.

— Анна? Извините за беспокойство. Мы могли бы встретиться? Выпить кофе? Я… Я хочу обсудить кое‑что важное.

Мы сидели в уютном кафе, и эта простота момента казалась насмешкой. Ольга нервно размешивала сахар ложкой в чашке с капучино, не решаясь поднять на меня глаза.

— Вчера я многое поняла, — начала она, продолжая смотреть в стол. — Вы с Максимом… Вы не вместе, но вы и не разведены. Я права?

Вопрос повис в воздухе, острый и безжалостный.

— Наши отношения… завершены, — сказала я, и слова показались мне ложью. Потому что они и были ложью, пока существовало это свидетельство о браке.

— Я понимаю, — она посмотрела на меня, и в её глазах горел огонь материнской решимости. — Вы знаете, каково это — годами ждать, надеяться, что у твоего ребёнка появится настоящая семья? Полная семья?

Я молчала, позволяя ей говорить, чувствуя, как её слова ложатся прямо на открытую рану моего собственного выбора.

— Все эти годы я ничего не требовала. Но теперь… Теперь он снова в нашей жизни. И я вижу, как Катя к нему привязывается. Как он меняется с ней. И я… Я тоже хочу верить, что у нас есть шанс, — она глубоко вздохнула. — Я хочу попросить вас… Дайте нам этот шанс. Дайте Максиму возможность выбрать нас. Официально. Окончательно.

Меня будто окатило ледяной водой. «Официально». То же слово, что сказал мне Игорь. Два разных человека, два разных мира зажимали меня в тиски одним требованием: разорви связь. Определись.

— Ольга, я… Я не могу решать за Максима, — слабо попыталась возразить я, чувствуя, как внутри всё сжимается от безысходности.

— Но вы можете решать за себя! — в её голосе впервые прозвучали нотки отчаяния. — Вы можете освободить его. Освободить себя. Если бы вы замечали, как он смотрит на вас. В этом взгляде столько надежды. Он разрывается, Анна. И это мучает всех! Катю. Меня. Его самого!

Я опустила глаза на свои сцепленные пальцы, пытаясь найти в себе силы ответить.

— Ольга, я понимаю ваши чувства, правда. Но разве не жёстко заставлять человека делать выбор? Максим сам должен решить, что он хочет.

Она наклонилась ко мне через столик.

— Анна, вы же умная женщина. Вы видите, что происходит. Разве это честно? Он мечется между чувством долга перед нами и желанием быть с вами. Это нечестно по отношению ко всем. Включая вас.

Я молчала, не зная, что ответить. Потому что она была права.

— Послушайте, — продолжила она. — Я не прошу вас о невозможном. Просто дайте всем нам шанс на нормальную жизнь.

Ольга допила свой кофе, оставила на столе деньги и встала.

— Я не хочу ругаться. Просто прошу… Дайте нам свободы. Дайте Максиму сделать выбор, не оглядываясь назад.

Прежде чем уйти, она остановилась у входа и обернулась.

— Анна, вы сильная женщина. Вы справитесь с любым решением. Но помните: иногда нужно отпустить прошлое, чтобы обрести счастье в настоящем.

Ольга вышла, исчезла за дверью кафе, оставив после себя лишь горькое послевкусие непростого разговора. Я сидела неподвижно, обхватив остывшую чашку дрожащими пальцами, и чувствовала, как невидимая песчаная буря набирает силу внутри меня.

Слова Ольги переплетались с решительными заявлениями Игоря, создавая невообразимую симфонию противоречий.

Два пути. Два совершенно разных будущих. И каждое из них казалось одновременно правильным и губительным. Как выбрать между сердцем и разумом, когда оба выбора ведут к неизбежным потерям?

Глава 32

Прошло уже три дня.

Решающий срок, поставленный Игорем, словно дамоклов меч, нависал надо мной, угрожая обрушиться в любой момент. Слова Ольги эхом отдавались в голове, не давая покоя ни днём, ни ночью.

Я искала, искала и не могла найти третий путь, тот самый спасительный выход, которого просто не существовало.

На четвёртый день моё терпение достигло предела. Мне срочно нужно было вырваться на свободу, вдохнуть полной грудью, избавиться от удушающего ощущения неизбежности.

— Я поеду, встречусь с Ленкой, — бросила я Игорю, не глядя на него.

Игорь лишь молча кивнул, но его взгляд… О Боже, этот взгляд говорил больше любых слов. «Я жду», — безмолвно говорили его потемневшие глаза.

Я соврала. Мой путь лежал не к подружке. Нет. Я поехала на такси в парк, надеясь, что именно там найду правильный ответ.

Я сидела на холодной скамейке, обхватив себя руками, и смотрела на старую карусель, чьи качели застыли в безмолвном танце. В этом месте, где когда‑то царило веселье, теперь царила тишина, как и тяжесть в моей душе.

Воспоминания нахлынули с неудержимой силой, словно морской прилив. Я видела перед собой смеющуюся Катю, её глаза светились счастьем, а летнее солнце золотило её волосы. Но ярче всего в памяти всплыло то самое мгновение, мимолётное, обжигающее прикосновение Максима. Оно до сих пор жило на моей коже, словно огненный след, который не в силах стереть время.